Муха в самолете - Дарья Донцова

– Ведь знаете, что я постояннаяпокупательница, – гневалась она, – и обмануть норовите!

Продавщица, совсем молоденькая девочка,потупилась, ей на помощь ринулась более опытная работница.

– Простите, – затараторилаона, – Сонечка первый день вышла, поэтому и перепутала, не со зла, отнеопытности. Вот белужья икорка, экстра-класс, знаю, вы всегда только ееберете.

Нижняя челюсть Марии Ивановны отвисла допояса, а бедная пенсионерка Нестеренко положила синюю жестяную банку, вкоторой, похоже, было полкило деликатеса, в тележку. Домоуправша уставилась напродукты, которые уже успела отобрать Раиса: французские йогурты по сто рублейкоробочка, пара баночек с незнакомыми этикетками, мюсли, бельгийское масло,лоточки с малиной, клубникой и ежевикой, ананас, киви… Но окончательно добилаоторопевшую Марию Ивановну упаковка дорогущей туалетной бумаги. Раиса неэкономила ни на чем!

Спрятавшись между стеллажами с бытовой химией,Мария Ивановна наблюдала, как пенсионерка расплачивается у кассы. Хорошенькаядевочка в форменном платьице упаковала все приобретения бабули в красивый пакетс логотипом супермаркета и протянула с улыбкой старухе. Но та, вместо тогочтобы поблагодарить услужливую сотрудницу, недовольно заявила:

– Переложите продукты, мне ваша рекламане нужна!

– Такой подойдет? – спросилакассирша, протягивая самый обычный пакет, белый, с красными цветочками.

– Ладно, – кивнула Раиса, –хоть в глаза не бросается.

После этой встречи Мария Ивановна сталавнимательно приглядываться к Раисе. Один раз жиличка пришла в домоуправление спросьбой пересчитать квартплату. Бухгалтер защелкала калькулятором, а МарияИвановна не утерпела и сказала:

– Шубка у вас какая красивая, это ведьнорка?

Раиса засмеялась:

– Да уж! Норка! Откуда у меня деньги наподобные вещи? Синтетика чистой воды.

– Сейчас так ловко делатьнаучились, – кивнула бухгалтер, – что и не отличить от настоящей,внучка себе полушубок купила за копейки, а смотрится на тысячи!

Мария Ивановна умолкла, а потом, сделав вид,что ей нужна какая-то вещь из шкафа, возле которого сидела Раиса, встала,подошла к ней и, одной рукой роясь на полках, второй очень осторожно помялакрай шубки. Пальцы ощутили мягкий, шелковистый натуральный мех, никакогопротивного поскрипывания синтетики. Манто было из норки и стоило целоесостояние.

– Вот какие у нас пенсионерки-кладовщицыслучаются, – подвела итог домоуправ, – белужьей икрой питаются и вэксклюзивных шубах в домоуправление приходят. Кстати, еще один интересныймомент: она к себе в квартиру никого не пускает, ни сантехника, ни электрика,ни разу заявку не оставила, уж не знаю, каким образом выкручивается, если чеголомается.

Ильяс принес добытые сведения Асе, а та,захлопав в ладоши, воскликнула:

– Здорово! Именно так я и предполагала,теперь отправляйся к самой Раисе и попробуй разговорить старуху.

– Судя по всему, – напомнилИльяс, – Нестеренко нелюдима, каким образом я к ней попаду?

Ася потерла руки:

– На всякую хитрую мышеловку есть свойключ! Я позвоню бабусе по телефону, представлюсь главным редактором журнала… э…«Рупор».

– Есть такой? – удивился Ильяс.

– Неважно, – отмахнулась Ася, –сейчас огромное количество всяких кретинских изданий… Ладно, сиди тихо ислушай!

Не успел Ильяс охнуть, как Локтева схватилатрубку и затараторила:

– Будьте любезны Нестеренко! РаисаИвановна? Здравствуйте, вас беспокоит главный редактор ежемесячника «Рупор»Ольга Фокина. Встречали когда-нибудь наш журнальчик? Нет? Не беда, он похож на…«Огонек», знаете? Ага, вот мы точь-в-точь такие. Зачем вас беспокою? Вы ведьдолгие годы проработали на заводе «Астра»?[3]Предприятию исполняется шестьдесят лет, мы готовим материал, посвященныйславной дате. Да, да, знаю, вы служили простой кладовщицей, но, увы, ветераныуходят, а для молодых ценно любое воспоминание. Если разрешите, наш корреспондентприедет и возьмет интервью. Нет, нет, никаких фотографий, просто беседа.Допустим, когда вы пришли в «Астру»? Что за люди тогда трудились около вас?Может, припомните несколько веселых историй. О нет, мы не собираемсяразбалтывать государственные тайны, что-нибудь бытовое, некий казус… А… А…Ха-ха-ха! Вот об этом и расскажете. Назначайте время и место.

Ильяс во все глаза следил за раскрасневшейсяАсей, а та, швырнув трубку, радостно заявила:

– Вот как себя вести надо, перетьнапролом. Бабуська пустила слезу и теперь готова на все. Слушай меня! Эта Раисадействительно долгие годы служила при барахле, уж не знаю, зачем на предприятиикладовщица нужна, может, спецодежду выдавала. Только потом она с завода ушла,ее взял к себе в дом не кто иной, как главный конструктор Марк Матвеевич. Унего, совсем не юного, ребеночек родился, жена его, Луиза Иосифовна, тоже непервой молодости была. Уж как у них наследник получился, одному богу известно,только, всем на удивление, она произвела на свет мальчика, и Раиса у паренька вняньках ходила. Этот Марк Матвеевич, похоже, жуткий жук был, Нестеренко из«Астры» не уволили, она там на службе числилась и, наверное, «зряплату»получала, а сама пеленки стирала. Люди во все времена устраиваться умели, МаркМатвеевич не исключение: и няньку получил, и денег ей не платил. В общем, так:изо всех сил стараешься понравиться бабке, а потом узнаешь у нее, где сейчасживет Луиза Иосифовна, адрес ее нужен, телефон, в общем, любые сведения.

– А если она их не знает? –предположил Ильяс.

– Думаю, сразу не сообщит, – кивнулаАся, – но ты уж постарайся, влезь в душу к Раисе, ей совершенно точно все,что мне надо, известно. И еще, порасспрашивай тетку о ее детстве, предполагаю,что она из деревни Веревкино. Но мне нужно точно знать, так ли это. Ясно?

Ильяс кивнул:

– Хорошо, когда идти? Завтра?

Ася сердито щелкнула языком:

– Увы, нет. Бабка велела позвонить черезтри дня, она собралась куда-то поехать, что лишний раз подтверждает моидогадки.

– Какие? – полюбопытствовал Ильяс.

Ася хмыкнула: