Последний вечер встречи - Татьяна Бочарова

– Мать тоже его любит до сих пор, – тихо произнес Валера и, неохотно отойдя от стола, начал застилать постель.

Он ушел в ванную. Женя еще немного посидел в комнате, затем хозяйка позвала его на кухню. На столе стояла тарелка манной каши с большим оплывающим куском масла в середине.

– Ешь давай, – женщина протянула Евгению ложку и бутерброд с колбасой.

Того дважды просить не пришлось. Он в мгновение ока навернул и кашу, и бутерброд.

– Еще? – с улыбкой спросила продавщица и, не дожидаясь ответа, зачерпнула половником из кастрюльки. – Кушай. У меня манка хорошо выходит, Валерка с детства любит. И папашка его тоже любил. – Она тихонько вздохнула и принялась развязывать тесемки фартука. – Ты вот что, доешь – посуду в мойку сложи, Валерка вымоет. А я спать пойду, сутки на ногах.

Она ушла. Ей на смену пришел Валера, свежий, с влажными после душа волосами. Он с аппетитом съел кашу, выпил чаю, затем аккуратно убрал со стола, протер крошки и вымыл тарелки и чашки.

«Хороший парнишка, – подумал Женя. – И такой вполне мог через пару лет попасть в „Священные воители“. Искренне полагал бы, что борется с грешниками, например с пьяницами. А какой-нибудь Михаил посылал бы его на всякие нехорошие дела…»

– Доброе утро!

Женя очнулся от своих размышлений. В дверях стояла Вика. Вид у нее был немного лучше вчерашнего, лицо, во всяком случае, порозовело со сна. Лишь глаза слегка опухли от слез.

– Здравствуйте, – поздоровался Валера.

Вика явно ему нравилась, он смотрел на нее с восхищением.

– Как спалось? – спросил Женя.

– Хорошо. – Она подсела к столу

– Кушать будете? – засуетился Валера. – Я сейчас вам кашки…

– Спасибо, нет. Я только кофе.

– Сейчас сделаю! – Парень мигом достал с полки банку «Нескафе». – Вам с молоком?

– Нет. И без сахара.

Вика сидела с безучастным видом, уронив руки.

«Надо ехать, везти ее домой, – решил Женя. – Где только денег взять на проезд?».

Не успел он об этом подумать, Валера хлопнул себя по лбу:

– Забыл! Мать велела вам заплатить. Вот, деньги оставила. – Он вытащил из кармана штанов помятую тысячу. – Больше она не может, так сказала. Вы уж не обижайтесь.

– Да ты что! – Женя, не веря своему счастью, взял бумажку из рук парня. – Мы ж и так у вас ночевали, ели. Могли бы вообще не платить.

– Не могли бы. – Парень улыбнулся. – За услуги надо расплачиваться. Тем более за такие профессиональные.

– Ладно, нам пора ехать. – Женя поднялся из-за стола.

– Да я тоже с вами выйду. Мне в школу.

Они все трое отправились в прихожую. Вика все молчала, а Валера оживленно болтал, как понял Женя, стараясь произвести на нее впечатление. Вот так с первого взгляда и влюбился парень, даром что на пятнадцать лет моложе…

Валера с неохотой распрощался с неожиданными квартирантами и убежал. Женя повел Вику на вокзал.

– Сейчас вернемся домой, ты отмоешься, отоспишься. Я найду работу на дому, буду сидеть с тобой, заработаю денег. Поведу тебя в ресторан. Хороший, дорогой. – Он говорил все, что на ум шло, стараясь не останавливаться, чтобы не возникло тягостной паузы. Вика по-прежнему молчала, непонятно было, слышит она, что говорит Евгений, или нет.

Им овладело мрачное и тревожное предчувствие: что, если ее психика пошатнулась после вчерашнего? Увидеть свою фотографию рядом с фото погибших друзей на стене в каморке у Софьи – огромный стресс. Не говоря уж о ее безумных речах, игре на скрипке, нападении Михаила и прочих прелестях.

– Вика, – окликнул он ее, слегка повысив голос.

– Что? – Она на секунду подняла на него глаза и тут же снова уставилась себе под ноги.

– Скажи что-нибудь, не молчи.

– Знаешь, это конец. Все равно рано или поздно они сделают это. Кто-то, он или она, какая разница. Ты не сможешь постоянно быть рядом со мной. Мне придется остаться одной. И тогда… – Она не договорила, опустила ресницы, уставившись взглядом на свои сапожки.

– Я смогу быть рядом, – тихо сказал Женя и взял ее за руку.

– Отстань! – Она с неожиданной яростью и силой выдернула кисть. – Я не хочу так! Это не жизнь!! Нельзя все время прятаться и скрываться! Значит… значит, я это заслужила…

Она смотрела на него в упор, глаза ее блестели, но не от слез, слез не было.

– Дура! – зло сказал Евгений. – Что ты заслужила? Смерть? За что? За то, что была красивой и глупой девчонкой, которая не читала книжек и у которой снесло башню от внимания парней? Думай, что несешь!

– Я и думаю! – Вика повысила голос. – Думаю!!! Я уже с ума схожу от этих раздумий. Влад – он ничего не боялся! Никогда и ничего. Он уже в тринадцать лет знал, что добьется всего, чего ни пожелает. Для него окружающие были мусор. Все! Даже Машка, которая его любила. Даже Ярик, который считал его лучшим другом. Мы же… мы все видели это! Почему мы молчали? Почему слушались его?

Евгений слушал и ничего не отвечал. Он понимал, что ей нужно выговориться. Ему было необычайно тяжело, ни разу в жизни он не был в такой ситуации. Даже когда его предала Аленка, которую он любил невероятно. Даже когда один за другим ушли родители, души в нем не чаявшие. В голове у Жени вертелась масса вопросов, и больше половины из них были без ответа.

– Знаешь, чего мне сейчас хочется? – Викин голос вывел его из тягостных раздумий.

– Чего? – спросил он рассеянно.

– Вернемся в Москву – пошли в бассейн!

– Что? – Он поднял на нее удивленные глаза. – Зачем?

Она пожала плечами.

– Не знаю. Я привыкла. Я всегда плаваю три-четыре раза в неделю. А тут уже почти месяц не была на фитнесе. Мне плохо, меня ломает.

«Глупости какие», – подумал про себя Женя. Лучше всего сейчас было, по его разумению, поехать домой, связаться с работодателями из Энска и попытаться выпросить у них какую-нибудь срочную работенку. Просидеть над компом дня три, не поднимая головы: и Вика будет рядом, под присмотром, и деньги можно будет добыть.

– Давай не сегодня, – как можно мягче произнес он. – Поедем лучше домой. Я должен поработать.

– Ну пожалуйста, – она сложила руки, точно в молитве. – Пожалуйста, я прошу тебя! А не то я одна…

– Нет! – Он снова взял ее за руку. На сей раз она не вырывалась, стояла, послушно опустив голову. – Нет, – повторил он, – одна ни за что. Ладно, я схожу с тобой. Но учти, я не умею плавать.

– Господи, да что вообще ты умеешь… – Вика покачала головой, но Женя уловил в ее голосе теплоту. От этого ему стало немного легче, несмотря на тревогу и неопределенность.