Последняя песнь трубадура - Наталия Володина

Двести приглашений на открытие салона «Черный бриллиант» Филипп передал Фонду культуры. Там помучились, вычисляя из безразмерной и пестрой «тусовки» самую что ни на есть элиту. Пока дамы с кавалерами теряли сознание в салоне от роскоши коллекции и цен, Дина в костюмерной ночного ресторана «Черный бриллиант» боролась с золотыми босоножками. Она не хотела их надевать. Стилисты убеждали ее в том, что у них не может быть альтернативы. Они, конечно, были страшно эффектны, эти босоножки от Роберто Кавалли со стразами между тонкими перепонками. Но Дина никогда еще не видела такого высокого тонкого каблука. И ей казалось невероятной возможность постоять в них, не падая, хотя бы три минуты.

– Можно я покончу с собой более удобным способом?

Но ее заставили надеть босоножки. И она, не веря собственным ощущениям, прошлась по комнате. Более удобной обуви она просто не носила. Она почувствовала себя легкой, невесомой и очень устойчивой.

– Ну вот, – удовлетворенно сказала костюмер. – Так всегда. Никто не знает, что изготовление такой обуви нуждается в точных расчетах. Как при строительстве космического корабля. Секрет в том, чтобы тяжесть тела равномерно распределялась по всей стопе, а не приходилась только на мысок. Этот секрет открыл еще в тридцатые годы великий мастер Сальваторе Феррагамо. Именно в его туфлях на высоком тонком каблуке бегала по нескольку дней подряд Мерилин Монро.

Ричард задумчиво разглядывал своих гостей. Он почти никого не знал лично, и ему мало что говорили фамилии известных в России актеров. Но ему обычно не требовалось много времени, чтобы приподнять пресловутый флёр анонимности толпы. Настоящее потрясение он испытал на своей исторической родине – на Украине. Он увидел там такую нищету, такую концентрацию несчастий, что с трудом соотносил это со временем, прогрессом, элементарными социальными достижениями других стран. Но поразило его другое: терпение, достоинство так называемых простых людей и, главное, уверенность в том, что им никто никогда не поможет. Но судя по нарядам и украшениям дам в этом зале, в стране есть богатые и очень богатые люди. Они, конечно, не обязаны никому помогать. Просто в другой стране любой капитал работает на государство, а государство обеспечивает нормальную жизнь своих граждан. Эти люди – вне государства. Те, на улице – старики, сдающие пустые бутылки, дети, просящие милостыню, – тоже вне его. Где же оно, государство в России? На Украине?

Филипп ходил между столиками, приветствуя приглашенных. Пестрая, пышная публика. С первого взгляда почти как в Голливуде. Но почему-то нет сомнения в том, что это не Голливуд. Когда он так сильно ограничивал число приглашенных, он имел в виду, что в таком изысканном кругу будет меньше бизнесменов, похожих на бандитов, и дам, смахивающих на проституток. Филипп увидел Сергея, чуть в стороне стояла Лариса и делала вид, что они вместе. Лариса была в розовом длинном платье с открытыми плечами, броской шали – розовой с одной стороны и желтой с другой – и прекрасном ожерелье из разноцветных камней. Сергей был в темном костюме и с ироническим выражением лица.

– У тебя очень привлекательная жена, Серж, – поцеловал Ларисе руку Филипп. – Выпьем немного шампанского? Скажи, Серж, эти люди, кто они по роду занятий?

– Актрисы, актеры, певцы, певицы, журналистки и журналисты, олигархи и шестерки. Бляди и блядуны.

– О! Мы приглашали только высший свет.