Последний шанс палача - Сергей Возный

— Ну вот и договорились…

* * *

Деньги меняют внешность, но дело не только в них. Для настоящей Большой Перемены нужна трансформация сознания, переход его в совершенно новое качество. Наглый боевик Акоп, например, сделался солидным мужчиной, но восточным человеком быть не перестал. Растолстевшим восточным человеком, нуворишем, не желающим более рисковать.

Бывший хулиган Макс изменил в себе ВСЕ. От главного отказался — от обязательного качества богатых россиян под названием «понты». Никаких тебе вилл на Рублевке, никаких «ролексов» с бриллиантами и моделей-секретарш. Если что есть в заначке, так не для всех. Офис, правда, выглядел вполне презентабельным, вот только сам Макс среди всей этой солидной роскоши оказался вовсе не первым лицом. Не вторым даже. Один из замов президента ЗАО «Винтек-Заря» — а таковых у этого президента было достаточно.

— Я тут ведаю внешними связями, — пояснил Макс небрежно, приземляя гостя в одно из кресел. — У меня ведь давние контакты с заграницей, надо пользоваться.

Светлый костюм, голубая сорочка, галстук в радужных переливах. Интеллигентские окуляры образца 96-го сменились линзами, а легкий жирок той же поры превратился в обаятельную кругловатость лица под хорошим загаром. Завершилась, короче, трансформация. Простолицый нахал 80-х миновал успешно стадию «ботаника» 90-х, сделавшись, наконец, бизнесменом усредненного облика. Окна в полстены выходят действительно на Кремль (хоть и далековато), мебели в кабинете минимум, сплошь светло-серые и кремовые тона. Кожа и дерево, никакого пластика. Над столом классический уже портрет «тандема»: Медведев с Путиным, глядящие мудро в одном направлении. Стену напротив украшает изображение незнакомого важного мужика с номенклатурными щеками и сединой. Маслом писанное, кстати, в отличие от президентско-премьерской штамповки.

— Это наш самый главный, — кивнул Макс в ту сторону с неуловимой иронией. — Царь, бог и отец родной! Вот под его зорким взглядом тружусь на благо фирмы.

— И что продаешь?

— Я? Продаю?! — Брови Макса скакнули вверх, и пальцем даже в грудь себя ткнул. — Окстись, парень, когда это я был торговцем?! Внешние связи, говорю ж тебе, все на хороших человеческих отношениях. Фирма — да, продает чего-то, по мелочи… редкоземы там, углеводороды всякие. На хлебушек с маслом хватает, и тонкий слой икорки позволяем себе мазать.

— Ну, не прибедняйся, — усмехнулся Глеб, разглядывая старого знакомца с удовольствием.

Хитер, конечно, змей, подставил пару раз, но такие уж правила. Не та была компания, где блещут благородством — самые что ни на есть провокаторы и жулье. Макс хоть одумался вовремя. Отстегнул криминальные хвосты еще при Ельцине, потому и дожил благополучно до нынешних стабильных времен. Напоминал теперь не столько о мрачном, сколько о бурной юности, когда бабы, как известно, были моложе и поясница не хрустела при слишком резких движениях.

— Икорку ты можешь ложками рубать, если она вам еще не надоела. Вы ж теперь все на здоровье подсели, вегетарианцы и прочее!

— Да боже упаси! — перекрестился Макс на старинный манер, двумя перстами. — Мне желудок еще не вырезали, и печень на месте. Мясо с кровью люблю.

— Это хорошо, что с кровью, — кивнул Глеб серьезно. — Дело у меня к тебе не то чтобы криминальное, но занятное очень.

— Без проблем. Лично я готов с тобой вместе хоть в рукопашную, по старой дружбе и бесплатно. Один. А вот если нужно ребят подключать… У меня есть связи в ментовке и среди прочих дяденек с погонами. Дешевле выйдет.

— Не вариант. С милицией дело иметь не хочу, там по-всякому может получиться.

— Так, стоп. Ты куда меня хочешь пихнуть? Под статью? А ну, рассказывай все сначала про дела свои скорбные!

Пришлось Глебу заходить издалека — по-другому этот разговор никак не срастался. С Кирюши начинать, с первых филиалов еще той, давней поры. Мудрое августовское солнышко улыбалось ему из-за дальних кремлевских башен, Москва-река несла свои воды, красиво все было и благостно. Потом секретарь принесла кофе — красивая, строгая женщина, смутно похожая на библиотекаршу «от-кутюр».

— Помнишь мою Аньку? — подмигнул Макс даме вслед. — Так и идет со мной по жизни, еще с тех пор. И секретарь, и подруга. Чуть не женился, в натуре!

— И что остановило?

— Воля вольная! Бабы от брака дуреют, сразу хотят тебе накинуть седло, а я этого не люблю. Может, потом, к старости. А ты рассказывай, у тебя хорошо получается. Я ж за тобой наблюдал с тех самых времен, поднимешься или нет. Потом, правда, стало не до тебя. Пришли питерские, делюга поперла. Потерял из виду.

— Ну, ты немного упустил, — усмехнулся Глеб при мысли о гламурно-откатных годах своего позднего успеха. — Было сытно, стабильно и скучно. Теперь зато веселюсь…

Дальнейшей истории хватило еще на пару чашек кофе плюс сигары — дорогие, но не из шикарных. Дань вежливости.

— И чего ты хочешь от бедного коммерса? — взял Макс быка за рога почти сразу, еще не все кольца дыма успели рассеяться. — Прижать твоего Кирилла и вернуть все взад?

— Бесполезно, я думаю, — отмахнулся Глеб, не желающий пока переходить в этот сектор проблем. — Кирюшу надо брать как змею, за голову. Еще лучше башку сразу срубить, а то ведь цапнет, но это все потом. Для начала девушке хочу помочь.

— Ведьме своей? А ты становишься сентиментальным.

— Годы… Пора уже в благодушного старпера превращаться, тренируюсь. А если серьезно — нужна она мне.

— Да понял, не дурак! И где меня видишь в этой схеме?

Глеб ответил. Обрисовал картинку, знакомую миллионам россиян, даже совсем далеким от криминала. Картинку, не менее заштампованную Новым Русским Кино, чем пресловутые ковбойские трюки в подаче Голливуда — все эти пальцы, подрагивающие над кольтом, и драки стульями в салунах. Российский телефольклор сделал классикой несколько иной образ: пустырь, крутые тачки, братва с автоматами, двое солидных людей, идущих друг другу навстречу. Все понятно с полуслова, не нужно грозить и разбрасываться словами.

— А он поймет эту тему? Все-таки сектант, они ведь шизанутые.

— Он бизнесмен, Макс. Шустрый и неглупый. А раньше вроде был силовиком, если Дина не путает.

— Силовик — это хорошо. Надрать задницу силовику мы всегда готовы, но, опять же, не бесплатно.

— И сколько?

Макс назвал цену — небрежно, будто пива в киоске попросил. Может, для него эта тема большего и не стоит?

— Круто, — оценил Глеб ровным голосом, почти без эмоций. — Скакнули, однако, расценки!

— Случай эксклюзивный, — пояснил человек с простоватым лицом. — Понимаешь, я ведь теперь варюсь с солидными людьми и рискую не только здоровьем, но и честным именем. А имя — это раскрученный бренд, в него уже миллионы вложены! Можешь, конечно, нанять ЧОП, там совсем другие тарифы, но и уровень…

— Не могу я нанять ЧОП, — поморщился Глеб, подумав, что Москва — город маленький, в некоторых смыслах. — Ни ЧОП, ни ментов! Ты на сколько по цене подвинешься?