Отпуск строгого режима - Кирилл Казанцев

— Вот так сразу и так серьезно… Да, умеешь ты, Валик, свалиться как снег на голову — летом и в Турции! И еще с тоннами проблем. Вижу по номеру, ты уже где-то здесь.

— Я в Сиде. Могу приехать хоть сейчас.

— Если зависит жизнь хорошего человека, приезжай хоть сейчас. Я же по ночам работаю, — заверил Костян.

— Благодарю, друг.

— Пока не надо — давай ноги в руки. Только ты меня знаешь, я под пули не полезу, я работаю не с людьми, а с цифирками.

— Знаю, поэтому ты и свалил в Турцию.

— Короче, в Анталье встречаемся возле башни с часами. Будете подъезжать — маякни. Пока.

— О’кей, — Валет положил трубку.

Пришел запыхавшийся Борода.

— Ну что, научился говорить? — спросил Валет.

— Да, вот и на бумаге написал, — турок-месхетинец показал клочок, выдранный из блокнота, на котором кириллицей были записаны нужные фразы.

— Лады, теперь уходим!

Валет забрал сумку, ноутбук, телефон.

— Ты че так бежишь? Не мог покопаться в телефоне в гостинице?

— В гостинице? У тебя, наверно, мозг гладкий… Телефон включится и будет сообщать станциям, где он находится. Нас могут вычислить.

— А по нашим телефонам не вычислят?

— Захотят, так вычислят. А пока мы одни из тысячи туристов. Понимаешь?

— Не совсем.

— Времени нет объяснять. Когда я включу телефон Элеоноры, свой мобильник вырубишь и достанешь батарейку, чтобы не светиться рядом с этим аппаратом. Я сделаю со своим то же самое.

— Ладно.

На пляже, где около суток назад встречались Валентин и Элеонора, карманник начал шарить в ее мобильнике. К сожалению, Валет не знал, как зовут турок, поэтому, хоть в телефонной книге и были номера, подписанные турецкими именами, он точно не мог определить, есть ли там номера тех, кто захватил Элеонору. Фото, связанное с номерами, также отсутствовали — девушка соблюдала принципы конспирации.

Затем Валет вспомнил, что Элеонора часто с кем-то разговаривала по-турецки. И в журнале звонков среди последних принятых и набранных номеров Валет рассчитывал нарваться на того, кто ему был нужен. Хотя некоторые номера были засекречены.

— Так, звони по этому телефону. Если базарят по-турецки — трави нашу фразу. Если нет — отключайся.

Валет набрал номер.

— Алло! — начал Борода и тут же замотал головой.

Валет положил трубку:

— В чем дело?

— Баба трындит.

— Баба… Ладно, давай следующий номер, — Валет набрал.

Борода послушал и перевел:

— Абонент недоступен.

— Так, а теперь этот.

— Алло!

Борода наполнил легкие воздухом и одним духом выпалил:

— То, что вы ищете, — у меня. Если с девушкой хоть что-нибудь случится, вся информация будет в Интернете. Я перезвоню.

Мужик на том конце забеспокоился, сильно занервничал:

— Эй, кто говорит? Кто это? Что происходит?

Валет махнул рукой, и Борода положил трубку:

— Кажись, не тот. Что, вообще не врубается? Левый мужик.

— Хер его знает, — пожал плечами Валет. — Слушай, давай теперь то же самое скажи той бабе. А потом Костян вскроет засекреченные номера и все встанет на свои места.

— Так чего я тут язык ломаю? Пускай твой Костян и вскроет. Ломаем Марусю…

— Это чтобы Элеонору в данный момент не трогали и спала она спокойно. Понятно тебе? Сам до этого довел.

— А-а… — протянул Борода.

— Звони бабе!

В это время телефон в руке турка-месхетинца затрепетал. Валет глянул на высветившийся номер — как раз это был номер той женщины, на которую в первый раз нарвался Борода.

— Ответь.

Борода нажал на изображение зеленого телефончика. В трубке раздался мужской голос, говоривший по-турецки:

— Откуда у вас этот телефон?

Борода растерялся, вылупил глаза на Валета.

— Говори, — прошептал карманник. — Фразу говори.

Борода, как пономарь, монотонно проговорил:

— То, что вы ищете, — у меня. Если с девушкой хоть что-нибудь случится, вся информация будет в Интернете. Я перезвоню.

— Ваши условия! — грозно проговорила трубка.

Валет скрестил ладони.

Борода, у которого пот выступил на лбу, быстро отключил телефон.

Валет выхватил аппарат, достал батарейку.

— А теперь рвем когти!

— Куда?

— В Анталью!

Компаньоны пошли пешком к центру города. Шли долго. Звезды алмазными горошинами светили над головой. С пронзительным писком во мраке ночи проносились летучие мыши. Шаги компаньонов гулко раздавались над мостовой.

— Куда так долго чапаем? Что, не могли взять мотор на стоянке? — заныл турок-месхетинец.

— Борода, мы не борсетку у очередного пузана украли. Мы, вернее, ты у местной мафии украл то, за что в ванну с серной кислотой бросают, чтобы ни одна клетка твоего глупого мозга не выдала информацию из этого ноутбука. Они все ближайшие стоянки прочешут, таксистам, если надо будет, битой ребра переломают, чтобы узнать, кого и куда они сразу же после нашего звонка на пляже отвозили. И полиция, я чувствую, с ними повязана.

— Японский городовой! — схватился за голову Борода.

— А ты думал, шутки. Это ты хотел со мной пошутить. А здесь «братки» шутить с нами не будут.

В центре Сиде, где тусовались группки туристов, подельники сделали вид, что только что вышли из бара, поймали мотор.

— В Анталью, — сказал Борода.

— Двести баксов. Ночь на дворе, — сказал таксист.

— Сотня, — буркнул Борода.

— Сто пятьдесят.

— Сто двадцать пять, — снизил цену Валет.

— Едем, — согласился таксист.

Компаньоны забрались в автомобиль, шеф дал газу.

Желтый «Рено», сияя ослепительными фарами, «поплыл» по шоссе на север, к Анталье.