Толстушка под прикрытием - Дарья Донцова

голосом он сказал:

– Зинаида, ступай в гараж, подойди к стеллажу с инструментами…

– Папа, ты здоров? – испугалась дочь.

– Делай как он велит, – внезапно пропищал чей-то противный голос, – иначе живым назад

папашу не получишь.

– Кто вы? – похолодела Зина.

Но ответа не получила. Зато вновь прорезался отец, монотонно повторил:

– Ступай в гараж…

Зине на секунду показалось, что его речь записана на пленку: Юрий Николаевич повторил

текст трижды.

Зинаида тут же позвала Степана, и они помчались в гараж. По дороге дочь безостановочно

набирала номер мобильного отца и слышала равнодушное: «Абонент временно недоступен».

Антиквар снова соединился с дочерью, когда та была в боксе возле стеллажа.

– Ты в гараже? – спросил отец.

– Да, – ответила Зина.

Фофан монотонно объяснил, где расположен тайник. Из хитро оборудованного схрона

супруги извлекли несколько туго набитых мешков. Степан развязал один и взвизгнул:

– Баксы!

В других тоже оказались доллары.

– Сколько же тут денег? – обалдела Зинаида.

– Несколько миллионов, – предположил Степа.

– Откуда они? – впала в панику жена. – Во что папа вляпался?

– Хорош трендеть! – гаркнул муж. – Надо бабло в машину погрузить и везти куда велено.

– Боюсь, – заплакала Зина.

Супруг молча схватил одну упаковку.

– Может, нам никуда не ездить? – заныла Зина. – Вдруг что-то плохое случится?

– Уж случилось, – зашипел Степа. – Честно такую прорву деньжищ не заработаешь. Если

не отдадим тюки, твоего папашу придушат, а потом и нас кокнут.

Выехав на шоссе, Степан буркнул:

– Давно меня сомнения насчет твоего отца терзали. Чего это он сорвался из Громска?

Откуда у него средства на покупку жилья и магазина? И нам еще однушку приобрел. Кстати, мог бы побольше фатерку тебе подарить, вон сколько деньжищ в гараже гноил. С бандитами

папахен твой якшался, вот и влип в офигенные неприятности.

Нервничая все сильнее, Майоровы, как им было велено, приехали в покинутую деревеньку, оставили открытую машину у разрушенного клуба и пошли пешком на местное кладбище.

Там на одной из могил сидел Юрий Николаевич.

Зина бросилась к отцу и – остолбенела. Фофан выглядел ужасно. Нет, он не был избит или

изуродован. Похоже, у него случился инсульт: он не мог говорить, не фокусировал взгляд.

Но на ноги встать смог. Зина и Степан кое-как дотащили беднягу до своего автомобиля и

увидели, что мешки исчезли. В деревне стояла тишина, ни в одном из покинутых домов не

было огней. Юрий Николаевич стонал. Майоровым стало страшно. И тут у Зины сработал

телефон.

– Скажешь кому про деньги – умрешь, – пропищал дискант. – Везде тебя найду. Не

скроешься. Обратишься в полицию – сдохнешь. Повезете папашу в больницу – живыми не

доедете. Валите домой и молчите, иначе все покойники!

Зина выронила трубку, забилась в машину и затряслась от ужаса.

Майоровы доставили Юрия Николаевича в его квартиру, уложили в постель, попытались

накормить-напоить, однако безуспешно, и обрадовались, когда он заснул. Три дня Зина

ухаживала за отцом, но лучше Юрию Николаевичу не стало, и в конце концов он умер.

Я не поверила своим ушам:

– Вы не оказали тяжелобольному человеку квалифицированной медицинской помощи?

Зина втянула голову в плечи, а Степан загудел:

– Так бандит запретил! Пообещал всех зарезать!

– Мы на дом врача привели, частника. По объявлению нашли, кучу денег ему заплатили, потом гору лекарств купили, – перечисляла Зина. – Только ничего не помогло, помер папа.

Похоронили его на даче.

Я подумала, что ослышалась.

– Где?

– Дядя Юра сорок соток в Подмосковье имел, – нехотя пояснил Степан. – Собирался дом

кирпичный поставить, говорил: «Скоро небось внуков мне родите, детям свежий воздух

нужен, надо дачу построить». После мы участок тот продали, другой купили, теперь там дача

будет, уже оплатили коробку.

Я постаралась сохранить официальный тон:

– Интересно, откуда у вас деньги? Дорогой ремонт, новая мебель, возведение загородного

дома… Неужели торговля антиквариатом столь выгодна?

– Накопили, – быстро ответил Степан.

– С каких доходов? – не отставала я.

Зина сложила руки ковшиком:

– Мы люди честные, не воры, чужого не возьмем. Намекаете, что затырили один мешок?

Нет! Нам бандитских капиталов не надо.

Мне стало противно.

– Но вы их прихватили. Отсюда и средства.

– Мы не воры, – обиделся Степан.

– Но деньги взяли, – не сдалась я.

– На следующий день нашли в багажнике несколько пачек, – соврала Зинаида. – Наверное, из одного плохо завязанного мешка выпали. И мы их не на квартиру и дом, а на врача и

лекарства для папы потратили, очень хотели его вылечить. Но доктор сразу сказал: «Тяжелое

поражение центральной нервной системы. Медицина в данном случае бессильна». Хотите, дам вам телефон врача? Он подтвердит мои слова!

– Блин, ну и дура же ты, – устало сказал муж.

– Чего я сказала глупого? – заморгала Зина. – Из мешка выпали пачки. Он был плохо

завязан.

– Конечно, – согласилась я, – всем понятно, из упаковки, где миллионы лежат, всегда пара

сотен тысяч выпадает. Вы заботливые люди, пригласили доктора, не пожалели средств на

лекарства. Даже привезли Юрия Николаевича в Москву, а ведь могли оставить его на

кладбище. Кстати, почему вы не похоронили Фофана по-человечески? Не отпели в церкви, не упокоили там, где положено, не поставили памятник?

Зинаида всплеснула руками: