Его величество случай - Ольга Володарская

– Ничего, но могу догадываться… – мягко сказал он, протягивая руку через стол и накрывая своими теплыми пальцами ее ледяную ладонь. – Не надо ЕЕ ненавидеть. Лина не заслуживает ненависти. Она была хорошим человеком, просто ее никто не понимал…

– Ты ее защищаешь? – ахнула Лена, выдергивая свою руку из его пальцев. – После всего, что она сделала?! Ты из-за нее лишился положения, репутации, свободы, наконец! Она тебе всю жизнь искалечила…

– Искалечила, – согласился Сергей. – Но не тем, что поспособствовала моему преступлению…

– Я не понимаю.

– Я сейчас объясню, только ты постарайся выслушать все до конца… История длинная… – Он покашлял в кулак, глотнул вина, улыбнулся. – В некотором царстве, в некотором государстве… Именно так начинаются сказки. Наша не исключение. Итак, в Российском царстве-государстве жил-был молодой князь Шаховской…

– Сережа, только не это! – воскликнула Лена. – Избавь меня от этой истории! Я тысячу раз ее слышала! Князь Шаховской встретил Линину маменьку, они поженились, у них родилась дочка, потом маменька умерла, папенька женился вторично, и на свет появился ты. Все! Давай дальше!

Сергей сокрушенно вздохнул. Как пошло звучит история их семьи в вольном изложении Елены. Разве можно описать жизнь человека несколькими сухими предложениями? А жизнь двух людей? А целого клана? Встретились, поженились, родили, убили… Это же не план-схема, не конспект, это большая глава из огромной книги жизни, которую потомкам не грех перечитать, желательно вместе с предками… Он, например, очень любил поговорить с отцом о прошлом, ему нравилось слушать его воспоминания о давно минувших днях, нравилось радоваться вместе с ним и горевать, надеяться и разочаровываться, любить и ненавидеть, это не только их сближало, но и помогало многое понять… Многое, но не все. Например, Сергей так и не смог уразуметь, почему юноша из знатнейшей княжеской семьи, воспитанный в патриархальных традициях, умница, богач, плейбой стал идейным социалистом, а впоследствии ярым борцом с контрреволюцией.

До двадцати четырех лет Сережин отец Георгий Шаховской ничем не отличался от своих товарищей, таких же знатных богатых повес: он был беспечен, весел, романтичен, именно в этого милого раздолбая влюбилась юная Ксения Анненкова. Вскоре они поженились. Это был удачный брак – у них оказалось много общего: воспитание, положение, благосостояние, мало того, у того и другого один из предков «засветился» на Сенатской площади во время восстания декабристов. Но их семейная идиллия была недолгой. После двух лет безоблачного счастья Ксения поняла, что у нее есть серьезная соперница. Но не какая-то там мадемуазель Фифи из оперетки, у которой супруг частенько пропадал ночами, не госпожа Аделаида, полоумная поэтесса, засыпающая Жору страстными письмами, даже не дочь министра сельского хозяйства Леночка, с которой ее муж постоянно флиртовал, у Ксении была соперница посерьезнее, и имя ей – революция. Нет, ее супруг не состоял в партии, не участвовал в восстаниях и терактах, не держал подпольную типографию, он был пассивным социалистом: читал Маркса, мечтал о свержении самодержавия и верил в то, что только революция поможет России стать великой державой.

Не стоит говорить, что когда переворот все же свершился, Георгий оказался одним из первых, принявших новую власть Советов. В то время, когда его родственники бежали из страны, спасаясь от красного террора, Георгий Шаховской не просто остался, он вступил в партию и занял высокий пост в Наркомате иностранных дел.

А как же Ксения? А Ксения вместе со стариками родителями решилась уехать из страны без мужа. Георгий не возражал. Ему было не до них: строить новое государство было гораздо интереснее, чем утирать слезы жене.

Но до Швейцарии, где Анненковы намеревались осесть, беженцы так и не добрались. Они даже не успели покинуть Подмосковье. В родовом имении, куда они отправились перед отъездом, чтобы поклониться могилам предков, они столкнулись с пятеркой в дым пьяных солдат Народной армии. Родителей Ксении они ограбили и убили. А вот молодой княгине чудом удалось спастись. Она убежала от них и спряталась в склепе. Тогда же она зарыла там мешок с добром.

Похоронив родителей, Ксения вернулась к мужу. Через несколько лет она родила дочку Элеонору. И почти сразу умерла.

Георгий понимал, что вырастить девочку в одиночку он не сможет – на это у него просто нет времени, поэтому он быстро женился, взяв в жены первую попавшуюся женщину, ею оказалась Серафима Отрадова, его секретарша. Надо сказать, что отец не прогадал, поскольку Сима была не только хозяйственной, преданной женой, но и любящей матерью приемной дочери. Более того, она согласилась повременить с рождением своего ребенка до тех пор, пока девочка не подрастет – Георгий боялся, как бы Линочку не обделили вниманием и заботой… И повременила (угробив абортами свое здоровье), поэтому Сергея родила поздно, почти в тридцать семь лет.

Тогда Элеоноре исполнилось тринадцать.

– Ты родился, когда Элеоноре исполнилось тринадцать? – спросила Лена, будто прочитав мысли Сергея.

Он не ответил, посчитав вопрос риторическим, но задал свой:

– Какое твое самое первое воспоминание?

– Как я порезала ногу стекляшкой и из раны хлестала кровь… Мне тогда было три, и я впервые по-настоящему испугалась…

– А знаешь, какое мое? Я увидел ангела…

– Тебя водили в церковь? – не поняла Лена.

– Нет, ангел спустился ко мне… – Сергей устремил свой взгляд вдаль, глаза его увлажнились. – Он присел на мою кровать, поцеловал меня в лоб… Ангела звали Элеонора…

– Ты говоришь о сестре?

– Это я после узнал, что она моя сестра… Вернее, мне сразу сказали, но я не верил. Лет до восьми не верил… – Голос его дрогнул. – Она была необыкновенно красива, нежна… Это потом она стала жесткой, непоколебимой, а в шестнадцать походила на ангела…

– Она говорила, что в шестнадцать была толстой и неуклюжей, – почему-то раздраженно сказала Лена.

– Нет, толстой она никогда не была, скорее упитанной, фигуристой, это потом, выбрав имидж роковой стервы, Лина истязала себя диетами, а в юности любила поесть… А какой она была смешливой! Постоянно хохотала, и на щеках у нее появлялись милые ямочки… За них ее Глеб Антонов и полюбил.

– Глеб – это ее первый муж?

– Да, она выскочила за него замуж в шестнадцать, тогда это не считалось чем-то из ряда вон. Многие девушки в этом возрасте в брак вступали. Муж Лины был гораздо старше ее, лет, кажется, на двадцать, имел высокую должность, вот она и пошла за него. Перед тем как уехать с супругом в другой город (началась Великая Отечественная, и его направили на один из периферийных тракторных заводов налаживать производство военной техники), она присела ко мне на кровать, чтобы поцеловать на прощание. – Сергей облизнул губы. – Ты, наверное, недоумеваешь, к чему я тебе это рассказываю…

– Да, мне не понятно, какое отношение…

– Я любил ее, Лена!

– Кого? – переспросила она.