...И в трещинах зеркальный круг - Агата Кристи

Элла повесила трубку, улыбнулась про себя и вышла изтелефона-автомата. Она была очень собой довольна.

– Главный инспектор Его Всемогущество Крэддок! –пробормотала она себе под нос. – Да я его работу делаю в два раза лучше,чем он. Вариации на тему «Тайное стало явным».

Она с наслаждением представила себе реакцию человека надругом конце линии. Наверное, ему было не по себе, когда он услышал в трубкеугрожающий шепот:

«Я все видела. Видела, как вы…»

Она беззвучно засмеялась, уголки ее рта изогнулись в злобнойи жестокой усмешке. Психологу было бы интересно взглянуть на нее в эту секунду.Только в последние дни к ней пришло это ощущение силы, власти. Она сама вполной мере не осознавала, как действовало на нее это пьянящее чувство…

Она прошла мимо Ист-Лоджа, и миссис Бэнтри, как всегдавозившаяся в саду, помахала ей рукой.

Черт бы побрал эту старуху, подумала Элла. Поднимаясь подорожке, она спиной чувствовала взгляд миссис Бэнтри.

Вдруг в мозгу у нее откуда ни возьмись всплыла поговорка:«Повадился кувшин по воду ходить, тут ему и голову сломить…»

Чушь. Никто не заподозрит, что именно она шепчет этиугрожающие слова…

Она чихнула.

Черт бы побрал эту сенную лихорадку.

Когда она вернулась в свой кабинет, у окна стоял ДжейсонРадд.

Он круто повернулся:

– Где вы были? Я уж тут терялся в догадках.

– Надо было поговорить с садовником. У нас… – Онаостановилась, увидев выражение его лица. – Что случилось?

Он совсем осунулся, глаза еще больше спрятались в глазницы.От клоунского веселья не осталось и следа. На него явно давил тяжелый груз.Бороться с перегрузками он умел, но в таком состоянии она не видела егоникогда.

– Что случилось? – еще раз спросила она.

Он протянул ей лист бумаги:

– Результаты анализа кофе. Того самого, которое Маринаотказалась пить.

– Вы послали его на анализ? – Она дажевздрогнула. – Но вы выплеснули его в раковину. Я сама видела.

Его широкий рот искривился в улыбке.

– Ловкость рук, Элла. Вы не знали, что я настоящийфокусник? Да, я вылил почти все, но кое-что оставил – для анализа достаточно.

Она взглянула на листок, который держала в руке.

– Мышьяк? – В голосе слышалось недоверие.

– Да, мышьяк.

– Значит, Марина была права, когда сказала, что кофегорчит?

– Нет, насчет этого не права. У мышьяка нет вкуса. Ноинстинкт ее не подвел.

– А мы думали, что она ведет себя как истеричка!

– Станешь тут истеричкой! Шутка ли дело? Прямо на ееглазах замертво падает женщина. Записки с угрозами сыплются одна за другой…Сегодня, кстати, не было?

Элла покачала головой.

– Кто их подбрасывает, черт побери? Хотя, наверное,ничего сложного нет – все окна нараспашку. Подбрасывай на здоровье.

– Что же теперь, закрыть наглухо все окна и двери? Втакую жару? В конце концов, у дома дежурит полицейский.

– Да, к тому же Марина и так испугана, не хочу пугатьее еще больше. На записки с угрозами можно было бы не обращать внимания, номышьяк, Элла, мышьяк – это совсем другое дело…

– В доме отравить пищу никто не может.

– Так ли уж не может, Элла? Так ли не может?

– Кто-то увидит. Ведь без специального разрешения…