...И в трещинах зеркальный круг - Агата Кристи

– Итальянского дворецкого. Застрелили ночью.

– Понятно, – опять-таки задумчиво пробормоталамисс Марпл. – Что ж, вероятно, до него все-таки дошел смысл того, что онвидел…

– Интересно! – воскликнула мисс Найт. – Выговорите так, будто вам об этом все известно. А почему его должны были убить?

– Наверное, потому, – объяснила мисс Марпл, –что он пытался кого-то шантажировать.

– Говорят, вчера он ездил в Лондон.

– Вот как? Это очень любопытно и наводит наразмышления.

Мисс Найт удалилась в кухню, намереваясь приготовитьцелебную жидкую смесь. Мисс Марпл продолжала в задумчивости сидеть, пока ее невывело из этого состояния назойливое жужжание пылесоса; оно сопровождалосьпением Черри, мурлыкавшей последний шлягер «Я сказал тебе, а ты сказала мне».

Из-за кухонной двери высунула голову мисс Найт.

– Черри, не так громко, пожалуйста, – попросилаона. – Ведь вы не хотите потревожить нашу дорогую мисс Марпл, правда? Нельзябыть такой эгоистичной.

Она снова закрыла кухонную дверь, и Черри вопросила, то липро себя, то ли обращаясь ко всему миру в целом:

– А кто тебе позволил называть меня Черри, вешалка тыстарая?

Пылесос продолжал подвывать, а Черри – петь, правда, чуть потише.Вдруг раздался ясный и четкий голос мисс Марпл:

– Черри, зайдите на минутку.

Выключив пылесос, Черри открыла дверь в комнату.

– Мисс Марпл, я тут распелась, извините, еслипотревожила.

– Ваше пение куда приятнее этой кошмарнойжужжалки, – успокоила ее мисс Марпл. – Что поделаешь, приметавремени. Ведь никого из вас, нынешней молодежи, не заставишь убирать квартирупо старинке, веником и совком.

– Что-о, ползать на коленях с совком и веником? –поразилась Черри.

– Я понимаю, это нечто неслыханное. Войдите и закройтеза собой дверь. Я позвала вас, потому что хочу поговорить.

Черри повиновалась и подошла к мисс Марпл, которая изучающесмотрела на нее.

– У нас не так много времени, – сказала миссМарпл. – Эта старая… я хотела сказать, мисс Найт может войти сюда в любуюминуту с каким-то яичным коктейлем.

– Что ж, он вам полезен. Повышает тонус, –подбодрила свою нанимательницу Черри.

– Вы слышали, – спросила мисс Марпл, – чтовчера вечером в Госсингтон-Холле застрелили дворецкого?

– Что, этого итальянца?

– Да. Кажется, его звали Джузеппе.

– Нет, не слышала. Я слышала другое – у секретаршимистера Радда вчера был сердечный приступ, и кто-то даже клялся, что онаумерла, но это скорее всего слухи. А кто рассказал вам про дворецкого?

– Мисс Найт.

– Ну, сегодня утром я еще ни с кем словечком неперекинулась. Вы первая. Наверное, это совсем свежая новость. Выходит, егоубрали? – вопросила Черри.

– Предполагают, что так. А уж правда это или нет, покане знаю.

– Здесь очень удобно разговаривать, – сказалаЧерри. И тут же задумчиво добавила: – Интересно, успела Глэдис с ним повидатьсяили нет?

– Глэдис?

– Это как бы моя подружка. Мы живем рядом. Работает встоловой на киностудии.

– И она говорила с вами про Джузеппе?

– Да, ей кое-что показалось чудным, и она хотела спроситьего, что он об этом думает. Но это был просто предлог – она к нему неровнодышит, вот и все. Он, конечно, мужчина интересный, и вообще итальянцы кженщинам подход имеют – я ей сказала, ты с ним поосторожней. Сами знаете, чтоза народ эти итальянцы.

– Вчера он уехал в Лондон, – сказала миссМарпл. – И, как я поняла, вернулся поздно вечером.

– Интересно, удалось ей увидеть его до отъезда или нет?

– А почему она хотела с ним встретиться, Черри?

– Просто кое-что показалось ей чудным.

Мисс Марпл внимательно посмотрела на нее. Она была всостоянии понять, какой смысл в слово «чудной» вкладывали девушки, подобныеГлэдис.

– Она вместе с другими помогала на вечеринке, –объяснила Черри. – В день приема. Когда миссис Бэдкок в ящик сыграла.

– Да? – мисс Марпл сразу насторожилась, будтофокстерьер, обнаруживший крысиную нору.

– Вот она там что-то увидела, что показалось ей чудным.

– Почему же она не сообщила об этом полиции?

– Да она не думала, что тут что-то серьезное. В общем,решила, что лучше сначала спросить мистера Джузеппе.

– Что же она в тот день увидела?

– Если по правде, – призналась Черри, – мнеэто показалось чистой ерундой. Я еще подумала, это она мне специально головуморочит, а сама только и думает, как бы повидать мистера Джузеппе. По другомуповоду.

– И что же она сказала? – терпеливо, но настойчивоспросила мисс Марпл.

Черри нахмурилась:

– Про миссис Бэдкок и ее коктейль, она совсем рядомстояла. Так вот, она якобы сделала это сама.

– Что сделала сама?

– Расплескала коктейль на платье и испортила его.

– В смысле из-за неловкости?

– Нет, не из-за неловкости. Глэдис сказала: она сделалаэто нарочно, именно хотела расплескать коктейль. Ну, тут как ни крути, а такогобыть не может, верно же? Какой в этом смысл?

Мисс Марпл озадаченно покачала головой.

– Нет, – сказала она. – Нет, конечно…никакого смысла я тут не вижу.

– Ведь она была в новом платье, – добавилаЧерри. – С этого, кстати, и разговор зашел. Глэдис говорит: вот бы этоплатье купить! Вычистить его можно без проблем, но уж больно неохота идти стаким делом к мистеру Бэдкоку. Она ведь сама хорошая закройщица, Глэдис тоесть, и платье, говорит, просто загляденье. Ярко-синее, из искусственной тафты.Даже если пятна не отойдут, низ вполне можно ушить – фасон у юбки широкий.

Мисс Марпл на секунду задумалась над этими портняжнымитонкостями, но тут же выбросила их из головы.

– Вам кажется, что ваша подруга что-то от вас утаивает?

– Ну, я подумала, может, она еще что-то видела… а то –Хитер Бэдкок вылила на себя коктейль… Я просто не вижу, о чем тут спрашиватьмистера Джузеппе.