Досье на Крошку Че - Дарья Донцова

Плюхнувшись на мягкую подушку, я схватила пульт и понялавесь ужас своего положения. Понимаете, я не очень люблю телевизор. Не следуетсчитать меня гадкой снобкой, которая презрительно морщит нос при виде экрана ицедит сквозь зубы: «Оглупляют народ».

Я считаю, что народ сам, без меня, разберется, что емусмотреть. Никакой беды ни в многосерийных телефильмах, ни в веселых программах,ни в ток-шоу, ни в эстрадных концертах я не вижу. Каждый отдыхает, как хочет.Разве в Конституции написано, что граждане поголовно обязаны прочитать Пушкина?Нет? Вот и отвяжитесь от народа, перестаньте его учить и тащить в светлое завтра,пусть люди живут счастливо сегодня. Во всяком случае те, кому уже исполнилосьвосемнадцать. Если кое-кому не нравятся какие-то телепрограммы, то он может ихне включать. Телевизор не собака, он не бросается на вас из-за угла, не рычит,не кусает того, кто не жаждет смотреть «мыло». Я, например, обожаю сериалы проЭркюля Пуаро и мисс Марпл, еще мне понравился фильм про Ниро Вулфа, только нетот, что сняли в России. Впрочем, иногда могу посмотреть и некое шоу с мрачнонапыщенным ведущим, программу, претендующую на серьезность и глубину анализаразных ситуаций. Мне она отчего-то кажется веселей всех юмористических шоу: ипафосный журналист, и его гости с умным видом несут такую чушь! Ей-богу, очень,как говорит Манюня, прикольно.

Впрочем, сейчас речь пойдет об ином. Телик я смотрю редко иделаю это лишь в своей спальне. В гостиной никогда не сижу по несколькимпричинам. Во-первых, там стоит не слишком удобная для моей спины мебель,во-вторых, в большой комнате постоянно много народа, и все безостановочно галдят,в-третьих, тут огромный, очень яркий экран, от взгляда на который у менямоментально начинается мигрень.

Но сейчас хозяйке дома предписано пялиться в телевизор,изображая вязальщицу. Именно так, по мнению детей, проводит досуг мать милыхдетей, супруга владельца шахт, заводов, алмазных приисков, урановых рудников инефтяных скважин. Упав в неприятно мягкое для моего позвоночника кресло, японяла.., что не умею включать плазменную панель.

— Сейчас выпьем кофе, — послышался из прихожейбодрый голос Кеши.

— Лучше чаю, — покашливая, ответила Милиция.

Я занервничала и принялась быстро нажимать на все кнопки, ногадкий телик даже не моргнул.

— Ирина, — крикнул наш адвокат, — подайтечайник.

— Слушаюсь, Аркадий Константинович, —подобострастно откликнулась домработница, — лечу, словно гиена.

В иной ситуации, услыхав заявление Ирки, я бы захихикала:старательно исполняя роль, Ирка перепутала животных, она явно имела в видугепарда. Но сейчас мне было не до смеха — мерзкая панель не желала работать!Представляю, что мне потом скажет Кеша: «Неужели не могла постараться радиДеньки!»; «Милиция из-за тебя отказалась выдавать за Дениску свою Бетти» и такдалее в том же духе. Если сватовство сорвется, виноватой буду только я. Доконца дней домашние станут говорить: «Это произошло через неделю после тогодня, когда Дарья не сумела включить телик и лишила Дениску семейного счастья».Или: «Холодильник мы купили за месяц до момента, как Дарья не сумела включитьтелик и лишила Деньку семейного счастья». На меня уже накатывало отчаяние.

— Ваши родственники еще не приехали? — спросилаМилиция, явно подобравшись к самому входу в гостиную.

— Горячо любимая мамочка сейчас смотрит свой обожаемыйсериал, — не свойственным ему сюсюкающим тоном ответил Кеша, — носкоро соберутся и остальные. Наша семья свято соблюдает традицию совместногоужина. Ее завел еще пра-пра-прапрадедушка.., э… Иван Васильев, знатный.., э..,постельничий царя.

— Очень приятно, когда люди из века в век берегутсемейные ценности, — церемонно подхватила нить беседы Милиция.

Уже в полном отчаянии я стукнула пультом по колену, и — орадость! — экран сначала вспыхнул ярко-голубым светом, а потом на немзашевелились фигуры. Какой канал заработал, я понять не успела, потому чточерез порог переступили Милиция и Кеша. Я нащупала в кресле, сбоку от себя,клубок шерсти и спицы, не глядя схватила «реквизит», положила пряжу на колени,а железяки зажала в пальцах.

— Добрый вечер, — почти ласково произнесла Милиция.

Я навесила на лицо сладкую улыбку.

— Как хорошо, что вы вернулись! Желаете поужинать?

Кеша сердито кашлянул. Я тут же сообразила, что наша семьяна протяжении трехсот лет всегда усаживается за стол после захода солнца вполном составе, и ловко исправила свою ошибку:

— Мы любим поболтать при свечах, все вместе, но радигостьи готовы пойти на исключение.