Тайна русского путешественника - Юлия Алейникова

В принципе, можно было бы отказать. Кто он такой, чтобы тратить на него время? С другой стороны, кто он такой? И что ему от нее нужно? У нее не общественная приемная, кто попало сюда не приходит.

— Прошу вас, — распахивая дверь кабинета, пригласила Лариса, отгоняя безосновательную тревогу. Это нервы. Это все нервы. Исчезновение Бориса. Проблемы с компанией. Нервы.

Она устроилась за рабочим столом и, взглянув на гостя, проговорила сухим деловитым тоном:

— Я вас слушаю.

— Лариса Викторовна, я прибыл к вам, чтобы получить заказ. — Только теперь Лариса заметила в голосе незнакомца легкий, едва уловимый акцент. — Все сроки вышли. Или вы передаете заказ, или возвращаете аванс, учитывая сроки, со штрафными санкциями согласно договору.

Просто, логично. Справедливо. И… невыполнимо.

«Арчугов! Сволочь! — выругалась про себя Лариса. — Куда ты сгинул? Будь ты проклят, жирный идиот!» Но все это было внутри. Внешне Лариса озабоченно взглянула на свои руки, чтобы собраться с мыслями.

— Вы правы. Условия нашего контракта предусматривают определенные сроки, — подтвердила она. — Но случился форс-мажор. Заказ был выполнен, и тому имеется письменное подтверждение. Но курьер с заказом пропал. Сейчас мы решаем эту проблему.

— Уважаемая Лариса Викторовна, форс-мажор — это ваши проблемы. Мой клиент должен был получить заказ вовремя. Если вы не справились, мой клиент получает назад свои деньги и компенсацию за впустую потраченное время. Я настоятельно предлагаю вам выполнить условия контракта. — Голос незнакомца звучал вежливо, даже мягко, но от его слов веяло арктической стужей.

Лариса пожалела, что не приказала секретарше срочно вызвать Марата. Нет. Нет. Это уже паника. Это слабость. Никто ее не собирается убивать. Тем более прямо здесь и сейчас, одернула себя Лариса. К тому же пропажа Арчугова вообще может не иметь к происходящему отношения.

Хотя они могли запросто просчитать, кто именно был исполнителем, перехватить Арчугова с заказом и тихо похоронить в лесу. Они ничем не рисковали. Абсолютно ничем. Теперь они имеют эти проклятые дневники, да еще и денег с нее снимут. Ее подставили. Просто и неизобретательно. У Ларисы родилась соблазнительная мысль сдать этих деятелей полиции, обвинив их в убийстве Арчугова. И пусть выкручиваются.

Мысль абсолютно глупая. Если учесть, что до заказчика полиции никогда не дотянуться. Никаких доказательств у Ларисы нет. Даже слово «дневники» никогда нигде не фигурировало. Тем более они никогда не входили в контакт с Арчуговым. Как следствие, обвинят во всем ее.

Гость молчал, выжидательно глядя на Ларису. Лариса молчала, впервые в жизни не зная, что делать. Молчание затягивалось и становилось тягостным.

— Я вас услышала, — напряженным голосом проговорила Лариса. — Договор будет исполнен.

— Лариса Викторовна, мы надеемся, что вы не будете вынуждать моего клиента к крайним мерам по взысканию средств, — наставительно проговорил незнакомец, он даже не счел нужным представиться, а Лариса в начале беседы не настояла, а зря. — Всего хорошего, — произнес он на прощание и удалился, оставив Ларису в состоянии, близком к панике.

«Жадная, глупая, самонадеянная дура!» — горько посетовала она. И почувствовала, как защипало в глазах. Она плачет? Лариса презрительно поморщилась, шмыгнула носом. Что толку от глупых бабьих слез? Она решила поиграть в крутого бизнесмена, такого как Борис, и проиграла. Проиграла. А ведь всю жизнь считала себя умнее, ловчее, хитрее, чем он. Считала, что выигрывает.

Но ведь так и было! Ведь она смогла получить от него столько, сколько другим и не снилось. Даже после развода она осталась на коне, встряхнулась Лариса. И тут же себя одернула. Она получила больше, чем другие его жены. Но не больше, чем он сам согласился ей уступить. Она получила жалкую долю в магазине, в его магазине, а не половину компании, не половину капитала. И чем же она гордилась все эти годы?

Она всю жизнь провела под его крылом, за его спиной, под его защитой и лишь один-единственный раз попыталась высунуться оттуда — и тут же получила по носу.

Ларисе вспомнилась прошлогодняя поездка в Лондон, знакомство с неким господином. Баронет Лоуренс Диневор, так он представился. Их свел общий знакомый, Додик Зачесломский. Лариса знала, что Борис иногда ведет с Додиком какие-то дела, очевидно, не самые респектабельные, но ее это не смутило. Напротив, послужило определенной рекомендацией. Раз Борис может, почему ей нельзя? Самонадеянная идиотка! Тогда ей даже в голову не пришло, почему Додик направил Диневора не к Борису, а к ней.

Ей так понравилась мысль поиграть с Борисом, облапошить его, надуть! Выставить идиотом. Результат был очевиден. Надули ее. Расчетливо, хладнокровно, сыграв на ее слабостях как по нотам.

Додик! Идея наверняка принадлежала ему. Лицо Ларисы напряглось и заострилось. Ей не достать Диневора, но Додика она достанет. Даже если это будет стоить недешево. Она пустит по его следам Марата! Марат разорвет этого скользкого поляка, порвет его зубами, перегрызет глотку! Ей нужен Марат! Немедленно!

Лариса нажала кнопку быстрого вызова, раздался протяжный гудок, затем сброс.

Не обратив на это внимания, она автоматом нажала повторный вызов. Он был тут же сброшен. Ее заблокировали? Он так занят, что не может ответить? Напал на след Бориса? Или встречается с информаторами? В любом случае надо ждать.

Лариса сняла очки, устало потерла лицо. Вспомнила, как скверно сегодня выглядит, велела секретарше подать кофе и позвонила в салон. В подобных обстоятельствах надо держать себя в форме, убедить Марата разобраться с Додиком будет непросто. Придется поработать. Лариса улыбнулась похотливой, почти что неприличной улыбкой, такими улыбаются клиентам портовые шлюхи. Что ж, от такой работы она никогда не отказывалась.

Кофе появился перед ней через несколько минут. Ароматный, крепкий, без сахара, как она любит. А мысли вернулись к тому давнему разговору, к началу истории. Почему ее не насторожило, что заядлый коллекционер баронет сэр Лоуренс Диневор не желает напрямую связаться с Борисом? Почему ему понадобился посредник? Для чего? Тогда Додик сослался на некое недоразумение, возникшее между ними при последней встрече, причем преподнес это недоразумение как что-то пикантное, легкомысленное, что-то, что задело самолюбие Бориса, но не стоит серьезного внимания. Лариса купилась.

Затем она вспомнила квадратное, чуть обрюзгшее лицо баронета, с рыжевато-белесыми бровями и мутно-серыми въедливыми глазками, крупным хищным носом и узкими бесцветными губами. В ту встречу он показался ей даже обаятельным.

Борис тоже хорош. Стоило сослаться на старого клиента, и он вписался в заказ, даже ничего не проверил. Лариса снова криво улыбнулась. Электронное письмо из соседнего кабинета — и он уже в деле. Тогда это здорово забавляло ее. Понятное дело, что ни Додику, ни баронету она ничего не сообщила о том, что просто-напросто наняла Арчугова от имени неизвестного лица, и самодовольно над ними посмеивалась. Досмеялась. Лариса почувствовала необоримое желание продолжить вчерашние возлияния, но жестко себя одернула и снова набрала Марата. И снова безуспешно.