Сейф за картиной Коровина - Анна Князева

Каждому знаком этот момент, когда нужно просыпаться, а хочется подольше удержать сон. Во сне ты спокоен и счастлив, а в реальном мире ничего, кроме испытаний, тебя не ждет…

Дайнека не хотела просыпаться. Она судорожно цеплялась за последние мгновения сладкого забытья, спасавшего ее от жестокой действительности.

Она была уверена, что ночью здесь был Джамиль. Правда была страшной. И не оставляла ни выбора, ни возможности для компромисса.

Ее уверенность питала не только найденная в постели цепочка. Все обстоятельства, предшествовавшие убийству Нины, и те, что были после него, послушно выстраивались в один стройный ряд, и тот вел прямо к Джамилю.

Дайнека вспомнила, как он заскочил к ней в машину – как раз рядом с ее домом сразу же после убийства Нины.

Затем вспомнилось, как Джамиль, наклонившись над телом Нины, со знанием дела пощупал пульс и так внезапно ушел.

А эти две фразы из ее сна… Они так похожи, словно были сказаны одним человеком.

Не случайно и то, что Удав принял Джамиля за убийцу.

Сомнений не оставалось – это был именно Джамиль.

Странное дело, но она совсем его не боялась. Обида поборола страх, и теперь Дайнека хотела лишь посмотреть ему в глаза.

Решение пришло само по себе. Ей необходимо увидеть Джамиля.

Девушка нащупала на тумбочке мобильник и набрала номер.

– Да… – Голос звучал сухо и отрешенно.

– Это я…

– Сейчас не могу говорить, перезвоню позже.

И тишина.

Обида росла. Дайнека ощущала в себе колючую боль.

«Пусть так, – думала она, – мне только посмотреть в его глаза. Пусть скажет правду. И, если это был он, пусть скажет правду, а потом убьет, если захочет…»

Дверь открылась, в комнату заглянул отец.

– Не спишь?

– Уже нет.

– Я еду в город.

– Поезжай.

– Тебе ничего не нужно? – Отец словно чувствовал себя виноватым.

– Нет, папа. Не волнуйся, я сама со всем справлюсь.

Отец переменился в лице, и Дайнека поняла, что опять сказала, не подумав. Вскочив на ноги, она подбежала к нему, поцеловала в щеку и проговорила звенящим голосом:

– Не хмурься. Я жива, все хорошо. Давай радоваться жизни.

Но отец не торопился радоваться жизни. Потому что слишком хорошо знал свою дочь.

– Людмила, чем я могу тебе помочь? – Было видно, как искренне он этого хотел.

Дайнека снова поцеловала его и отправилась в ванную.

Вячеслав Алексеевич долго стоял у двери ее комнаты. В его душе боролись два устремления, одно из них – успокоиться и поверить ей, другое – добиться наконец правды. Первое победило, и он, недовольный собой, вышел из дома, сел в машину и уехал на работу.

В офисе, на пути к своему кабинету, встретил Сергея Вешкина, начальника отдела безопасности.

– Здравствуйте, Вячеслав Алексеевич. Есть кое-что по звонкам.

– Наконец-то!

– В общем, вычислили мы вашего «доброжелателя», прозваниваем сейчас, уточняем. Полной уверенности пока нет, но, похоже, мы на верном пути.

– Вячеслав Алексеевич! – окликнула его секретарша.

Она была смущена, и Вячеслав Алексеевич сразу же это понял.

– Прошу прощения, но я не смогла воспрепятво-во-вать… – Она заблудилась в буквах и от этого еще больше растерялась.

– Что такое?

– У вас в кабинете…

– Кто?

– Ваша жена.

– Я не женат.

– Она так сказала.

– Кто именно?

– Настя.

– Понятно, – сказал он, хотя это было не так.

Получалось, что, оставив Настю спящей в постели, он неожиданно находит ее в своем кабинете.

Настя сидела в его кресле и с любопытством просматривала документы, лежавшие на столе.

– Что ты здесь делаешь? И вообще, что за привычка рыться в чужих бумагах? – возмутился Вячеслав Алексеевич.

– Не волнуйся, даже если найду схему проезда к твоей любовнице, то все равно не поеду, – развязно отшутилась она, но, увидев его лицо, осеклась. – Тише, Славик, это не то место, где нужно выяснять отношения.

– Не смей разговаривать со мной, как с… – Он не сумел найти правильного слова.

– Что же мне, дядей Славой тебя называть, что ли? – ехидно возразила она.

Вячеслав Алексеевич молча сел в кресло по другую сторону стола. Вглядываясь в ее лицо, он вычислял причину, по которой она всю дорогу гнала машину, чтобы опередить его.

– В чем дело, почему ты здесь?

– Удивился, ага! – Настя игриво подскочила с кресла, обежала стол и повисла на его шее.

– В чем дело, я тебя спрашиваю…