Сейф за картиной Коровина - Анна Князева

– Слышу.

– Ты обещаешь мне? – грозно спросил отец.

Дайнека молчала.

– Я только хочу знать, обещаешь ли ты мне, – уже мягче, с умоляющими нотками в голосе попросил он.

– Обещаю, – согласилась Дайнека, адресуя свои слова кухонному окну за его спиной.

– Посмотри мне в глаза…

– Обещаю, – снова повторила она, глядя ему в глаза.

– И еще… – Отец замялся. – Настя просила… В общем, она сама тебе позвонит.

Отец с видимым облегчением простился и уехал.

Дайнека подумала, что хорошо было бы съездить на дачу. Но при воспоминании о Насте-Здрасте желание ехать улетучилось.

Спустя два часа та позвонила сама:

– Людми-и-ил, мне нужна твоя помощь. Я заказала костюм… в том ателье, ну ты знаешь… Мне что-то не нравится, а сама сказать не решаюсь… Можешь съездить со мной на примерку сегодня вечером, часов в восемь?

Дайнека без особого энтузиазма ответила:

– Хорошо.

Сама была не рада, что согласилась, и ругала себя за дурацкое великодушие. Повсюду, куда бы она ни привела Настю, возникали проблемы. До этого уже были маникюрша, стилист и врач-гинеколог.

Опустив трубку, Настя скорчила забавную гримаску, она хорошо представляла себе, как не хотелось Дайнеке ехать с ней в ателье.

– Ничего, никуда ты не денешься… – произнесла она вслух и уже повернулась, чтобы уйти к себе в комнату, как вдруг за спиной раздался телефонный звонок.

«Неужели откажется?» – встревожилась Настя, схватила трубку и, не дожидаясь того, что скажет Дайнека, выпалила:

– Но ведь ты обещала!

– Обещать – не значит жениться. К тому же «обещал», а не «обещала», – проговорил мужской голос на другом конце провода.

– Кто это? – испуганно спросила она.

– Ты напрашиваешься на банальность вроде фразы о «короткой девичьей памяти»… Вспоминай.

– Вот еще! Серега, ты, что ли?

– Можешь называть меня так. Хотя вообще-то меня зовут Вилор.

– Прости, не узнала. – Припомнив обстоятельства, при которых они расстались, Настя покраснела. – Не подумай, что…

– Я и не думаю.

– Тогда ночью в гостиной была Дайнека, дочь моего мужа, – решив не тянуть, она выпалила: – Надеюсь, ты не откажешься встретиться со мной сегодня вечером только потому, что я замужем?

Молчание несколько затянулось, и Насте показалось, что, проявив нетерпение, она совершила тактический промах. Теперь необходимо искать пути отступления. Ей не хотелось оказаться в смешном положении во второй раз.

– Нет, – последовал наконец короткий ответ.

– Нет? Что ты имеешь в виду? – заволновалась Настя.

– Нет, мы не будем ждать вечера. Я хочу видеть тебя сейчас.

Такой ответ она мечтала услышать всю свою жизнь. Поэтому немедленно решила, что откладывать свидание на вечер не стоит. Упустить такого красавчика… Этого она не простила бы себе никогда.

– Где встречаемся? – отчего-то шепотом спросила Настя.

– Приезжай ко мне.

– А это удобно?

– Ты серьезно? – спросил Вилор, разражаясь смехом.

– Говори, куда ехать!

– Записывай…

Настя осмотрелась и, схватив карандаш, записала адрес на обложке журнала.

В тот момент в комнату заглянул Вячеслав Алексеевич.

– Прости, что я говорю об этом. Но ты сама знаешь, я не люблю вмешиваться в ваши женские дела… Насчет ателье поговори с Людмилой сама.

Сгорбившись при первых звуках его голоса, Настя постепенно выпрямлялась и, наконец обернувшись, соврала, не задумываясь:

– Я как раз с ней говорила. – И положила трубку. – Не заметила, как ты приехал. Обедал?

– Да, спасибо, не беспокойся.

«А я и не беспокоюсь…» – усмехнулась про себя Настя.

– Куда-то собралась? – Вячеслав Алексеевич оглядел ее.

– И все-то ты во мне подмечаешь, и ничего-то от тебя не утаишь… – продолжила Настя и подошла к нему и прижалась всем телом. – Не буду больше скрывать…

Вячеслав Алексеевич выжидающе молчал.

– Хочу на работу устроиться. В четыре у меня собеседование. – Она сама удивилась тому, как легко опять соврала. Разумеется, ничего подобного ей и в голову не приходило.

– Молодец… – Вячеслав Алексеевич поцеловал ее и вышел из комнаты.

А Настя аккуратненько оторвала кусок журнальной обложки, на которой записала адрес Вилора, и выскользнула из дома.