Компот из запретного плода - Дарья Донцова

Дуся, испытывавшая некое неудобство из-за ситуации спарнишкой, всячески выказывала ему свою любовь, поддерживала добрыми словами,поощряла, так сказать, морально, материальную тяжесть взвалила на свои хрупкиеплечи Нинель. Впрочем, Лиля, третья подруга, тоже заботилась о Сереже какмогла. Правда, мальчик, которого дамы начали звать Сержем, никаких хлопот недоставлял, он блестяще окончил Строгановское училище. Наверное, у парнишкиимелся талант, большинство студентов занимались с репетиторами и все равносыпались на экзаменах, а Серж получал за все творческие конкурсы пятерки.

Уже на первом курсе юноша начал подрабатывать, хватался залюбой заказ, а еще он оказался благородным человеком: закончив институт, съехалназад в квартиру, где провел детство, но Нинель, Евдокию и Лилю не бросил, досих пор помогает старухам чем может.

– Видишь, какой Сержик замечательный, – закончиларассказ Евдокия, – ему в жизни пришлось перенести много испытаний, и женанужна хорошая! Сумеешь сделать Сержа счастливым? Имей в виду, мы с Нинель иЛилечкой придираться станем.

– Что же он вам просто так денег не дает? –прищурилась я. – Отчего ваши драгоценности на продажу берет? Разве этокрасиво?

Евдокия нахмурилась.

– Мне милостыни не надо, слава богу, не нищая. У Сержаособых средств нет, и рад был бы мне вторую пенсию платить, но откуда ее взять?Впрочем, я просто так ничего не возьму. И огромное спасибо Сержу, чтопокупателей находит, время на меня тратит.

Я помолчала и осторожно спросила:

– Но я так поняла, что ваш золотой запас иссяк?

Евдокия кивнула.

– Увы, любой колодец имеет дно, последнее колечкосдала.

– Так откуда ожерелье?

Старушка сгорбилась.

– Некрасиво получилось. Но, пойми правильно, Миларастет, ей нужна хорошая одежда, еда, потом, девочка учится в институте, самане зарабатывает. Вот… поэтому…

– Откуда ожерелье?

Евдокия повздыхала, поохала и наконец призналась:

– Нинель дала.

– Зачем? И как оно к ней попало?

– Ну… хорошо, расскажу, но ты, душенька, Сержу нисловечка. Нам перед ним стыдно будет, все нищета проклятая!

– Ладно, говорите.

Евдокия схватила край скатерти и, нервно заплетая бахрому вкосички, начала:

– Мое золотишко исчерпалось, я приуныла и пошла кНинель за советом.

На ум генеральше лезла всякая глупость. Может, продатьбольшую квартиру, приобрести маленькую в спальном районе, а на полученнуюразницу ставить Милу на ноги? Или наняться нянькой в приличный дом?

Услыхав о планах подруги, Нинель покачала головой.

– Апартаменты – капитал, оставь их на крайний случай. Вприслуги тебя никто не возьмет, возраст не тот, да и не справишься собязанностями.

– Лифтершей сяду!

– Они гроши получают.

– В уборщицы наймусь.

– Не ерунди, – обозлилась Нинель, – найдувыход!

Слегка повеселевшая Дуся поехала домой, она знала: НинельМитрофановна сумеет придумать нечто замечательное, ведь лучшая подруга всложной ситуации всегда приходила на помощь.

Так и вышло. Спустя неделю Нинель явилась к Бордюг исказала:

– Серж знает, что ты все распродала?

– В общем, да, – кивнула Евдокия.

– Отнеси ему этот браслет, – велела Нинель.

– Какой красивый! – восхитилась Дуся.

– Верно, – согласилась Нинель, – жаль, немой.

– А чей?

– Вот этого не скажу.

– Почему? – удивилась Евдокия. – Откуда он утебя?

Нинель вытащила сигареты, закурила и, выпуская дым,сообщила:

– Серж ведь занимается продажей ювелирных изделий?

– Ну да, – подтвердила Дуся, – он мне оченьпомогал.

– И у него хорошая клиентура, – продолжила Нинель.

– Что ты говоришь! Значит, я не одна?

– Нет, конечно.

– Скажите, пожалуйста, – восхитилась Дуся, –экое доброе сердце у юноши!

– Доброта здесь ни при чем, – отрезалаНикель, – Серж зарабатывает на комиссии.

– Это как?

– Берет колечко, продает за десять тысяч, а хозяйкеотдает семь, остальное забирает себе.

– Не может быть!

– Почему? – пожала плечами Нинель.

– Это спекуляция!

– Дуся, – засмеялась подруга, – очнись, иныевремена на дворе. Теперь это именуется коммерцией и весьма приветствуется.Сержу ведь жить надо.

– Он художник!

– Бог мой! Малюет никому не нужные картины.

– И скульптор!

– Еще хуже, – захихикала Нинель, – снимирозовые очки. Сержик – торговец золотишком, делает он это тихо, не привлекая ксебе внимания, боится нарваться на скандал, поэтому вещи на реализацию беретлишь у хороших знакомых либо по рекомендации. Думаешь, мало таких, как ты? Навек Сержа хватит! Мы по бедности продаем, другие по богатству покупают.

– Он хороший мальчик!

– Конечно, никто с этим не спорит, – вздохнулаНинель, – но даже Иисус Христос, пока жил на земле, был вынужденприобретать хлеб и одежду. Если Серж станет рассчитывать лишь на своетворчество, он с голоду умрет. Неси ему браслет, скажи, желаешь получить занего тысячу долларов.

– И что?

– Украшение стоит чуть дороже, – приняласьрастолковывать Нинель суть операции малопонятливой подруге. – Серж вручиттебе штуку.

– Не поняла, какую штуку? – разинула рот Евдокия.

Нинель хмыкнула.

– Извини, оговорилась, доллары получишь, отдашь мневосемьсот.

– Но ты только что говорила про тысячу, –напомнила Дуся.

– Верно, двести тебе останутся, вот он, хорошийзаработок. Если в месяц ты три-четыре украшения пристроишь, уже здорово.

– Ничего не понимаю, – замотала головой Евдокия.