Омлет из выеденного яйца - Татьяна Луганцева

– Господи! Вы как?! Урод! Идиот! Он же убить хотел! Прямо несколько раз туда-сюда! Прямо по людям! Зверь, что ли?! Нет, ну ладно – один раз якобы людей не заметил, но он целенаправленно разворачивался, набирал скорость и снова прямо по вам, прямо по головам! Ужас! Я этот катер знаю, там такие винты! Господи, я был уверен, что вас раздробило на части или головы поотрывало! Счастье-то какое, что вы живы! Я ведь не сразу обратил внимание, видел, где вы купаетесь, потом, смотрю – целуетесь, ну и не стал глядеть, неприлично все-таки. А затем… шум катера… и, главное, он то удаляется, то опять приближается. Ну, я, конечно, полюбопытствовал, а там такое творится! Да что же это за уроды! Специально! Это же – убийцы! – Капитан находился явно в шоковом состоянии.

– Успокойся, все хорошо, – только и смог ответить Федор на этот долгий и эмоциональный монолог Владимира.

Капитан продолжал суетиться, все что-то говорил и говорил, охал и ахал. Было понятно, что он очень возбужден и озадачен, что на его глазах развернулась такая бойня на воде, и ведь чуть не убили его клиентов, которые хорошо платят, ко всему прочему.

Федора и Маргариту усадили на стулья и накрыли пледами.

– Сынок, кофейку приготовь потерпевшим, чтобы согрелись! Сейчас заберем наших гостей с острова и в поселок! В милицию! Обязательно заявим в милицию! Это было прямо нападение какое-то! Хулиганство на воде! А если бы Федя не мог нырять, да еще с тобой, то это было бы не хулиганство, а убийство!

Яхта плавно двинулась к берегу, где уже стояла перепуганная парочка влюбленных. Маргарита дрожала всем телом, ей было плохо, она наглоталась морской воды. Она смотрела на широкую спину Федора и уже открыла рот, чтобы высказать ему слова благодарности за спасение жизни, как увидела ярко-красное пятно, расплывающееся у него по спине.

– Федя, у тебя на спине кровь! – ахнула она.

Тут же засуетился капитан судна:

– Ой, мамочки! Правда! Владик, неси скорее аптечку! – Хорошо, что он не терял сообразительности в минуту опасности.

– Наверное, лопастью все-таки зацепило, – ответил Федор. – Я так испугался, так старался тебя «притопить», что вот сам спиной, видимо, подставился. Я, честное слово, не знал там, под водой, что делать. И наверх нельзя – разрубят, и в глубь – страшно, я видел твои глаза, видел, что ты захлебываешься! Понимал, что тонешь, и ничего сделать не мог. И свой воздух тебе отдать не мог, потому что его не было, уже все выдохнул! Вот где ужас! – с такой искренней болью во взгляде посмотрел на нее Федор, что Маргарита кинулась к нему на шею и принялась его целовать:

– Я знаешь… Знаешь что…

– Что? Тише-тише… Успокойся! Все хорошо… я тоже, ты же знаешь, с тобой и навсегда, – даже испугался он.

– А почему нам тогда все время мешают? Что за напасти?

– Я не знаю, дорогая, но все пройдет, не может же злой рок преследовать нас вечно? – здраво предположил он.

– Федор, я…

– Что? – обнял он ее, пока на борт яхты с вещами уже карабкались Антонина со Львом.

– Я хочу быть с тобой! Мне больше нечего сказать! Все время, всю свою жизнь и только с тобой! Я больше никогда не посмею подумать про тебя плохо!

– Я постараюсь оправдать твои желания и чаяния! – поцеловал ее Федор, откликнувшись на ее горячий призыв.

Антонина между тем, чертыхаясь и крестясь одновременно, бросилась к его спине:

– Что же это такое делается?! Мы даже не сразу поняли, что происходит! Порез неглубокий, но надо шить! Полный вперед, капитан, так просто кровь не остановить! Надеюсь, что наша хирург еще стоит на ногах и в состоянии помочь нам!