Стеклянные куклы - Инна Бачинская

«Нужно сделать» было выведено каллиграфическим почерком на листке из блокнота. Это был финальный аккорд. Нужно сделать!

1. Спросить Максима Устинова о Тоне Бережной.

2. Показать фото Вадима кв. хоз. Евгении Абрамовой. Игрушка.

3. Спросить Тоню Бережную о Максиме Устинове.

4. Программист Леня из школы танцев.

5. Иван Денисенко, фото моделей. Фото «стеклянных куколок» из спальни Вадима. Попросить Колю проверить.

6. Поговорить с Ирэн и др. Можно по телефону.

Федор достал папки с фотографиями. Кристина, Инга, Лолита от Игорька, Ирэн от Рощика. Четверо. Снова четверка. И что бы это значило? Знак?

«Я не верю в знаки, – сказал себе Федор. – В случайности я тоже не верю. А во что я верю? Я верю…»

Он задумался. В законы диалектики. В переход количества в качество. На определенном этапе количество информации переходит в качество. Откроется дверь, воссияет истина, развернется новый ракурс. Посмотрим. Пазл – тоже диалектика. Переход количества кусочков в качество изображения. Чем больше, тем яснее. Как-то так.

Программа минимум. Пока все. С чего начнем? Федор рассматривал список «Нужно сделать», как гурман в ресторане рассматривает меню, предвкушая. Голова была ясной, боли в затылке как не бывало. Скребущий крот исчез. За окном светило солнце, через открытую балконную дверь долетали городские шумы. Сладкий морозный воздух, смешанный с запахом кофе, гулял по комнате.

…Хозяйка квартиры, где проживала Евгения Абрамова, обитала в этом же доме, только этажом выше. Это была тучная, средних лет женщина в широких коричневых слаксах и желтом свитере а-ля Рощик – бесформенном и до колен. На голове ее красовался желтый атласный тюрбан. Лицо блестело от желтой маски, видимо, от яичного желтка, догадался Федор. Она открыла ему, вскрикнув: «Господи, Женечка!», когда он упомянул о Евгении, и теперь во все глаза рассматривала. Она даже не попросила показать удостоверение.

– Как вас зовут? – спросил Федор.

– Лариса Павловна. А вы…

– Алексеев. Федор Алексеев. Я хотел поговорить о вашей квартирантке, Евгении Абрамовой.

– У нас уже были из полиции, сказали, нашли Женечку… Не дают похоронить, чего-то выжидают! В Посадовке нашли. Страсти господни, уму непостижимо! Такая славная девушка… Из дома выйти страшно! А что вас интересует?

– Меня интересуют знакомства Евгении. Она снимала у вас квартиру… Как долго?

– Мужчины? – перебила она живо. – Женечка снимала у меня три года, я нарадоваться не могла! Умница, аккуратная, чистюля, и работа хорошая, зарабатывала неплохо. Никого не было, даже подружек не вспомню. Никого. Она приезжая, из Зареченска вроде. Сирота. И надо же было такому случиться! Бедная девочка. Платила всегда вовремя, на Новый год всегда поздравит, не забудет. Знаете, Федор, как она пропала, я сразу к гадалке кинулась, фото Женечки носила, она бросила на картах, говорит, живая, только не может выйти. Я так надеялась! А потом уже и не надеялась, не шутка, почти год. Мы тут с соседями решили, что ее убили. Ограбили и убили.

– А ее вещи…

– Вещи! – Женщина всплеснула руками. – Компьютер забрала полиция, золота не было, может, тоже забрали, да у нее почти ничего не было, я видела золотой кулончик с птичкой, Женечка в Турции купила. – Она поджала губы. – А одежда вся как была, сложенная в чемоданах, на антресолях. Я думала поначалу, вернется Женечка, спросит. А сейчас руки не дошли, как услышала, что нашли ее, у меня сразу гипертонический криз! А когда отдадут тело? Мы тут с соседями поговорили, все согласны дать на похороны… и ее вещички купят, обратно, памятник нужен. Конечно, ее с работы хоронить будут, но и мы тоже, а как же! По-людски надо…

– Я не знаю, Лариса Павловна. Я спрошу и позвоню вам. А вы не помните, была ли у Евгении игрушка из искусственного меха, зверек вроде хомяка в платье?

– Была! Я еще подумала, зачем ей, она не любила всякие безделушки, знаете, фигурки, вазочки… Женечка была, как бы это вам сказать, немножко неженственная. Она и украшений почти не носила, вот только птичку. А игрушка стояла на полочке в спальне, смешная такая, хомяк в юбочке и на голове корона. Прекрасно помню, где-то в чемодане… А что?