Черный список деда Мазая - Дарья Донцова

– Без Всеволода тут не обошлось, – грустно сказала я, – он ключевая фигура. У милейшего Севы было много способов пощипать маму. Очутившись с ней в магазине, он говорил, что у него в кошельке лежит стодолларовая или другая крупная купюра, валюту не принимают. Понятно, что Жека давала ему свои деньги. Еще у него частенько зависала кредитка. «Ай-ай-ай, платеж невозможен, глюк в банке!» И снова мать платила. Но нас должен заинтересовать другой совсем простой трюк, любимое занятие нечистых на руку домработниц. Покупаете в самом дешевом магазине продукты, а потом сообщаете, что приобрели их в гастрономическом бутике. Взяли яйца по тридцать рублей на оптушке, а соврали, что это биопродукт из элитного супермаркета от породистой несушки, которую заботливый фермер кормит отборным зерном и поит минеральной водой. Такие тянут на триста рублей за десяток. Производим вычитание и кладем в свой карман навар в двести семьдесят «тугриков».

– Хорошая хозяйка проверит чек, – насупился Костин.

– Жека у Севы отчета не требовала, – заметила я, – но если заехать в какой-нибудь «Остров гурмана», то там в тележках и корзинках валяются чужие чеки, а у касс есть проволочные мусорницы, набитые ими же. Все очень просто!

– Туфли! – поднял указательный палец Костин. – Речь о них! Взял их и предъявил!

– Андрей Яковлевич осмотрел лодочки и отметил, что подошва и набойка у них иные, их поставил другой мастер, – зачастила я. – Внутри и снаружи туфли пропитаны особым составом, он сохраняет их в первозданном виде, а вот по подметке станет понятно: обувь носили. Думаю, туфли починили и сдали в комиссионку. Хозяин торговой точки выдал их за новый товар. Сева приобрел их за небольшую стоимость, маме же соврал, что они потянули на семьдесят пять тысяч рублей, которые он взял из семейной кассы. Если ты велишь своим сотрудникам обойти комиссионки, то найдешь того, кто приволок туфли в магазин, у него должны были потребовать паспорт.

– Значит, отравить хотели Жанну, – подвел итог Володя. – Жека стала случайной жертвой? Ладно, если Роман обнаружит в туфлях яд, приму твою версию. Но возникают новые вопросы. Кем является женщина, напавшая на пенсионерку Людмилу Алексеевну? Как к ней попала обувь Жени? Почему туфли вернули в квартиру Ковалевой? Откуда дамочка знала, где она держит запасные ключи? Какова роль этой тетки в смерти Жеки? Почему нож, упавший с высоты, не разбился? Каким образом он оказался под телом у левой руки Евгении? И, самое важное, кто покушался на жизнь Всеволода? Почему? Сына хотела убить Евгения? Или она выпрыгнула из окна, посчитав Севу мертвым?

В моей сумочке запищал мобильный, на дисплее высветилась надпись «Валентина», я приложила трубку к уху и постаралась как можно ласковее прочирикать:

– Здравствуйте, Валечка! Вы уже приехали к Лике?

– Меня похитили! – закричала Нечитайло.

– Кто? – ахнула я.

– Мерзавцы в масках! – заголосила Валентина. – Я нахожусь по адресу улица Емельяненко, дом шесть, квартира десять. Помоги! Спаси! Меня привязали к стулу! Освободи!

Продолжая держать мобильный в руке, я бросилась вон из кабинета Костина, сказав ему:

– Соединюсь с тобой позднее.

Подъехав к нужному зданию, я посмотрела на часы. В городе пробки, издатель Адам Корсунский, которому я позвонила с дороги, где-то застрял. Надеюсь, он все же успеет попасть на представление. Вам кажется странным, что, услышав шокирующую новость о похищении, я, находившаяся в кабинете начальника следственного отдела, не подняла тревогу? По какой причине я не попросила помощи у Вовки, не потребовала от него немедленно связаться со специалистами, которые занимаются похищением людей? Ответ прост. Я ни на мгновение не поверила Нечитайло, потому что знаю: похититель никогда не позволит жертве связаться с родными, максимум на что он пойдет, – это разрешит несчастной крикнуть в трубку: «Я жива». И уж совершенно точно преступник не даст назвать точный адрес места, где удерживает жертву. Валентина задумала некую акцию, сама написала сценарий, сама поставила пьесу… Два последних обстоятельства настораживают. Нечитайло способна на удивительные глупости.

Не успела я пристроить во дворе свою «букашку», как издалека раздался вой сирен. С каждой секундой он делался все громче, надрывнее, и спустя кратчайшее время перед подъездом остановились «Скорая помощь», пожарные, аварийная служба «Мосгаза», фургон с надписью «Защита животных» и бело-синяя не новая «девятка». Захлопали дверцы, на тротуаре образовалась небольшая толпа, которая стала быстро расти, так как с проспекта во двор ворвались мини-вэны с наклейками «Желтуха», «Телевидение нашего района», «Шоу на кабеле», «TV-интернет», «Новости для блогеров».

– Уберите прессу! – заорал толстый полицейский, высовываясь из окна «Жигулей». – А ну, пошли вон! Фу! Брысь!

К сердитому стражу порядка сразу потянулись палки с микрофонами, камеры расчехлились и направили объективы на краснолицего дядьку в фуражке. Тот нырнул назад в салон машины.

– Дайте комментарий! – потребовали из толпы корреспондентов.

– Вам не удастся скрыть правду, – пропищала девица в мятом ситцевом сарафане. – Похититель писательницы Нечитайло связался с ведущими СМИ страны, он позвонил в нашу газету, потому что доверяет объективности еженедельника «Голос улицы Петрова».

– Не имеете права игнорировать свободную печать, – талдычил подросток в огромных кроссовках. – Я интернет-портал «Кляксы города», меня читают двести миллионов россиян.

Я бочком стала протискиваться к подъезду, около которого замерли с открытыми ртами две старухи и три мамаши с детьми. У людей начисто отсутствует инстинкт самосохранения. Даже мужчинам, увидевшим скопище спецмашин и папарацци с теле– и фотоаппаратурой, нужно побыстрее удирать, а не замирать в предвкушении скандала. А уж пожилым дамам и тем, кто гуляет с детьми, надо срочно уносить ноги во избежание неприятностей. Но нет, вот они, пенсионерки и юные мамочки: глаза сверкают от возбуждения, из карманов вытащены сотовые, чтобы снимать происходящее. Вот он, прогресс, разбушевался по полной программе. И, если мне не изменяет память, по результатам последней переписи, население России составляет чуть больше ста сорока миллионов человек. Откуда у интернет-портала взялось столько зрителей?

Передняя дверь «Жигулей» распахнулась, из салона вышел совсем молодой полицейский, который попытался навести порядок:

– Граждане корреспонденты и корреспондентки! Никто ничего не скрывает! Я, Николай Глаголев, проинформирую вас. Два часа назад наше отделение приняло звонок от женского лица. Оно сообщало, что является писателем Валентиной Нечитайло и удерживается неопознанными людьми с целью получения выкупа и причинения ущерба здоровью, психическому состоянию и моральному настроению гражданки Читалка.

– Нечитайло, – поправила я.

– Точно, – выдохнул полицейский, – ошибся из-за жары.

– Как вы узнали адрес? – спросили из группы папарацци.

– Писательница сказала, – признался страж порядка.