Смерть и немного любви - Александра Маринина

– Грядет многопартийность, политическая система будетменяться быстро, и тогда остро потребуются аналитики, комментаторы, советники,которые владеют материалом, – наперебой увещевали они. – Вы будетенарасхват. Это же слава и деньги.

Да, ему хотелось славы и еще больше хотелось денег. С техпор как мать вышла на пенсию, а он вырос, они стали переезжать с квартиры наквартиру, меняя большую площадь на меньшую с доплатой, потому что денег нажизнь не хватало. Стипендия, даже повышенная, какую он получал, была досмешного маленькой, но мать и слышать не хотела о том, чтобы сын бросил учебу иначал работать. Нищета стояла Валерию поперек горла, он хорошо помнил своесытое и красивое детство среди старинных книг с золотым тиснением на переплетахи дорогих картин с автографами художников. Он понимал, что все это былопродано, чтобы вырастить его, кормить хорошими натуральными продуктами с рынка,а не отвратительной химией из ближайшего магазина, возить его каждый год наморе, в Прибалтику, снимая на все три месяца целый дом, а не крошечную конуркус двумя койками. Стоило это безумных денег, но мать шла на такие траты, чтобытри месяца летних каникул превращались не в три месяца лишений, унижений истесненного положения, когда не знаешь, можно ли сюда ступить и здесь сесть, ав три месяца полноценной и полнокровной жизни, с книгами, которые брались ссобой чемоданами, с мольбертом и занятиями живописью, с телевизором ипроигрывателем, на котором мама крутила свои и его любимые пластинки.

Став взрослым, он не забыл тех жертв, которые были принесеныво имя его здоровья и благополучия. То, что он должен найти свою золотую жилу,сомнению не подвергалось. Но путей было два.

Заниматься ненавистной социологией и осточертевшейполитологией, от которых его воротит, и в скором времени добиться положения иизвестности, должностей и денег, вполне приличных денег, достаточных для того,чтобы дать матери хотя бы несколько лет достойной и пристойной старости.

Или заниматься тем, что ему интересно, что он любитпо-настоящему и хорошо знает, но в чем еще такая бездна непознанного – древнимигреками. Изучить как следует, а не по верхам, древнегреческий и читать их воригинале, наслаждаясь слогом, стилем, глубиной и неожиданностью мыслей,остротой суждений и язвительностью оценок. Кому сегодня нужны древние греки?Кого они интересуют? Поистине, есть науки, которые являются уделом толькобогатых. Ибо нищий, занявшийся древними греками, так и сдохнет в нищете подзабором, потому что древними греками не заработаешь себе даже на костюм, вкотором можно выйти на трибуну университета и прочитать лекцию об этих самыхдревних греках. Нищий должен заниматься химией и биологией, чтобы ставить своедело в пищевой или текстильной промышленности, нищий должен становиться юристомили экономистом. А древних греков оставить элите – миллионерам. И ВалериюТурбину пришлось решать, а не заняться ли ему своими любимыми греками, а денегдобиваться не профессиональной деятельностью, а сексуальной активностью.

Он выбрал греков. И стал пристально искать среди окружающихего девушек и женщин ту, которая могла бы стать его золотой жилой. В идеале онпредставлял себе, что найдет молодую, в возрасте до тридцати пяти лет, деловуюженщину, у которой все есть и которой муж нужен только для постели, а не длядушевных разговоров, не для выполнения мужской домашней работы и не дляпробивания ее безумных проектов. Он сразу поставит ей условие: он не лезет в еедела, он не требует от нее внимания, ему не нужно, чтобы она за ним ухаживала,готовила ему по утрам завтраки и подавала их в постель. Ему не нужно, чтобы онаему доверяла свои секреты и делилась проблемами. Ему не нужно, чтобы онатаскала его с собой на приемы и светские рауты, она может ходить на этимероприятия с любовниками и поклонниками. Ему нужен минимальный достойныйкомфорт для себя и деньги для матери. За это он будет исполнять свойсупружеский долг безотказно в любое время, в любом месте, в любой форме и слюбой интенсивностью.

Но жизнь, как водится, оказалась от идеала далековата. Теженщины, которые уже чего-то добились, завели собственное дело и крепко стоялина своих стройных финансовых ногах, совершенно, как выяснилось, не нуждались вавтоматических трахальщиках. Им нужна была душевная близость, теплота,нежность, дети. Им хотелось о ком-то заботиться или чтобы заботились о них. Влюбом случае Валерий, которого в этой жизни интересовали только философскиеучения древних греков, их никак не устраивал. Те же, кому нужен был голый секс,оказывались либо молоденькими и с финансовой точки зрения спорными, либо такимиакулами, что с ними и в постель ложиться страшно было. Так что с выгоднойженитьбой пока что не очень получалось, а мать тем временем снова поменялаквартиру, и они снова переехали…

И вдруг появилась Катя Голованова, студентка, так похожая нанего, влюбленная в философию, знающая и тонко чувствующая материю. С ней былоинтересно разговаривать, с ней хорошо было гулять подолгу после занятий, допозднего вечера, потом провожать ее до подъезда и каждый раз убеждаться в силесвоей привлекательности. Катя совершенно теряла голову, и, если бы на дворебыло лето, они бы наверняка ухитрялись заняться любовью прямо здесь, налестнице, между этажами. Но стоял декабрь, и одежды на них было многовато.

Еще немного, и Турбин бросил бы к чертовой матери своихлюбимых греков, сменил бы тему диссертации и защитился по политологии. Он ужепочти готов был сделать Кате предложение и думал только о том, что сначала надобы найти хату, где переспать с ней хоть разочек, а то как-то несовременноделать предложение девушке, с которой ни разу не был близок. Еще немного, и…

Но все сорвалось. Катя привела в институт свою подружку,богатую бездельницу Элю, дочку крупного фирмача. И Валерий отступил, далслабину. Эля оказалась такой доступной добычей, у нее совсем не было мозгов,зато был южный темперамент и высокая потребность в сексе, а также богатый папа,который мог пристроить Валерия на какую-нибудь необременительную денежнуюработу. Мало ли в крупных фирмах непыльных должностей, где и уметь-то ничего ненужно.

Окрутить глупенькую хорошенькую Элю не стоило ни малейшеготруда. Он видел, как страдает Катя, клял себя последними словами, но, выбираямежду нею и греками, отдавал предпочтение грекам. Они все-таки были емуинтереснее и нужнее.

Валерий был достаточно предусмотрителен, чтобы заставить Элюскрыть от родителей подачу заявления в загс. Он прекрасно понимал, что Бартошине умирают от желания видеть его в своей семье, поэтому старался как можноменьше мелькать перед ними, чтобы у них сложилось впечатление, что он – простоочередной поклонник, никакой опасности не представляющий. Он хотел, чтобы Эляпоставила мать и отца в известность уже после регистрации брака, когда сделатьничего нельзя будет и придется смириться. Но Элька, конечно, не выдержала ипроболталась. Две недели перед свадьбой превратились в настоящий ад. Едкая ициничная Тамила проедала им печень рассуждениями о том, что нельзя жениться сбухты-барахты только потому, что захотелось в постель. Она была достаточнопроницательна, чтобы правильно понять расстановку сил в паре, которую составилиее нежная избалованная девочка, привыкшая все получать по первому требованию, инищий аспирант, привыкший все получать при помощи предмета, находящегося влобковой зоне.