Труп на английской лужайке - Юлия Алейникова

А Ник далеко не дурак. Как показывают последние наблюдения, он умный, жесткий делец. Это я понял, послушав его телефонный разговор пару минут, взглянув на его кабинет и просмотрев бумаги. Вся эта мишура вроде байков и рок-группы – шутка гения, не больше. Знаешь, я его теперь иначе стал воспринимать. Раньше думал – богатый, старый чудак с заскоками, – Юлю так и подмывало сказать: «На себя взгляни», но она сочла за благо промолчать, – а теперь вижу, что ему палец в рот не клади.

– Ну, хорошо. Допустим, все это так. Но нам-то это что дает?

– А вот тут у меня родилась другая мысль. У Ника была с невесткой связь, дальше он полностью взял на себя хлопоты по разводу и решению судьбы внука, он до сих пор втайне ото всех выплачивает бывшей невестке немалое содержание. Ты же помнишь, своих денег у барышни не было.

– Погоди! Погоди! – Юля вскочила на ноги. – Ты на что намекаешь…

– А почему нет? За сохранение такой тайны платить станешь исправно. В противном случае, думаю, Ник выкинул бы бывшую невестку из Гарта без копейки денег. Он бы ее дожал. Или прекратил выплаты после совершеннолетия внука. Но платить двадцать лет…

Ползуновы молча сидели за столом, глядя друг на друга. В воздухе пахло горелыми котлетами.

– Ты представляешь, что будет, если это всплывет? – проговорила наконец Юля, нарушая звенящую тишину.

– Да.

Они еще помолчали.

– Хорошо, – снова заговорила Юля. – При чем здесь Шарлотта? Или это Стив Янг, уж коли он рылся в кабинете?

– Думаю, Шарлотта. И это уже был не повод для убийства, а его насущная необходимость. Думаю, у Ника просто не оставалось выхода, он защищал семью.

Юля согласно кивнула.

– Знаешь, какая девичья фамилия Шарлотты? – спросил Василий, будто между прочим.

– Ну, разумеется, мы с ней подруги неразлейвода, – ответила Юля, продолжая думать о своем.

– Торндайк.

– И как ты это выяснил? – без особого интереса спросила Юля.

– Утром за столом проводили конкурс на лучшую эпитафию. Лорда Грейстока, естественно, при этом не было. Тогда и упоминалась пару раз ее девичья фамилия. – Василий сделал многозначительную паузу, и Юля насторожилась. – А знаешь, какая девичья фамилия Николь?

– Торндайк?

Василий со значением кивнул.

– Она была указана в соглашении.

– Думаешь, она ее дочь? – с сомнением спросила Юля.

– Да нет, конечно. Но у них одинаковая фамилия, они принадлежат к одному кругу, логично предположить, что они родственники. Племянница, двоюродная племянница, кузина. Я не знаю, кто еще, но факт остается фактом, они явно состояли в родстве, и, вероятно, не очень дальнем. Это увеличивало шансы Шарлотты что-то пронюхать.

– Да, – согласилась Юля. – Это уже необходимость. У Ника, по сути, не оставалось выбора. Подкупить Шарлотту он бы не смог.

– Ты понимаешь, что из всего этого следует? – спросил Василий жену, подавив тяжелый вздох.

– Мы никогда не сможем использовать эту информацию.

– Вот именно, – согласился Василий. – Для Джона и Адама это будет таким ударом… – Василий не договорил.

– Джон – сын Ника. Да! – Юля надолго замолчала. – Ладно. Не горюй раньше времени, – встряхнулась она, подбадривая то ли себя, то ли Василия. – Остается еще Саманта с со своим бывшим, Виктория с алкоголизмом и нотариальная контора. А вдруг нам повезет со Стивом Янгом?

– Не знаю, Стив, конечно, тот еще пройдоха, но мне он не представляется ни жертвой, ни убийцей. Скорее жуликом средней руки. Зачем он шарит по чужим комнатам, не знаю. Но вряд ли его из-за этого грохнуть хотели, – согласился без излишнего оптимизма Василий.

– А знаешь, тут ты не прав, – задумчиво проговорила Юля. – В свете наших последних открытий, я бы не стала исключать, что Стив наткнулся в замке на что-нибудь интересное и попытался кого-нибудь шантажировать. Денег-то у Апон-Тайнов куры не клюют, вот он и придумал легкий способ заработать. В конце концов, никто ведь не знает, чем он занимался в Америке? Гарт огромен. Там столько интересного! Картинные галереи, гобелены, потрясающие гостиные и бальные залы, роскошная библиотека, коллекция древностей, а он рыщет по жилым комнатам. Ты думай как хочешь, но это неспроста, – решительно заявила Юля. – Предполагаю, что все это его дружелюбие крепко замешено на корысти и шкурном интересе.

– Не исключено, – вяло согласился Василий. – Но Ник говорил, что Стив вроде как бухгалтером работал, или что-то в этом роде.

– Это кто-то проверял? Нет, – нравоучительно заметила Юля. – Вась, не кисни. Знаешь, что я подумала? – Василий вопросительно взглянул на жену. – Сейчас версия отцовства Ника – лишь наши с тобой подозрения. Но есть один человек, который знает это наверняка и мог бы нам об этом рассказать.

– Да? И кто это? – ожил Василий.

– Николь. Кто же еще?

– С чего ты взяла, что она захочет с нами откровенничать?

– Деньги. Она очень любит деньги. К тому же для нее эта тайна не так свята, как для Ника. Думаю, мы сможем с ней договориться.

– Идея неплоха.

– Ты запомнил ее адрес? – с надеждой спросила Юля.

– Я его сфоткал! – гордо расправил плечи Василий. – Так, на всякий случай.

– Умница моя! Где она сейчас проживает?

– В Ньюкасле.

– Это судьба, – кивнула головой Юля. – Конечно, не стоит сбрасывать со счетов и другие версии, иначе пропустим главное. Завтра я съезжу в Ньюкасл, встречусь с Николь и нотариусом Янга, вдруг повезет? Веронике пока ничего не говори, пусть прорабатывает Сэм. Ты присмотрись к Стиву, теперь он мне кажется даже более подозрительным, чем Виктория. Постарайся проследить за ним. Хорошо бы заглянуть в его комнату, – выдавала распоряжения на завтра Юля. – Адама, думаю, можно пока оставить в покое. В любом случае, что бы ни выяснилось в Ньюкасле, я не собираюсь рисковать счастьем любимой дочери и вносить раскол в семью, в общем-то, не чужих нам теперь людей. К тому же до убийства они мне все ужасно нравились. Да и сейчас нравятся.

Василий согласно кивнул. Хоть и без энтузиазма.

– Бедный мальчик.

Том был счастлив. Он сидел за столом, сыто щурясь, как кот, наевшийся сметаны. Ужин удался на славу еще и потому, что явился для Тома полнейшим сюрпризом. Тарелки были чисто вылизаны. Юля, стоя возле буфета и доставая чайные чашки, заметила краем глаза, как Том, осторожно взглянув на нее, молниеносно облизал тарелку и в следующую секунду уже сидел, откинувшись на стуле, блаженно прикрыв глаза.

Ужин был окончен, чем занять оставшийся вечер, Юля совершенно не представляла. Василий с Вероникой развлекались в замке, а она, бедняжка, была обречена тосковать в коттедже, рассматривая из окна соседские грядки. А то еще не дай бог инспектора принесет.