Труп на английской лужайке - Юлия Алейникова

– Ну? – подбодрила его супруга, начало показалось ей перспективным.

– Хватит меня дергать! – обиженно откликнулся Василий. – Знаешь, ты какая-то нервная сегодня, может, тебе «Антистресс» попить или «Новопассит», к примеру?

– Василий, тебе никогда не говорили, что психов злить не рекомендуется? – пристально глядя мужу в глаза, проговорила Юля и демонстративно взялась за тесак, которым перед этим разделывала мясо. – Продолжай уже давай!

– Знаешь, надо иметь уважение к собеседнику, – недовольно пробубнил Василий, Юля простонала. – Ладно. Слышно было плохо, я решил заглянуть туда, заодно посмотреть, что это за комната. Но щель была узкая, как я ни крутился, ничего не увидел. Щеки мешали, – по-детски трогательно проговорил упитанный господин Ползунов.

Юля сразу подобрела, представив себе, как он, пыхтя от натуги, ползает возле двери, припав головой к ковру, оттопырив упитанный зад и пытаясь втянуть щеки.

– Что в итоге тебе удалось выяснить? – уже мягче спросила она.

– Погоди ты, я еще только начал! – дернул Василий плечами, продолжая испытывать терпение супруги. – Разговор довольно быстро свернули, и Янг ушел. Я опять в спальне отсиделся. Потом все ждал, когда же Ник уйдет, но он засел там основательно, и я решил предпринять хитрый ход. – Василий самодовольно улыбнулся. – Слышу, он по телефону разговаривает. Громко, очень четко и напористо. О чем говорит, не слышно, но и так понятно, разговор важный, рабочий, от такого на пустяки отвлекаться не будут. Вот я и предпринял ход конем. Постучал и сделал вид, что вхожу, потом вроде как увидел, что хозяин по телефону разговаривает, и махнул рукой, мол, ничего важного, потом зайду. Ник в ответ мне гримасу скорчил, извини, сейчас никак. Ну, я и вышел, – самодовольно поделился Василий.

Юля молча встала, взяла из миски котлетный фарш и, обхватив его двумя руками, с силой бросила обратно в металлическую миску. Миска с грохотом запрыгала по столу.

– Ты что делаешь? – удивился Василий.

– Фарш отбиваю, – прошипела в ответ Юля, едва сдерживая бешенство.

– А чего с такой яростью? – недоуменно спросил супруг.

– Представляю, что это твоя голова, – проговорила любящая супруга, сжав фарш пальцами так, что он стал пролезать между ними в разные стороны.

Василий пугливо отодвинулся.

– Ну, ладно-ладно. Я же по порядку хотел! Короче. Спустя часа полтора Ник из кабинета все же вышел, а я туда зашел. Вначале, конечно, убедился, что он вышел из дома, сел на байк и куда-то отправился. Да, я же тебе не успел сказать, это был его кабинет, – Юля снова шваркнула фарш в миску. – Мне вдруг подумалось, а что там делал Янг в отсутствие хозяина? – Вот тут Юля бросила наконец мясо и, сполоснув руки, уселась напротив мужа. – Вот-вот, – довольно проговорил Василий. – Знаешь, у него в кабинете царит просто идеальный порядок. На столе ничего лишнего. Ни бумаг, ни карандашей или ручек. Безупречный порядок.

– Может, слуги убираются?

– На рабочем столе хозяина? Да кто позволит постороннему рыться на своем рабочем столе? – взглянул на нее с сожалением Ползунов.

– Точно, – согласилась Юля.

– Так вот. На столе лежали только три папки и небольшая стопка счетов. В папках не было ничего интересного. Финансовый отчет о прошедшей в Гарте недавно свадьбе, каком-то конгрессе, и какая-то важная персона гостила с сопровождающими лицами около недели. В общем, ничего интересного. Потом я просмотрел счета. – Юля сидела, внимательно слушая и больше мужа не перебивая. Чувствовалось, что наконец-то они подошли к самому главному. – На первый взгляд ничего особенного. Счет за какое-то музыкальное оборудование, из медицинского центра, счет за электричество в Гарте. – Тут он отвлекся. – Знаешь, сколько они в месяц платят? Нефтяную вышку купить можно!

Юля с сомнением приподняла брови.

– Ладно. Газовое месторождение. Ну, хорошо! Завод по производству турбин в провинции. – Юля кивнула головой, намекая, что пора продолжать. – Еще парочка незначительных оплат, и наконец счет на имя Николь Марлоу. На восемь тысяч фунтов.

Василий многозначительно замолчал.

– Ну, и что это должно означать? – после минутной паузы спросила Юля.

– Помнишь, сэр Патрик говорил тебе, как звали первую жену Адама?

– Ну да. Николь. Ты что думаешь, это она? – Юля пожала плечами, встала и включила огонь под котлетами. – Василий, в мире не одна тысяча Николь. А в поместье работает больше шестисот человек народу. Может, это чья-то зарплата?

– Восемь тысяч фунтов?

– Ну, ладно, не зарплата. Оплата дорогостоящих услуг стоматолога, дизайнера, реставратора, аранжировщика, да мало ли кого. – Юля перевернула котлеты и занялась пюре.

– А мне так почему-то не показалось, – медленно, многозначительно проговорил Василий. – И я подумал, а почему спустя столько лет после развода сына Нику понадобилось выписывать чек на имя его бывшей жены?

Юля бросила котлеты и снова уставилась на мужа.

– Ты что-то выяснил?

Василий загадочно наклонил голову, Юля взглянула на фарш.

– У Ника в кабинете царит идеальный порядок.

– Ты уже говорил.

– И я подумал, если ты регулярно выплачиваешь какому-то человеку деньги, то наверняка хранишь свидетельства этого весьма аккуратно, и, возможно, не только финансовые подтверждения выплат. Самое надежное место для хранения подобных бумаг – это сейф. Но я не домушник, и он мне не по зубам. – Юля вздохнула с сожалением. – Но если предположить, что они не в сейфе, то, скорее всего, они лежат в одном из ящиков стола. Не бегать же за ними по всему кабинету. Кабинет у Ника огромный, как бальный зал. – Юля снова молча кивнула. – Я решил попытать счастья и не прогадал. Возможно, что обычно он запирает папку в сейф, но сегодня решил дождаться подтверждения банковского перевода, а потом уже запереть? – Василий пожал плечами. – В любом случае мне повезло. Папка лежала в одном из ящиков. Аккуратная такая подшивочка. Сверху в основном финансовые документы, потом шли несколько писем с просьбой дополнительных субсидий и, наконец, копия договора, заключенного между герцогом и этой самой Николь. Всего я не понял, но суть в том, что она отказывалась от всяких притязаний на сына, от свиданий с ним и прочего, в обмен на двести тысяч фунтов единовременной выплаты и ежемесячное содержание в размере восьми тысяч фунтов, до конца ее дней.

– Сумма какая-то неровная, – подумав, сказала Юля.

– Думаю, торговля шла жесткая, за каждый фунт, – пожал плечами Василий.

– Допустим. Но и сумма отступных невелика. Неужели она не могла получить большего при разводе? У Апон-Тайнов огромное состояние!

– Думаю, Ник хорошо подготовился. Ты помнишь, перед разводом супруги жили некоторое время врозь? Думаю, все это время Ник либо собирал на нее компромат, либо они уже вели кровопролитную битву за деньги, оговаривая условия развода. Уж если она спала с собственным свекром, то наверняка за ней и другие грешки водились. Адама же она не выносила?