Грабеж – дело тонкое - Вячеслав Денисов

– Антоном Павловичем. – У Струге от обилия вопросов слегка заболела голова. – А что такого вы говорили?

– Ну... Что в судьи сейчас «договорные», что квалификационные коллегии утверждают на должности судей людей с улиц...

Антон готов был поклясться, что ничего подобного во время первой встречи тот не говорил.

– Знаете, сейчас состав этих коллегий такой сомнительный... И утверждают сомнительных личностей, и казнят заслуженных людей...

Струге хмыкнул:

– Я не в обиде. Я сам не верю в коллективную мудрость необразованных индивидуумов. Как вас зовут, напомните, пожалуйста?

– Игорь Олегович! Игорь Олегович Савойский. Я же вам визитку давал...

– Наверное, я ее выбросил. Или пес сожрал. Собственно, я что зашел-то...

А зачем он, собственно, зашел? Что привело Антона в дом этого адвоката? Неужто желание поведать Савойскому о том, что с его партнером по квартирной сделке произошло несчастье? Вряд ли. Его интерес был вызван другим. Светка Юшкина говорила, что третьим участником сделки был какой-то бизнесмен, которого она ни разу не видела. Витю Юшкина обнесли по всем правилам предыдущих четырнадцати случаев разбоя. Понятно, что быть причастным к этой истории Савойский не может. Не тот статус. Однако кто этот делец-фантом, сумевший ни разу не засветиться перед Юшкиными? Именно этот вопрос загнал Струге в квартиру нового соседа...

– Мой бывший сосед, у которого вы купили квартиру, брал у меня поливочный шланг. В суете переезда он забыл его вернуть. Я хотел съездить к нему и забрать вещь, без которой ни один дачник в мае месяце не обойдется.

У Антона не было ни шланга, ни дачи, землю которой он мог бы поливать этим шлангом. И сейчас, произнеся эти слова, он вдруг подумал о том, что совершил ошибку. Этот Савойский отреагирует тем, что попросит не волноваться и сам предложит привезти шланг Струге на квартиру. Безусловно, Савойский сейчас предложит свои услуги, придется отказаться, но тот, понимая, с кем имеет дело, и считая себя косвенным виновником того, что судья остался без шланга, может поехать к Юшкину даже прямо сейчас.

– Не стоит беспокоиться. У меня перед подъездом машина. Через полчаса...

Струге нашелся быстрее, чем успел об этом задуматься.

– Замечательно. Вы не могли бы меня сейчас к нему отвезти?

– Конечно. – Лицо Савойского снова приобрело естественный оттенок. – Домой будете заходить?

– Жена потом из дома не выпустит, – криво усмехнулся Антон. – Едем?

Лучшего способа узнать адрес того, кто знал о двухстах тысячах Юшкиных, не было. Привычки бывшего следователя прокуратуры заставляли Струге делать то, что другому человеку покажется бессмысленным.

– Хорошая машина, – с неподдельной завистью рассматривая внутреннее убранство нового «Ауди А4», произнес Антон.

Такой роскоши и уюта он еще не ощущал ни в одной машине, в которых ему пришлось побывать. Приборная панель и все пространство вокруг светились лампочками, и, казалось, даже этот свет оценивался в евро. Под урчание этого двигателя можно было не только свободно разговаривать, но даже шептаться.

– Да, – согласился Савойский. – Эта машина – лучшая из тех, что у меня были.

– А мне такую недавно подарить хотели. – Антон, зачарованный шиком, не выдержал, и у него вырвалось то, о чем он совсем не хотел говорить. Сейчас это выглядело глупо, как простое, ни на чем не основанное бахвальство.

Рядом сидел адвокат, и он прекрасно понимал, о чем идет речь. Он лишь не понимал, что должен был сделать судья, чтобы ему подарили такую машину. Поймав его удивленный взгляд, Антон усмехнулся:

– За убийство черепахи.

– Пардон?..

Струге неуютно пожал плечами и подумал о том, что еще две недели назад мог бы управлять точно такой же машиной. Мог бы, если позволил себе совершить то, чего не позволял все годы ношения мантии.

– Да, черепахи, – подтвердил он, чувствуя на себе настойчивый взгляд Савойского. – Маленькой кровожадной рептилии, которая едва не затянула себе под панцирь огромного мужика вместе с его золотой цепью.

Удивлению Савойского не было предела. Он засыпал Струге вопросами о том, как могла черепашка нанести увечье человеку, откуда она родом и что из всего этого вышло. План Струге срывался. Он сел в машину этого ушлого малого вовсе не за тем, чтобы посетить убогое жилье Юшкина, и уж совсем не для того, чтобы веселить стряпчего забавными историями.

– Вы обменялись квартирами или как? – врезал он прямой вопрос в надоедливое любопытство адвоката.

– Или как, – усмехнулся тот. – Обычная цепочка людей, подыскивающих себе подходящее жилье. Я уехал к Юшкиным, Юшкины – в квартиру одного молодого человека, а молодой человек – в мою. Все довольны.

– Надо же! – удивился Антон Павлович. – А я, помню, свою квартиру менял – горя нахлебался... Но моя на окраине города была, а вы все, наверное, из одного района?

Савойский качнул головой:

– Да. Такие варианты, как правило, реализуются быстро. Юшкины на вашей улице жили, тот парень – на проспекте Ломоносова, а я – на Выставочной, в начале улицы. Эта часть административно подчинена Центральному району.

– Тогда, конечно, – согласился Струге. – Но только четная сторона. Нечетная – это уже Кировский район. Из-за этой чиновничьей глупости в суде постоянная путаница! Граждане проживают на нечетной стороне, а заявления несут не в Кировский суд, а в наш, Центральный.

– У меня, в консультации, у самого такие проблемы.

– А вы в нашей консультации? Почему же я вас ни разу в суде не видел?

– Почему же? Есть у меня несколько дел в вашем суде... Послушайте, Антон Павлович. Я как-то не догадался сразу. Нужно было Юшкиным позвонить и предупредить. Витя, как я понял, парень такой, ненадежный... Сейчас дома, а через пять минут его ноги в неизвестном ему направлении сами понесут. Я с ним при оформлении намучился – нужно в нотариат ехать, а он на ногах стоять не может...

Вынув из кармана телефон, адвокат набрал номер и приложил трубку к уху.

Юшкин был дома, и Савойского это обрадовало. Не каждому адвокату удается оказать судье услугу частного характера. Пообещав, что у подъезда они окажутся уже через несколько секунд, он свернул во двор и остановил машину.

– Пройдусь с вами, – бросил он, выключая зажигание. – У меня с детства нездоровое любопытство к чужому быту. Всегда интересно посмотреть, как обустраиваются хозяева новой квартиры. Если бы не стал адвокатом, обязательно посвятил бы жизнь дизайну чужих квартир.

Вариант сопровождения в планы Струге не входил, однако противиться не стоило: это выглядело бы странным и могло вызвать удивление. Он пожал плечами и вышел на улицу.

Света была дома. На ней был едва заметный топ и такие же шортики. Если бы не пуговица в районе пупа, то о наличии этих шортов можно было лишь предполагать. Увидев на пороге Струге, она язвительно посмотрела на него и развела руки – «Вот она я! Дома, как и обещала! Не в больничке«!