День закрытых дверей - Алексей Макеев

– Ладно, будем надеяться, что скоро сам на допросе расскажет.

– Ладно, будем. Самолет у него в десять утра, так что в восемь все уже должны быть на боевых постах. Ты с ребятами в Свиблове, я в аэропорту.

– Так мне две группы брать или все-таки одну? – уточнил Стас. – Девушка-то, скорее всего, у парня будет. Выходные же. Если они так близко знаются, думаю, для нее не проблема и с ночевкой остаться.

– Все может быть. Но поскольку в голову ты ей не залезешь, где ей там остаться взбредет, то действуй, как планировали изначально – то есть две группы, по одной на каждый адрес. Когда Бероев прибудет в аэропорт, связываемся, докладываешь мне, где девушка. Если оба голубка в гнездышке, значит, второй группе отбой. Сам в любом случае будь возле дома парня. Потенциальные проблемы возможны только с ним.

– Да уж, десантура – это серьезно, – чуть улыбнувшись, проговорил Стас.

– Вот именно. Девчонку-то по-любому возьмем, даже если сопротивляться вздумает. А Макс этот… темная лошадка. Если Развалова и правда пристрелил он… В общем, сам будь с той группой, которая в его адрес отправится.

– Ладно, как скажешь. Так что, значит, прощаемся до счастливого уик-энда? – взглянув на часы, произнес Стас. – Рабочий день уже закончился, пора расходиться. Отдыхать, набираться сил перед ответственным мероприятием.

– Иди, набирайся, обессилевший наш. Следующий рабочий день начинается в семь утра в воскресенье. Попрошу не опаздывать.

– Как в семь?! – возмущенно возопил Крячко. – Ты же сказал, в восемь!

– В восемь все уже должны быть на местах. А утренняя перекличка состоится в семь.

– Изверг ты, Иваныч, вот что я тебе скажу. В воскресенье поднимать людей в такую рань, это… это антигуманно!

Несмотря на возмущенные протесты Стаса, ранним воскресным утром и он, и прочие участники операции были бодры и полностью готовы к самым решительным действиям.

Группы захвата, поголовно явившиеся в Управление в обычной гражданской одежде, после краткого инструктажа, проведенного Стасом, разъехались по адресам, Гуров поехал в аэропорт прямо из дома.

– Все на местах и полностью готовы, – ровно в восемь бодро рапортовал Стас.

– Отлично, – ответил Гуров. – Ждем Бероева и приступаем. Девушка дома?

– Нет. Девушка наша со вчерашнего вечера гостит у своего друга, как мы и предполагали. Так что, думаю, вторую группу можно отпускать.

– Пока не трогай. До окончания операции все должны быть на своих местах. У парня какой этаж?

– Восьмой.

– Пускай ребята входят в подъезд и поднимаются туда поближе. Не толпой, разумеется, а по одному, по двое. Занимают шестой, девятый, как им там будет удобнее, и ждут команды. Как только Бероев зайдет в аэропорт, я дам отмашку.

– Лады. Ждем с нетерпением.

Припарковавшись в бесконечном ряду машин, «дежуривших» возле здания аэровокзала, Гуров наблюдал за тем, как один за одним в это здание заходят крепкие молодые люди, не слишком обремененные поклажей. Войдя, они по разным причинам задерживались неподалеку от дверей. Кто-то изучал внутреннюю структуру зала, будто раздумывая, к какой кассе ему пройти, кто-то просто останавливался, очевидно, ожидая кого-то.

Когда минутная стрелка показала без пяти девять, возле аэровокзала притормозила самая обычная машина с шашечками и из нее вышел Бероев.

– Всем внимание! – судорожно схватив рацию, объявил Гуров. – Он у входа. Желтый «Форд» прямо напротив дверей. На такси приехал, гад, и тут про конспирацию не забыл.

Солидный, очень упитанный господин с небольшой дорожной сумкой окинул взглядом окружающее пространство и неспешно направился к входным дверям.