Селедка под норковой шубой - Дарья Калинина

– Как что? – удивилась Мариша. – Нам с тобой, кровь из носа, нужно поехать вместе с парнями. Ты же слышала, они едут на свидание с Яннисом.

– Может быть, это какой-нибудь другой Яннис, а вовсе не Татьянин злой гений, – уныло заметила Инна. – Мало ли Яннисов во всей Греции.

– Ты можешь говорить, что хочешь, но я отлично знаю, да и ты в глубине души знаешь, что это тот самый Танькин Яннис, – ответила Мариша. – И нам нужно выбираться из этой светелки, пока Петька с Вадиком внизу с хозяином дома балакают.

– Выбраться не проблема, – вздохнула Инна, выглянув в окно. – Правда, до земли тут метров пять наберется. Но по всей стене дома до самой крыши вьется что-то мощное. Лиана, не лиана, но спуститься по веткам до земли можно.

– Вот и вперед, – сказала Мариша, мягко подталкивая Инну в спину.

От толчка подруги Инна чуть не вылетела в окно. Хорошо еще, что оно было небольших размеров и Инна в нем застряла.

– Ты что, сдурела?! – возмутилась она. – Ты головой соображаешь? Ну, выберемся мы? А что дальше? Наши знакомые сядут в свою машину, а мы куда денемся? Следом за ними побежим?

– Во-первых, у любой машины есть багажник, – сказала Мариша. – А во-вторых, поедешь одна ты. А я останусь в доме и для отвода глаз хозяина буду изображать, что ты где-то тут поблизости.

– Где это поблизости? – подозрительно спросила у нее Инна. – Что ты плетешь?

– Ну, например, захотелось тебе в туалет и ты пошла его искать, – пожала плечами Мариша. – А что? По личному опыту могу тебе сказать, что туалет, когда он нужен, можно искать часами.

– Что ты плетешь? Дверь-то заперта! – возмутилась Инна. – Какой туалет?

– Ну, тогда придумаю что-нибудь другое, – ответила Мариша.

– А почему бы тебе самой не поехать? – спросила у нее Инна.

– Потому что я вряд ли помещусь в багажник их машины, – откровенно призналась Мариша. – Посмотри, какая она маленькая и дряхлая. Да у нее все дно небось ржавое. Я сяду в багажник, а он провалится подо мной. Весело будет оказаться посреди дороги прямо на камнях? Так что ехать придется тебе.

– Всегда я, всегда я, – проворчала Инна, медленно вылезая в окно.

– И поторопись, – сказала ей Мариша. – Я слышу, что наши приятели уже заканчивают беседу с хозяином. Сейчас уедут.

Эти слова заставили Инну поторопиться. До земли она спустилась и в самом деле без всяких трудностей. Но, оказавшись на земле и прокравшись к машине, которая, к счастью, стояла в тени большого тутовника, Инна встала в тупик. Багажник был заперт, а ключа у нее не было. Она повернулась лицом к Марише, которая маячила в окне, и развела руками. В ответ Мариша схватилась за голову и исчезла из окна. Обратно она появилась минуты через полторы и швырнула к Инниным ногам какой-то металлический предмет. Инна нагнулась и обнаружила, что это вилочка с тремя зубцами.

– И как она хочет, чтобы я с помощью этого инструмента вскрыла багажник? – удивилась Инна.

Однако другого выбора у нее не было. Один из зубчиков вилочки очень удобно был отогнут в сторону, и им-то девушка и принялась ковыряться в замке. Замок, как и вся машина, был старый, поэтому долго Инниным усилиям сопротивляться не мог, дверца багажника открылась, и оттуда пахнуло тухлой рыбой.

– Ох! – сморщила нос Инна. – Ну и вонь!

Должно быть, хозяин машины время от времени перевозил в ней свой улов или улов, купленный у рыбаков. Дела это не решало. Пахло в багажнике ужасно. Инна с омерзением выкинула несколько влажных, пропитанных запахом тухлых рыбьих голов тряпок, нарвала веток с ближайшего дерева и накидала их внутрь, чтобы не соприкасаться с грязным днищем багажника.

– Так будет получше, – пробормотала девушка, залезая внутрь. – Особенно если не закрывать багажник. И от души надеюсь, у этих молодцов в машине нету электроники, которая бы меня выдала.

Инна, конечно, пошутила. Машина была настолько старой, гораздо старше Инны, что было просто удивительно, как она еще ездит. Но с другой стороны, Инна ведь тоже функционировала и не жаловалась. Но, во всяком случае, электроникой, которая была бы способна подсказать водителю, что у него не закрыт багажник, в машине точно не пахло.

Поэтому Петр с Вадиком плюхнулись в свой драндулет в полной уверенности, что у них все идет прекрасно. Петр даже помахал маячившей в окошке Марише и послал ей пару воздушных поцелуев.

– Мы скоро вернемся, крошки, – прокричал он. – Дождитесь нас.

И в прекрасном настроении двое парней двинулись прочь от дома Такиса. Дорога, по которой они ехали, отличалась редким коварством. Инну то мелко трясло, то крупно потряхивало, то кидало из стороны в сторону, когда Вадик, видимо, объезжал особенно крупные ямы. И Инна никак не могла приспособиться к такому стилю езды. Ей уже казалось, что все ее тело превратилось в один сплошной синяк, а голова покрылась целой россыпью мелких, средних и крупных шишек, когда машина внезапно остановилась и Инна последний раз треснулась головой о крышку багажника. После этого она приоткрыла дверцу багажника и стала жадно вдыхать свежий воздух. Во время пути у нее на это просто не хватало времени.

– Значит, так, – услышала она голос Вадика. – Если он у нас спросит, почему только часть оговоренной суммы, скажем, что остальное после передачи товара. Он нам, конечно, не особенно поверит. Но насколько я понял, дела у него последнее время идут неважно. Заказов почти нет. Он буквально сидит на мели, так что, думаю, все равно возьмется за наше дело.

– А потом? – спросил Петр.

– Потом мы что-нибудь придумаем, – сказал Вадик. – Главное, сейчас его уболтать.

И они вылезли из машины и направились по темной дороге. Инна, едва сдерживая стоны, вылезла из багажника и пошла следом за ними. Идти было колко. Потому что свои босоножки она оставила дома у Такиса. А по дороге кто-то явно специально для Инны накидал мелких острых камешков и колючек, которые впивались в нежные Иннины ступни, которые она дважды в месяц полировала, массировала и вообще всячески за ними ухаживала у педикюрши.

Вскоре Вадик с Петром подошли к совсем уж крохотному одноэтажному домику, где их явно ждали, потому что в окне горел свет. Инна не стала долго ломать голову, как ей быть дальше, и подобралась к светящемуся окошку. Мужчина, который находился в комнате, как раз стоял к ней спиной и возился с замком на двери, в которую стучались Вадик с Петром. Комната, как краем глаза заметила Инна, была обставлена очень просто, если не сказать скудно. Стол посредине комнаты с деревянными стульями. Какие-то шкафчики и потрепанный ковер на глиняном полу.

Наконец дверь открылась, и в комнату вошли Петр с Вадиком. Хозяин повернулся спиной к двери, и Инна получила возможность рассмотреть его. От возбуждения у нее даже перестали ныть ушибы на теле и шишки на голове. Потому что третьим мужчиной был и в самом деле не кто иной, как Яннис. Инна его сразу узнала по фотографиям, которые показывала им с Маришей Татьяна. Яннис немного похудел, оброс длинными волосами, которые стягивал сзади резинкой. Кроме того, Яннис на Татьяниных фотографиях был где-то гладко выбрит, где-то с мефистофельской бородкой, а у этого Янниса на лице была лишь двухдневная щетина. Но это был несомненно тот самый человек.