Селедка под норковой шубой - Дарья Калинина

Ею оказалась девушка примерно Инниного возраста, которая не испытывала особых проблем со своей совестью. И в обмен на небольшую сумму денег охотно выложила все, что знала о постояльцах из тридцать седьмого номера. К сожалению, знала она о них совсем немного. Лишь то, что одного звали Вадиком, а второго Петром. И что они вполне довольствовались обществом друг друга на протяжении всего пути.

– Так они голубые?! – уточнила у горничной Инна.

– Нет, – покачала головой та. – Спят они в разных постелях. Но девушек к себе в номер они тоже не приводили. Может быть, сами ходят к кому-то. Но вряд ли. Потому что никаких подружек я возле их каюты ни разу не замечала. Да и ночуют они всегда в своих постелях.

– А кто они вообще такие? – спросила Инна у девушки.

– Не знаю, – пожала плечами та. – Они не слишком словоохотливы. Когда я прихожу в номер убираться, кто-то один из них всегда уходит, а второй обязательно остается и делает вид, что читает книгу или газету.

И горничная фыркнула.

– Такое впечатление, что они подозревают, будто я могу у них что-то украсть! Да если у кого-то из постояльцев из каюты пропадет хоть булавка, нас всех выгонят. А найти такую хорошую работу далеко не просто. Конкурс большой. И нужен мне этот геморрой из-за каких-то их вонючих вещичек?

– Но что-то ведь они про себя рассказывали?

– Сказали, что служат в одной фирме, – ответила горничная. – И все.

– А где они собираются сходить?

– Не знаю, – ответила горничная. – Билеты у них куплены до конца круиза. Это уж точно. Я у старшего узнавала.

– Но когда пассажиры ходят завтракать или обедать, то номер остается без присмотра? – спросила Инна.

– Да, – кивнула горничная. – В других каютах так и бывает. Но я ни разу не застала каюту этих парней пустой. Всегда в ней есть кто-то из них. И обедали они один раз тоже у себя в каюте. Во всяком случае, завтракают точно в ней.

– А чем они целый день занимаются? – спросила Инна.

– Ничем, – пожала плечами горничная. – Сидят в каюте. Читают, спорят.

– Спорят? – оживилась Инна. – И о чем?

Горничная задумчиво посмотрела на нее, но потом все же решилась и сказала:

– Мне кажется, что они кого-то ждут. Во всяком случае, один раз, когда я вошла к ним, они как раз ругались. Петр бухтел, что ему надоело торчать в этом ящике. А Вадик отвечал, что ничем не может ему помочь. Будут сидеть, сколько нужно. А если Петру не нравится эта каюта, то он, Вадик, знает местечко куда более скверное, где Петра ожидают с распростертыми объятиями. Конечно, звучало это все гораздо грубей. Петр заткнулся. А как только я вошла в каюту, всякий разговор вообще прекратился. Они разбрелись по разным углам. И Вадик хмуро заявил мне, что сегодня убираться у них не нужно. И так, мол, чисто.

– А сегодня они целый день чем занимались?

– Тем же самым, – сказала горничная. – А вообще я за ними не слежу. Но странно, почти все пассажиры на стоянках перемещаются в отель. Оттуда удобней ездить на экскурсии. А эти двое сидят в каюте. Вообще-то это правилами не воспрещается. Нравится людям торчать целыми днями у себя в каюте, это их личное дело. И потом я не говорю, что они вообще из каюты не выходят. Выходят, конечно. Только реже, чем остальные отдыхающие.

После этого разговора Инна вернулась к Марише.

– Мне теперь ясно одно, – сказала Мариша.

– Что именно?

– Что эти двое становятся мне все более и более подозрительными, – ответила Мариша. – И сегодняшнюю ночь мы с тобой спать не будем. И проведем ее не в своих постелях, а возле каюты Петра с Вадиком.

– Чтобы не сбежали? – догадалась Инна.

– Да, и если им вдруг придет охота ночью куда-нибудь прогуляться, мы с тобой должны узнать, куда именно они направятся и что будут делать, – кивнула Мариша.

От этой фразы у Инны моментально испортилось настроение, хотя чего-то в этом духе она от подруги и ждала.

– И где ты предлагаешь их караулить? – спросила она у Мариши.

– А вот тут, – ответила Мариша таким тоном, словно у нее давно все было предусмотрено. – Видишь дверь? Там налево по коридору.

Дверь Инна, разумеется, видела. Но не понимала, каким образом она поможет им.

– Это дверь подсобного помещения, – сказала Мариша. – Возле нашей каюты есть точно такая же. Я в нее заглянула еще утром. Там стоят всякие ведра, пылесосы, швабры и прочее барахло. Вот мы с тобой и посидим там.

– Хм, – сказала Инна. – Посидеть, конечно, можно. Но как ты попадешь внутрь? Опять с помощью электронного ключа?

– Нет, – вздохнула Мариша. – Я уже пробовала. К сожалению, наш ключ подходит далеко не ко всем дверям на этом чудесном корабле.

– Было бы странно, – фыркнула в ответ Инна.

– Поэтому я запаслась ключом у той милой девушки, которая приходит к нам убирать каюту. И сейчас мы проверим: подойдет ее ключ к этой двери?

С этими словами Мариша извлекла электронный ключ и просунула его в щель подсобного помещения. Но чуда не произошло. Дверь не открывалась.

– Кажется, сохранность вещей пассажиров их тревожит меньше, чем швабры и ведра, – с досадой сказала Мариша.

– И что же делать? Будем ломать замок?

– Ты с ума сошла! – возмутилась Мариша. – Во-первых, наделаем шуму. А во-вторых, будет видно, что дверь сломана. Нет, придется придумать другой способ, где бы мы могли провести эту ночь. Ну, думай!

Инна принялась старательно думать. Она даже обошла коридор, вышла на палубу и прошлась по палубе. Там было несколько местечек, где, согнувшись в калачик, можно было бы подождать появления Вадика и Петра. Но… Но кто их знает. Вдруг они так и не появятся. Или появятся, но под утро. А ждать Инна, если уж ее к этому вынуждали обстоятельства, любила с комфортом. И тут небо послало ей помощь в виде двух ангелов. Выглядели они такими далекими от шаблона, что Инна их даже не сразу узнала.

В земном воплощении это были мужчины среднего возраста. Оба были пьяны, шатались из стороны в сторону, направлялись туда, где находилась каюта Петра и Вадика, и напевали при этом что-то про короткую юбочку и развеселого боцмана. Песенку эту Инна знала и потому тихонько подтянула.

– О! – остановился один из ангелов. – В наших рядах пополнение.

Второй мужчина сделал большой глоток из бутылки виски, которую держал в руке, поморщился и кивнул.

– Вы тут одна? – с пьяной галантностью осведомился у Инны первый мужчина.

– Нет, с подругой, – ответила Инна.

– А где подруга? – оживились оба мужчины. – Позвольте, мы вас проводим к ней. Время уже позднее, вдруг вас кто-то обидит.

Инна уже хотела сказать, что если ее кто и обидит, так его потом долго будут ловить всем экипажем за бортом «Аристотеля», но тут в голове ее мелькнула мысль. И Инна ответила, приветливо улыбнувшись: