Селедка под норковой шубой - Дарья Калинина

– Так как же нам быть?

– Ну, до завтрашнего дня мы и наша честь в любом случае в полной безопасности, – сказала Мариша. – А там видно будет. Может быть, наши друзья наконец пожалуют. Я, например, жду их уже сегодня ночью. Или в крайнем случае рано утром.

Но ни ночью, ни рано утром никто не потревожил покой господина Элли. Подруги совершенно не знали, что и предположить. Так прошел день, за ним незаметно подкрался вечер, и дольше тянуть с визитом к господину Элли было уже невозможно. К ним и так уже несколько раз заглядывали то старуха, то врач, осведомляясь, чувствуют ли себя подруги достаточно здоровыми, чтобы навестить скучающего господина.

– Черт! – выругалась Мариша, когда за окном стемнело, а никакой помощи извне подругам так и не прибыло.

Зато прибыла процессия, состоящая из знакомой подругам старухи и десятка молодых девушек. Все они были русскими или украинками. И были рады поболтать с новенькими, пока тех готовили к встрече с господином Элли.

– Постарайтесь понравиться ему, – шептала одна из девушек, которую звали Кирой. – Иначе вам тут несладко придется. Могут до смерти запороть. Или на хлеб и воду посадить. И вообще, лучше отношения с хозяином не портить. Он злопамятный жук. Потом никаких поблажек от него не дождешься.

И, видя, что Инна с Маришей выглядят совсем кисло, добавила:

– Он в постели совсем даже ничего. Занятный и не грубый. Просто очень до женского полу охочий. И любит, чтобы девушки старались его ублажить. Иначе может разозлиться и продать вас куда-нибудь в место еще похуже.

– А нас что, вдвоем к нему пригласят? – поинтересовалась Инна.

– А почему бы и нет? – удивилась Кира. – Бывает, что мы с ним сутками напролет все вместе веселимся. Когда у него такое настроение бывает. Но раз Медуза вас обеих приказала приготовить, значит, обе и пойдете.

– Медуза – это кто? – спросила Мариша.

– Старуха, – ответила Кира. – Она у нас за главную. Какая-то дальняя родственница господина Элли. Очень этим гордится. Дура, но вредная. Вы ее опасайтесь. Она чуть что, сразу же бежит к хозяину ябедничать. Да и без нее тут шпионов хватает. В каждом помещении камеры наблюдения поставлены.

И Кира добавила совсем уж тихо:

– Еще хорошо, что вашу одежду взяла отнести в стирку именно я. А я не ябеда и соображаю, что к чему.

И Кира многозначительно подмигнула подругам. Подруги переглянулись. Хоть эта проблема отпала. Маячки, которые были у них в одежде, охрана господина Элли благодаря Кире не обнаружила.

– Кира, скажи, а в опочивальне хозяина тоже камеры наблюдения имеются? – спросила Инна.

– Там нет! – прыснула Кира. – Очень нужно хозяину, чтобы за его забавами вся охрана следила. Нет, его спальня – это единственное место, где запись не ведется.

– Какой-то средневековый ужас, помноженный на современную технику, – пробормотала Мариша.

– Я тоже раньше так думала, – призналась Кира. – А потом ничего. Человек ко всему привыкнуть может. К тому же бежать отсюда невозможно. Одна пыталась, не получилось. Хозяин ее собственноручно ремнем отхлестал, а потом подарил своим псам.

– Собакам? – ужаснулась Инна. – И они ее сожрали?

– Нет, я имею в виду охранников, – вздохнула Кира. – Но в общем, можно сказать, что и сожрали. Потому что потом мы Наташки больше не видели. Не знаю, куда уж они ее увезли после того, как сами натешились. Да и думать не хочу.

И она помрачнела, но потом опомнилась и воскликнула:

– А вам сегодня быть мрачными никак нельзя! Помните, что я вам говорила. Старайтесь понравиться хозяину. Не стесняйтесь. Для скромности сегодня у вас самое неподходящее время. Покажите этому типу все, на что способны!

С этим напутствием подруги отправились в сопровождении Медузы в спальню господина Элли. Он их уже ждал, лежа на кровати таких размеров, что на ее площади легко могла бы поместиться какая-нибудь малогабаритная питерская квартира. На крохотном столике возле кровати был сервирован легкий ужин. Аппетита у подруг совсем не было, но по глотку терпкого вина они выпили. Господин Элли тоже отпил из своего кубка и поманил подруг к себе на ложе.

– Я не могу изменить Бритому с этим типом, – вдруг сдавленным голосом сказала Инна. – Не могу и все.

Мариша повернулась в сторону подруги, чтобы сказать, что она таких чувств к Карлу не испытывает и вообще их брак идет к концу. Так что и пусть себе их брак идет, куда подальше, а она возьмет на себя первый огонь и спасет Инну. Но тут с господином Элли внезапно что-то случилось. Он уже не улыбался, а чутко прислушивался к чему-то. Подруги тоже прислушались, но ничего не услышали, кроме бурчания в животе господина Элли. Через секунду тот сорвался с постели и опрометью кинулся мимо подруг.

– Куда это он? – удивилась Мариша. – Странный человек.

– Ничего странного, – хихикнула Инна. – Живот у него прихватило.

– С чего бы это?.. – начала Мариша и вдруг замерла с открытым ртом. – Инна, ты подсыпала ему в вино слабительное?

– Ага, – очень довольно кивнула Инна. – Растолкла пару таблеток и… Прости, но ничего другого я придумать не сумела. Но теперь у нас впереди спокойная ночь.

– Ой ли! – покачала головой Мариша.

Как бы там ни было, но Медуза с недовольным лицом отвела подруг обратно в их комнату, старательно заперла дверь и удалилась с крайне озабоченным выражением лица. Через час к девушкам пожаловал Георгис.

– Девчонки, скажите честно, вы украли у меня слабительные таблетки? – спросил он шепотом у девушек.

– С чего это ты взял? – спокойным шепотом спросила у него Мариша. – Мы порядочные женщины. И если волей судьбы нехорошие люди нас продали в рабство, то мы все равно не клептоманки, чтобы воровать какие-то там таблетки.

– Понимаете, симптомы болезни у господина Элли очень уж похожи на те, которые были у Инны, – задумчиво сказал Георгис.

– Советую тебе об этом не заикаться, – дружелюбно посоветовала ему на ухо Мариша.

– А то как бы тебе первому не досталось, – добавила Инна в другое ухо. – За недосмотр. Скажут, что ты просмотрел у своей пациентки кишечную заразу. А так все спишут на пищевое отравление. Пусть повар за тебя отдувается. Или кто там нашему хозяину продукты поставляет. С них и спрос.

– Да, вы правы! – воскликнул врач и тут же спохватился. – Я буду молчать, – сказал он уже шепотом. – Но и вы молчите!

– Видишь, как все хорошо обошлось, – сказала Инна подруге, когда врач исчез. – И эту ночь нам тоже посягательства нашего любвеобильного хозяина не грозят. И по своему личному опыту могу сказать, что ему еще очень, очень долго будет не до занятий любовью.

И она счастливо захихикала.