Камни последней стены - Чингиз Абдуллаев

За девять дней до начала событий.

Берлин.

12 октября 1999 года

В криминальной полиции Потсдама сообщению, полученному отосведомителя в отеле «Аскот-Бристоль», особого значения не придали.Иностранцами, а особенно американцами, полиция не занималась. Для этогосуществовали другие организации по охране порядка внутри федеральных земель.Оперативный сотрудник, которому поручили проверить сообщение осведомителя, былмолодым человеком и в душе мечтал о громком деле, в котором можно было быотличиться. Именно поэтому он не поленился проверить фамилию неизвестного,оказавшегося вчера в отеле. К вечеру он уже знал, что это был обладателькарточки «америкэн экспресс» Филипп Данери, американский гражданин, работающийв Берлине. Но каково было его удивление, когда на запрос в отношении семейнойпары американцев, приехавших из Мюнхена и разместившихся в тот день в отеле, онне получил внятного ответа. Сотрудник полиции прождал весь день и на следующееутро отправил очередной запрос. Почему американцы, работающие в Мюнхене, вдругрешили срочно приехать в Потсдам?

Молодой человек даже не подозревал, что его запрос попал вБНД — самое засекреченное ведомство ФРГ, занимавшееся теми же вопросами, что иЦРУ в США. В БНД знали семейную пару американцев — сотрудников ЦРУ, работавшихв Мюнхене под прикрытием дипломатических паспортов. Именно поэтому из Пуллаха вПотсдам был командирован Юрген Халлер, который должен был проверить всесообщения на месте.

Он прибыл в Потсдам в понедельник утром и сразу проверилфамилии прибывших в отель, на которых обратил внимание осведомитель полиции. Несоставило труда выяснить, что кроме пары агентов ЦРУ, прибывших из Мюнхена,здесь оказались несколько американцев из Берлина и Гамбурга. А мистер Данери,который расплатился своей кредитной карточкой, был известен как сотрудник берлинскойрезидентуры ЦРУ.

Халлер был среднего роста, коренастый, рыжеволосый свеснушками на квадратном лице. Это был типичный образец пунктуального,исполнительного немца, который делает свою работу безупречно и доскональнопроверяет каждый факт. Уже к вечеру одиннадцатого октября Халлер знал, чтосразу несколько американцев собрались в отеле Потсдама на какую-то встречу.

Его доклад был выслушан руководством во вторник утром, ибыло решено организовать наблюдение за Филиппом Данери, оказавшимся в центре вниманиянеобычного инцидента в потсдамском отеле. В БНД понимали, что приезд сразунескольких сотрудников ЦРУ в небольшой городок не может быть случайностью. Ипочти сразу выяснилось, что в городе находится специальный представительдиректора ЦРУ Майкл Кардиган. К вечеру двенадцатого октября удалось сделатьснимок Кардигана и доставить его в отель «Аскот-Бристоль». Консьерж опознал вэтом человеке собеседника Данери. Теперь у руководства БНД не осталосьсомнений, что в Потсдаме состоялась чрезвычайно важная встреча сотрудников ЦРУс неизвестным. Консьерж подробно описал этого немца, и теперь его фотографиябыла разослана по всему городу, а за американскими представителями в Берлинебыло установлено плотное наблюдение.

В этот день в двенадцать часов Барлах наконец позвонилКардигану. Телефон находился в кабинете Страуса. Его провели сюда, чтобыКардиган разговаривал прямо из кабинета Страуса, в присутствии самого резидентаЦРУ. Едва раздался звонок, как Кардиган взглянул на Страуса, но сразу трубку неподнял. Подождал второго звонка, а затем поднял трубку, глядя на сидевших рядомСтрауса и Данери.

— Здравствуйте, — сказал Барлах.

— Добрый день, — равнодушно наигранным голосом ответилКардиган.

— Мы согласны, — сообщил Барлах. — Мы должны встретиться,чтобы обсудить детали.

— Назовите место, — предложил Кардиган.

— На станции метро «Генрих Гейне». Это на Генрих Гейнештрассе, в начале улицы.

— Я знаю. Мы будем на месте. Скажите, когда мы должныприехать?

— Сегодня в четыре.

— Договорились. — Кардиган положил трубку и взглянул наСтрауса. — Он приедет в четыре часа на встречу.

— Хорошо. Мы уже два дня не можем попасть в его квартиру. Онникуда не выходит оттуда. Каким образом он тогда связывается со своимсообщником? Его телефон мы прослушиваем. Если у него есть мобильный телефон, тодаже в этом случае мы должны были слышать его разговор. — Страус нахмурился,взглянув на сотрудников ЦРУ. — Мне уже не нравится эта история, — признался он.

Дверь открылась, вошла девушка и передала записку дляСтрауса. Он прочел и кивнул ей.

— Сейчас выйду, — сказал он. — Извините меня, господа, —обратился он к Кардигану и Данери и вышел. Когда они остались одни, заметил:

— Он сильно сдал за последние годы. Этот уже не тотлегендарный Давид Страус, о котором по Европе ходили легенды.

— Он по-прежнему безупречен. — Данери знал, как любитподслушивать шеф, и не собирался давать лишний повод Страусу обвинить его внелояльности. Но, похоже, сам Кардиган знал об этой особенности Страуса ипоэтому кивнул, улыбнувшись и приложив палец к губам.

— И вообще он гениальный человек, — громко сказал Кардиган,— настоящая легенда. Мне нравится стиль его работы.

В этот момент раздался громкий голос Страуса, говорившего изприемной. Очевидно, он все-таки слышал все, о чем они говорили.

— Вы напрасно так меня хвалите, — сказал Страус. — У наснеприятности, Кардиган, и боюсь, что вы напрасно считаете все решенным. Анасчет моей гениальности вы правы. Только об этом нужно говорить не в моемкабинете, а в Лэнгли. Когда вы от нас уедете.

— Потрясающий тип, — прошептал, улыбаясь, Кардиган.

Страус вернулся в кабинет и мрачно сообщил:

— У нас неприятности. Наши ребята обратили внимание настранную возню немцев вокруг нашего представительства. Сегодня с самого утраони установили повышенное наблюдение за нашим зданием. И вели вас, Данери, повсему городу.