Камни последней стены - Чингиз Абдуллаев

Когда трубку взял мистер Тенет, Кардиган поздоровался, неназывая себя, и сказал:

— Они спрашивают о деньгах.

— Мы все подготовили, — услышал он далекий голос директораЦРУ, — но на согласование разных вопросов уйдет еще неделя. Очень большаясумма.

— Да, сэр. Но они нас торопят.

— Мы сами торопимся. Ничего не поделаешь. Таковыамериканские законы, Кардиган. Успехов вам, и звоните в следующий раз подругому телефону, — посоветовал Тенет.

Кардиган убрал аппарат в карман. Следовало подумать оночлеге. Ему сообщили, что на его счету около пяти тысяч долларов. На кредитнойкарточке. И у него еще около тысячи марок. Кардиган подумал, что может снятьномер в самом лучшем отеле. Хотя об этом расточительстве обязательно доложатруководству. Поэтому не стоит тратить деньги налогоплательщиков. Достаточноснять номер в обычном отеле. Кардиган поднял воротник и зашагал в сторонуцентра. Усиливающийся дождь заставил его взять такси, и уже через полчаса онсидел в теплом номере отеля, принимал горячую ванну и чувствовал себя в чужойвраждебной стране почти агентом ноль ноль семь.

На следующее утро он с разочарованием узнал, что самыйтщательный обыск, проведенный в квартире Барлаха, ничего не дал. Никакихдокументов в его доме не обнаружили. Это было запущенное жилище одинокогоопустившегося холостяка. Кардиган вернулся к Страусу, чтобы дождаться переводаденег и получить наконец копии так необходимых им всем документов.

Эрфурт.

4 ноября 1999 года

Романтичной работа разведчиков бывает только в кино икнигах. На самом деле самый успешный шпион тот, о котором никто ничего незнает. А самая лучшая работа разведчика та, о которой не знают даже егоблизкие. Но любая история нуждается в эффектных трюках и приключениях, чтобыоправдать деятельность сотрудников спецслужб, тогда как на самом деле чемнезаметнее их работа, тем лучше. А самое главное в работе разведчиков — умениедумать и умение ждать.

Согласившись на план Андрея, они вынуждены были ждать каждыйв своем номере его звонка. Но был уже полдень, а его телефон упрямо показывал,что его владелец и не думал включать аппарат. Дронго, которому надоело звонить,в первом часу подошел к номеру Ларисы и громко постучал. Она открыла дверь ивпустила его в номер. Очевидно, она лежала на постели, так как была в беломгостиничном халате.

— Не понимаю, что происходит, — сказал Дронго. — Мыдоговорились, что он нам позвонит, а вместо этого его аппарат до сих пор невключен. Что там могло произойти? Это все-таки Германия, а не Колумбия, здесьпросто так люди не пропадают.

— Мы должны ждать, — сказала Лариса, — он обязательнопозвонит.

— У меня не хватает терпения. К тому же сегодня ужечетвертое ноября. Сколько нам ждать? Час, два? Не забывайте, что мы еще должныпоговорить с Менартом и вернуться в Берлин, чтобы разобраться, что произошлотам. У нас совсем нет времени.

— Вы предлагаете поехать в Зуль и выяснить все на месте? —поинтересовалась Лариса. — Или мы все-таки подождем, когда позвонит АндрейКонстантинович?

— Нет. Мы сделаем по-другому. Вы поедете в Зуль ипопытаетесь выяснить, что там произошло.

— Я? — Очевидно, Лариса и раньше не очень верила всуперменов. Теперь ее лицо выражало крайнюю степень презрения.

— Постараюсь объяснить, почему я не люблю самоуверенныхженщин и ненавижу феминисток, — пояснил Дронго. — Самое главное достоинстволюбого мужчины это — мозги. Я считаю, что необходимо максимально, повозможности, конечно, загружать их работой. Так вот, прежде чем бросать на менятакие презрительные взгляды, вы могли бы воспользоваться вашим серым веществом.Дело в том, что в Зуле наверняка ждут появления иностранца, желательно изРоссии, который постарается договориться с Менартом. Или хотя бы с нимпереговорить. Я думаю, немцы не идиоты и уже знают, что к Габриэлле приходилкакой-то высокий мужчина. Сейчас они его ищут. А ваше появление в Зуле пройдетнезамеченным. Тем более что вы владеете немецким, и к тому же вас никто неждет.

— Я ничего вам не сказала. Я и не думала, что вы струсили.

— Спасибо и на этом. Правда, не понимаю, какой смысл мнебояться. Немецких законов я не нарушал, а разговор с Менартом — не уголовноепреступление. Что касается убийства Нигбура, то меня в нем тоже нельзяобвинить, так как меня тогда не было в Германии. Поэтому мне лично нечегобояться. Но на самом деле я боюсь. Боюсь за свою репутацию. Боюсь по-глупомупотерпеть поражение, если не сумею раскрыть всей этой загадочной истории.

— Андрей Константинович приказал мне ждать его звонка, —сообщила Лариса. — Я должна оставаться рядом с вами.

— Спасибо за заботу. Но меня больше интересует, почему неотвечает телефон вашего напарника. Хотя, кажется, он старший в вашей паре.

— Мы будем его ждать. — Она упрямо не отвечала ни на один изего вопросов.

— Конечно. Только учтите, что я буду ждать до вечера. ЕслиАндрей не позвонит, я буду вынужден сам отправиться в Зуль. Ждать больше я несмогу.

Он церемонно кивнул ей и вышел из номера. Минул час, другой,третий. Андрей так и не позвонил. В шестом часу вечера Дронго снова постучал вномер Ларисы. На этот раз никто не ответил. Он постучал второй раз. И опятьникто не ответил. Дронго уже собирался вернуться в свой номер, как увидел, чтоЛариса идет по коридору.

— Где вы были? — поинтересовался Дронго. — Опять «тайнымадридского двора»?

— Он до сих пор не позвонил, — сообщила Лариса. — Я думаю,нам нужно позвонить в его отель.

— Давайте, — кивнул Дронго. — И учтите, что я завтра утромуеду в Зуль. Даже без вас.

— Мы поедем вместе, — решила она. — Я не понимаю, что моглослучиться. Он такой обязательный человек. Честно говоря, я очень беспокоюсь.Может, нам не нужно ждать до завтрашнего утра? Он бы обязательно позвонил.

— Я думаю, что звонить ему не стоит. Если что-то случилось,это вызовет еще больше подозрений. — Дронго нахмурился: — Собирайте чемодан,Лариса, мы едем в Зуль. Прямо сейчас. Придется нам выдать себя за супружескуюпару. Я куплю пластырь в аптеке и наложу его себе на щеку. Пусть думают, что уменя болят зубы или фурункул. Едем немедленно, я закажу билеты в вагон первогокласса.

Через полчаса они были уже на вокзале. Дронго внес чемоданыв купе, и они разместились. Почти всю дорогу в Зуль ехали молча. Дронго дремал,а Лариса пыталась дозвониться своему напарнику. Неожиданно раздался телефонныйзвонок. Она сразу включила аппарат. Дронго проснулся.

— Нет, — сказала Лариса, — нет. Он еще не звонил.

Она отключила аппарат и пояснила:

— Это из Москвы.