Канкан на поминках - Дарья Донцова

– Всю меня изодрала, – опасливо прячась за спинуЛизы, сообщила бабуся.

Тут только на меня снизошло озарение.

– Это ваша кошка изодрала вам руки и лицо?

– У меня нет животных, – пояснила Элеонора. –Я проснулась ночью оттого, что грудь давит, словно камень положили. Открываюглаза и вижу – морда черная, усатая, зубы сверкают, ну и заорала от ужаса, аэта дрянь вцепилась когтями. Побежала с перепугу к вам, думала, она бешеная…Смотрите, слюна с рожи капает, точно больная… И как она ко мне попала, и вообще– откуда она?

Я в растерянности смотрела на Лину. Не знаю, ктопроектировал блочную башню, где находятся наши квартиры, но есть тут такаястранная вещь, как пожарная лестница. Причем она идет не по стене, а соединяетбалконы. Может, видели когда-то такую? Теоретически с девятого этажа вполнеможно спуститься до первого. Сегодня я легла спать из-за духоты с открытымбалконом, небось Элеонора сделала то же самое… Лина, взбудораженная ночевкой вчужом месте, вышла на свежий воздух и спустилась к старухе, пробралась вкомнату и по своей привычке устроилась спать в кровати. Кошки обожаютукладываться на человека. Представляю, как испугались обе. Элеонора, когдаувидела перед самым носом невесть откуда взявшуюся кошачью рожу, и услышавшаявопль певицы Лина. Она и расцарапала даму от растерянности и ужаса.

– Откуда она взялась, – как заведенная твердиласоседка, – чья кошка? Ее надо утопить!

Понимая, что признаваться нельзя, я подхватила и прижала кгруди киску. Та хорошо знает меня и мигом успокоилась.

– Утопить! – нервно вопила старуха.

– Обязательно, – пообещала я.

– Но это же… – начала Лиза.

Я изо всей силы пнула девочку ногой. Та мигом захлопнуларот.

– Во блин, кошка, – заржал Кисин.

Внезапно до моих ушей донесся тихий стон. На лестнице,отчего-то в луже воды, сидела Ксюша.

– Что случилось? – испугалась я.

Но Ксюша только вздыхала.

– Воды у ней отошли, – пояснила девица в чернойрубашке, – рожать начинает.

– Ой, – перепугалась я по-настоящему, – чтоже делать?

– Как чего, в родильный дом ехать, – пожалаплечами девчонка, – машина-то есть?

– Есть, – растерянно ответила я, – но…

– Вань, давай свезем их?

– Не вопрос, – ответил Кисин, – все равно незасну.

Замотав Ксюшу в плед, мы покатили в клинику. Я лишний разрадовалась, что успела договориться с Настей Левитиной, знакомой Кати. Левитинаработает акушером-гинекологом. И сегодня нам все-таки повезло – Настасьяоказалась на дежурстве и, услыхав мое «Рожаем!!», совершенно спокойно ответила:

– Ну и что? Незачем орать! Давайте приезжайте!

Когда мы плотной группой вошли в вестибюль, Настя, курившаяу окна, недовольно сказала:

– Все приехали?

– Ага, – кивнула я.

– Ну так уезжайте, тут никто, кроме роженицы, не нужен.Впрочем, отец может остаться. Вы отец? – повернулась она к Кисину.

– Нет, – испуганно ответил Ванька, – я сосед.

– Сосед, – хмыкнула Настя и вдруг заорала: – А эточто? Лампа, с ума сошла, психопатка, немедленно выбрось!

Я растерянно посмотрела на свою жилетку. Из маленькогокармашка торчала, угрожающе похожая на настоящую, учебная граната «Ф-1». Какона попала ко мне? И почему я не почувствовала ничего постороннего, сидя вмашине?

Кисин выхватил «лимонку» и сунул в сумочку девицы.

– Простите, доктор, не пугайтесь.

– Сумасшедшая, – прошипела Настя, уводяКсюшу, – так и знала, ежели с тобой, Лампа, связаться, можно свихнуться.