Стриптиз Жар-птицы - Дарья Донцова

– Мы с мамой не жаловались.

– Ну да.

– Вполне хватало на все нашей с нейзарплаты.

– Конечно.

– А потом мамуля сломала руку, и хозяйкавыгнала ее вон. Никто не хочет держать домработницу-инвалида.

– Ясно.

– В нашей конторе провели сокращение.Меня уволили.

– Печально.

– Конечно, я снова устроилась наоклад, – зачастила Лида, – но теперь маминой зарплаты нет, пенсия унее крохотная, ну… и… в общем… мы решили… Птичка-то наша! Я сюда приезжаланесколько раз. Сначала думала сюда прислугой наняться – Жозя меня лишь один развидела, да и то полчаса всего, по паспорту я Ивановой осталась, так что никакихпроблем. Но у них уже своя домработница имелась, из местных. Я тогда с нейпоболтала, вроде хочу дачу на лето снять, посоветуй, мол, где лучше. В общем,разговорились, и Зина растрепала: двери тут никто на ночь не запирает, а еслиим в голову вступит щеколду задвинуть, то окно в бойлерной всегда нараспашку,влезай – не хочу. Сад здоровенный, хозяйка в дальний конец не сунется, чего таместь, давно забыли. Жозя спит как бревно, ее не добудиться, а у Даны мигренислучаются, тогда она снотворным накачивается и колодой лежит. Видишь, какпросто!

Одним словом, Лида выждала нужный момент ипроникла в дом. Сначала ей было жутко страшно, но вскоре стало понятно: Зина ненаврала. Жозя и Дана мирно посапывали, одна в своей спальне, другая в мансарде.

За пару визитов Лида обыскала весь первыйэтаж, исключая опочивальню старушки. Потом обшарила второй и поняла: ни сейфа,ни тайников в этой части здания нет. Необысканными остались мансарда, вольер икомната Жози.

Лида боится птиц, поэтому в вольер не пошла,да и Клавдия Андреевна сказала дочке:

– Ювелирное изделие не станут держать вовлажности. Наверное, захоронка либо у старухи, либо у молодой. Надо лезть туда!Выждем момент, когда Дана уедет отдыхать или по работе в другой город порулит,тогда и пороешься в мансарде.

Мой звонок перепугал «домушниц», и бывшаядомработница Колосковых приказала дочери:

– Отправляйся прямо сегодня. Нельзятянуть, Жозя может продать раритет…

– Я не знала, что в доме еще кто-тобудет, – каялась сейчас Лида, – осторожно поднялась сюда и приняласьза поиски.

– Нашла? – поинтересовалась я.

– Не-а! Значит, старуха у себя птичкупрячет. Слушай, хочешь, мы тебя в долю возьмем? – ажитированно зашепталаЛида. – Пошли вместе вниз, пороемся у бабки! Если она проснется, яспрячусь, а ты скажешь…

– С ума сошла! – возмутиласья. – Значит, так. Немедленно убирайся вон! Имей в виду: еще раз сюдаявишься – очутишься в милиции. С сегодняшнего дня дом будет взят под охрану,видеокамеры включены, они торчат на заборе. Безалаберности пришел конец! Я самастану следить за порядком!

Лида тихонько засмеялась:

– Туфта.

– Ты о чем?

– Зина мне все объяснила! Камеры неработают, хоть и выглядят круто.

– Э, нет! Дана один раз поймала хулигана,который ей дверь испачкал.

– Верно, – еще больше развеселиласьЛида. – Раньше они фурыкали, а год назад сломались.

Я подавила раздражение. Все-таки Жозя и Дана –безголовые курицы! Впрочем, и я хороша. Не подумала про видеонаблюдение.Следовало бы раньше вспомнить о камерах и просмотреть кассеты. Толькоглядеть-то, как выяснилось, нечего.

– Дана хотела отремонтировать систему, астаруха была против, – поясняла Лида. – Зина говорила, что бабкакатегорично заявила: не следует деньги тратить, все и так думают, что записьведется.

– У Зины слишком длинный язык!

– Есть немного, – согласиласьЛида. – Так как? Ты в доле?

– Убирайся.

– Сейчас ночь!

– И что?

– Куда я пойду?

– Мне все равно.

– Подумай, – уперлась Лида, –птичка очень дорогая. Мы тебе за помощь два процента дадим.

– Уматывай вон! Живо! А то с лестницыспущу!

– Пять!

Я сжала кулаки.

– Семь, – надбавила Лида. – Неупусти своего счастья! Такое предложение раз в жизни делают! А, поняла… Ну идура же я! Ты себе все захапать хочешь. Сама пойдешь к старухе шарить. Птичка моя!

– Считаю до трех, – устало сказалая, – потом звоню участковому.

– Слушай, – выпучила глазаЛида, – я тебе не все сообщила.

– Есть новые захватывающие сведения?

– Да! Думаешь, Дана сама выпала? Тебелучше отсюда побыстрей уехать!

Я вздрогнула:

– Ты на что намекаешь?

– Ха! Ее вытолкнули.

– Откуда ты знаешь?

– Дана звонила Алику, скандал устроила.Муж мне ничего не сказал, но мама…

– Сняла трубку и подслушала.

– Совершенно случайно! Мы же вместеживем. Мамуля просто решила пыль протереть, подняла…

– Это неинтересно! Ты лучше про их беседурасскажи.

Лида покусала нижнюю губу.

– Данка, стерва, Алика никогда нетрогала. Развелись – и она исчезла. Бросила мужа без денег и ни разу непоинтересовалась: милый, ты как… Несколько лет ни слуху ни духу. Вот сучара! Подыхай,Алик, с голоду! – возмущалась Лида. – А тут – здрассти… позвонила иорет: «Знаю, ты матери жить не даешь! Видела тебя!»

– Где? – насторожилась я.

– Вот и Алик то же спросил. А она:«Сволочь! Ты зачем за Жозей следишь? И в магазин не лезь!»

– Вот странность, – покачала яголовой.

– Сумасшедшая она, – пожала плечамиЛида. – А дальше был такой разговор…

– Не знаю, кто тебе чего наболтал, толькоя здесь ни при чем. Имей в виду, за Жозей многие охотятся! Вспомни Жанну Бирк.Вот ей и звякни! – вопил Алик.

Дана прямо задохнулась.

– Какая Бирк? Прекрати чушь нести!

И тут бывший муж озверел: