Предпоследний круг ада - Ольга Володарская

– Вы говорили, что яд имеет очень медленное действие, – неуверенно начал он. – Но Абзал через две минуты, после того, как попил, свалился. Он раза в два тяжелее буфетчика.

– Другая дозировка, вы сами это предположили.

– Если так, то отравленной должна быть вся вода, а остальные здоровы.

– Стакан стоял на вашем столике какое время?

– Опять же несколько минут. Пять, семь.

– Кто-то его трогал?

– Я читал свои стихи Нурлану, он слушал. Таня тоже. Аня с Абзалом о чем-то шушукались. Нет, никто.

– Точно?

– Нет, стойте. Какая-то девушка подошла. Хотела забрать контейнеры и стаканы, но ее отогнал Нурлан, потому что она мешала.

– Что за девушка?

– Работница кухни, наверное.

– Она прикасалась к посуде?

– Да, но на миг.

– Покажите мне ее.

Бородин стал озираться.

– Не вижу ее среди присутствующих.

– Опишите.

– Я был весь в поэзии, даже не обратил внимания.

– Евгений, вы очень наблюдательный человек. Я отметил это еще при нашем знакомстве. И если вы сейчас напряжете память, то…

– Брюнетка. С волосами вот тут. – Он приставил кулак к макушке.

– Что-то еще?

– От нее пахло едой. Как от человека, который готовил. Я даже уловил аромат жареной петрушки, которая была добавлена в лазанью.

Карина, понял Марченко.

– Я подойду чуть позже, вы пока не уходите, – сказал он Бородину.

– Куда ж я уйду, если вы нас не выпускаете?

Тарантино подошел к Устинову. Тот вводил в курс дела Ерша с Карасем, они прибыли на место десять минут назад.

– Сестру Большого Уха видел? – спросил он у него.

– Нет.

– Она крутилась возле столика, за которым сидел Абзал.

– Понял, – коротко бросил Аркадий. – Сейчас поищу. – И удалился.

К Косте тут же подступили Ерш с Карасем.

– Можно, мы их допросим? – спросил первый.

– Нас двое, их тоже, – подхватил второй.

– Если вы о сестрах Сомовых, то я с ними уже беседовал.

– Блин, – в один голос выругались Ершов и Карский.

– Хватит таращиться на девушек, займитесь делом.

– Уж и посмотреть нельзя, – проворчал Ерш. – Я, может, всю жизнь мечтал такое чудо природы увидеть в реальности, а не по телику. Моей маме, между прочим, когда впервые УЗИ сделали, сообщили, что будет двойня. А потом бац – и я один остался.

– Как так?

– Поглотил брата или сестру, прикинь? Такое случается, я этим вопросом интересовался. Более сильный близнец поглощает эмбриональную ткань другого…

– Да ты акула, а не Ерш, – Карский хлопнул товарища по плечу.

Тот отмахнулся.

– Я когда узнал, обалдел. Это ж прям история из фильма ужасов. Мне казалось, что живет во мне этот поглощенный брат и ждет момента, когда сможет расквитаться со мной. Но эти страхи я в детстве преодолел. А как подрос, стал фантазировать, что было бы, если бы… И разные варианты представлял. В том числе такой, – он ткнул пальцем в сестер Сомовых, хорошо, что они сидели спиной и не видели этого. – Одно время очень хотел сиамского брата, пока не начал встречаться с девочками и не понял, что без приросшего к тебе братца познакомиться с ними гораздо легче…

– Скажи уж, побоялся конкуренции, – хохотнул Карась. – Брат мог быть красивее и умнее тебя. Поэтому ты его и поглотил.

– Да пошел ты.

– Идите оба, – Костя махнул рукой. – Работать. И мне пора делом заняться. – Он увидел Аркадия, ведущего за собой сестру Большого Уха Карину.

– Нам нужно побеседовать, – сказал ей Марченко.

Девушка молча кивнула.

Выглядела она уставшей. Что неудивительно, приготовить обед на такую ораву, пусть и с помощниками, не просто.

Тарантино увел Карину в ту часть павильона, где никого и ничего не было. Пусто, тихо, прохладно.

– Не ожидал увидеть вас сегодня на работе, – сказал Костя.

– Почему? – Девушка опустилась на пол, поскольку сесть было не на что. – Извините, мне тяжело стоять, я без сил…

Марченко присел рядом. Джинсы пачкать не хотелось, поэтому он, как говорят те, кого он чаще всего задерживает, «встал на корты».

– Ваш брат погиб.

– Сводный.

– Но вы любили его, не так ли?

– Он был мне дорог. – Она достала из кармана трехсотграммовую бутылочку с соком. Открутив крышку, протянула Косте. – Хотите попить?

– Нет спасибо. – И про себя добавил: «Только не на вашей съемочной площадке!» – Вы повар, так?

– Ага. – Карина сделала жадный глоток сока. Только сейчас Костя уловил запах алкоголя. Девушка недавно пила, это очевидно. – Но мы лишились одного работника – сами знаете кого, и рук не хватает. Поэтому я помогла убирать посуду. Вы ведь из-за этого меня вызвали на разговор? Я крутилась возле дивана и столика… А через несколько минут Абзал рухнул на пол… – Она передернулась. – Я видела это. И так испугалась, что убежала… Признаюсь вам сразу! Я УБЕЖАЛА!

– Куда?

– Намеревалась покинуть территорию киностудии, но когда оказалась на улице, подышала воздухом, поняла, что так сделаю только хуже себе, и вернулась. – Карина допила сок и швырнула пустую бутылку в стену. Она отскочила от нее и вернулась к девушке, упав на ее колени. Та хмыкнула. – Я не видела, как умирает брат. Никто не видел… Но если верить вам и фотографиям, он невероятно мучился. Мне страшно было это представлять… И когда на моих глазах человек начал биться в судорогах… – Она всхлипнула и закрыла лицо руками. – Я не могла на это смотреть, понимаете? Поэтому убежала.

– Успокойтесь, пожалуйста. – Костя легонько погладил девушку по руке. – Я все понимаю.

– Это какое-то сумасшествие. Как два человека, находящиеся среди десятка людей, могут с разницей в два дня погибнуть от одного и того же яда, тогда как остальные в порядке? У вас вообще есть версии?

– Будут.

– Может, это маньяк?

– Только не начинайте, – простонал Костя. Он давно ожидал появления «маньячной» темы. И был удивлен тому, что ее еще никто не поднял. Как-никак на киностудии люди мрут, а фильмов об убийцах-психопатах снято немало.

– Что, если это русская рулетка? Только вместо патрона – стакан с ядом. Кто выпьет его, тот проиграл.

– Перестаньте фантазировать, вы же повар, а не сценарист, – с укором проговорил Костя. – От вас я такого не ожидал…

– Иногда самая абсурдная версия оказывается правильной.