Всем по барабану! - Татьяна Луганцева

Элли, вдохновленная пейзажами вокруг дома Джона, приняла душ, быстро переоделась и пошла гулять, никому ничего не сказав. Она хотела осмотреться, не теряя ни минуты, чтобы насладиться местом, куда случайно попала.

Парк оказался очень большим. Все дорожки были посыпаны гравием, а на земле, вернее – на траве, лежало много сухих листьев и веточек. Деревья стояли с неподстриженными ветками и непокрашенными стволами. Первое впечатление от парка было такое – кругом запустение. Но его запущенность была очень приятная, ненавязчивая. И быстро становилось понятно, что так и задумано, а не из-за нехватки любви и внимания. Этакий уголок без асфальта и правил, где душу сразу же посещали романтические чувства, ощущение единения с природой. Элина даже сошла с дорожки и прошлась прямо по траве.

Чуть спустившись вниз, она оказалась среди стройных рядов виноградника. Рядом стоял маленький аккуратный домик из кирпича с большим навесом и деревянными скамейками под ним. Элли заглянула внутрь и крикнула по-английски:

– Эй! Привет! Есть тут кто-нибудь?

Ответом ей была тишина. Элина вошла внутрь, сразу же ощутив приятную прохладу. Помещение было абсолютно пустым. Вдоль стен тянулись стеллажи с бутылками вина. Они все были одинаковые, словно братья-близнецы, со скромными светлыми наклейками с буквами «Н. Ж.». Элли рассматривала их и вздрогнула, когда позади нее кто-то что-то сказал. Она обернулась и увидела невысокого, но очень симпатичного брюнета с кудрявыми волосами. Заметив недоумение на ее лице, тот спросил:

– Вы говорите по-английски?

– Да. Извините, я спрашивала, но никто не ответил. Я ничего бы не взяла. Просто мне интересно. Я случайно сюда забрела…

Красивое, холеное лицо мужчины исказилось. Элли почему-то приняла это на свой счет – из-за своего плохого произношения.

– Позволь угадаю, – произнес незнакомец на ломаном русском. – Ты одна из гостей Джона из России?

– Да. Ой, а вы говорите по-русски? – обрадовалась Элина.

– Так же, как ты на английском, – очень, очень плохо! – засмеялся мужчина. И галантно поклонился: – Теодор. Для друзей, а следовательно, и для тебя, крошка, просто Тео. Я являюсь продюсером и, надеюсь, другом Джона.

– Ой, здравствуйте! Джон что-то говорил о вас.

– Надеюсь, хорошее? – уточнил Теодор.

– Только хорошее! – заверила его Элли. – Вы точно его друг!

– Я жду здесь возвращения блудного сына уже пару дней. Что-то задержался он в России. Хотя теперь я его понимаю! Говорят, ваши женщины из Киева невыносимо красивы, – мечтательно закатил свои черные, как чернослив, глаза Теодор.

– И наши женщины из Москвы красивы, и украинские из Киева тоже, – ненавязчиво поправила его Элли.

– Вот, язык русский ради Джона выучил, а географию вашего большого и страшного Советского Союза еще не очень. – Тео почесал затылок, озорно глядя на новую знакомую.

– Меня зовут Элина, для друзей, и для вас тоже, просто Элли.

– Просто чудесно! – продолжал восторгаться мужчина. – Давай на «ты»?

– Давай…

– Я сейчас проведу для тебя здесь экскурсию, а потом напою хорошим вином, – пообещал Теодор, особо и не спрашивая ее мнения.

– Звучит потрясающе, – согласилась Элина, понимая: друг Джона еще не в курсе, что на актера было совершено покушение, иначе бы не был столь весел и игрив.

Теодор ловко взял ее под руку и вывел из здания. Махнул рукой на виноградники, словно показывал свои владения:

– Виноград.

– Вижу. В России он тоже растет.

– И это все, что ты можешь сказать? Так скучно? Да ведь виноград – бог всех растений, создающий чудесную ягоду! Только виноградинка может вобрать в себя лучи восходящего солнца и восторг заката, пряность и мелодии ночи, и утреннюю росу, свежесть ветра и заряд молнии при грозе. Да-да, юная леди! А почему, думаешь, везде растет вроде один сорт винограда, а вино получается совсем разное? Вино из винограда на одном склоне может в корне отличаться от вина с другого склона. Именно из-за разного освещения, из-за разных дуновений ветерка… Виноград – ягода, что вбирает в себя благодать природы! Она подчиняется ей, как послушная жена мужу.

Элли слушала его, открыв рот.