Пари с морским дьяволом - Елена Михалкова

За окном мелькнула какая-то тень. Бабкин быстро подался вперед и увидел чайку, тяжело машущую крыльями.

– Вот так подкрадывается паранойя… – пробормотал он.

Маша дернула его за руку, и он чуть не свалился на жену.

– Ой! Ты что?

– Выводы! – потребовала она. В глазах у нее загорелся недобрый огонь.

– Вот сейчас возьму и ничего не скажу.

– А и не надо, – внезапно согласилась Маша. – И без тебя все понятно.

– Неужели?

Она поднялась и принялась мерить каюту шагами – привычка, позаимствованная у Илюшина. Пышные тонкие волосы растрепались, и выглядела Маша так, будто ее несколько раз несильно ударило током.

– Какая-то ты наэлектризованная, – неосторожно пошутил Бабкин.

– Потому что эта игра в «найди закономерность» мне не нравится! – резко парировала Маша.

– Закономерность?

– А что, по-твоему? Это и ежу понятно! Я бы сообразила раньше, если бы приняла всерьез рассказ Руденко, но он мне до того не нравился, что я не хотела верить вообще ничему, что он говорит. Но если принять его слова на веру, то вся картинка складывается. На борту четверо мужчин-пассажиров. На троих из них уже было совершено покушение. Остался четвертый, и это ты. Дальше продолжать?

Бабкин улыбнулся. Увидев эту улыбку, Маша едва не заискрилась от злости.

– И ты еще смеешься?!

– Это улыбка гордости за жену! – попытался выкрутиться он, но было поздно: Маша рассердилась всерьез.

– Здесь происходит черт знает что! – тихим яростным шепотом начала она. – Я понятия не имею, чего ожидать! Я хотела отвлечь тебя от мыслей об Илюшине, а вместо этого мы встречаем его двойника!

– Не двойника, просто…

– Я надеялась на увлекательное путешествие, – не останавливалась Маша, – и что вместо этого?! Мы как будто ходим по лезвию! Того гляди, кого-нибудь убьют! А ты…

Она осеклась. Вместо того чтобы оседать под тяжестью ее обвинений, муж выпрямился. И в целом выглядел как человек, тщетно пытающийся скрыть удовлетворение.

Маша несколько секунд смотрела на него, а затем начала прозревать.

– Тебе же все это нравится… – ошеломленно протянула она. – Господи, да ты в своей стихии!

– Ну, вода никогда не была моей стихией, – скромно признался Бабкин. – Я куда грациознее на суше.

– Я не о море!

– Все происходящее довольно забавно, – уклончиво согласился он.

– Забавно?! Ты понимаешь, что, возможно, какой-то псих наметил тебя четвертой жертвой?

– Жертвой – да. Псих – нет.

Маша внимательно посмотрела на мужа и решила, что ей лучше сесть. В глазах его горел азарт. Он напоминал мальчишку, получившего в подарок конструктор своей мечты. Детальками были люди, но Сергея это не очень смущало.

– Ты что-то знаешь, – утвердительно сказала она.

– То же, что и ты. – Он сел напротив и сцепил пальцы в замок. – Три человека стали жертвами условных покушений.

– Почему условных?

– Подожди, не перебивай. Я понял это сегодня, когда мы поднимались на маяк. Но тогда, как ты верно предположила, должно было последовать четвертое. Почему его не было?

Маша пожала плечами:

– Потому что мы не захотели гулять по городу, а отправились на маяк.

– Да, но кроме этого есть еще кое-что. То, что отличает сегодняшнюю вылазку от предыдущих.

Маша задумалась. Перебрала в памяти острова, вспомнила всех, кто спускался с корабля, и внезапно сообразила:

– С нами сегодня был боцман.

– Бинго! – Сергей щелкнул пальцами. – Ты умнее меня. Я ведь начертил на своем плане, кто где находился, но догадался сопоставить факты только после визита на маяк. Яков Семеныч не хотел ехать с нами. Он согласился только потому, что ты попросила.

– Хочешь сказать, это Яков Семеныч толкал в спину Аркадия и топил Стефана? – недоверчиво спросила Маша.

– Не совсем. Даже более того, уверен, что это не он. Но я предполагаю, что команда в этом замешана.

– С ума сошел?! – ахнула Маша.

– Может, не вся команда. Двое-трое. Они придумали постановку, игру в попытку убийства. Потому что это ведь игра, Маш! Если бы Аркадия в самом деле хотели сбросить, его подтолкнули бы второй раз. Утопить Стефана было проще простого. А Руденко можно было бы без затей приложить камнем по башке, а уже потом устроить обвал для маскировки следов. Но это не было сделано. Почему? Потому что никто не собирался убивать их по-настоящему.

– Ты так говоришь, как будто тебя это огорчает, – съязвила Маша.

– Не огорчает. Но мне не по душе и нынешнее развлечение. Кто-то хочет заставить пассажиров испытать острые эмоции. Съем пиджак, если это не так!

– У тебя нет пиджака…

– Брюки есть, старые. Честное слово, это похоже на подпитку адреналином. Вспомни, какой Руденко был счастливый, когда рассказывал, как спасся от камнепада.

– А теперь вспомни, какой Стефан был несчастный, когда выполз на берег, – парировала Маша.

– Я не спорю, это работает не со всеми. Но с кем-то – работает!

Маша тщательно обдумала его слова. Кто-то из команды устраивает им «американские горки», чтобы плавание на «Мечте» воспринималось ярче? Добавляет в пресное блюдо жгучего красного перца?

– Сережа, прости меня, но это глупость, – решительно сказала она. – Задача команды – обеспечивать нам комфорт. А глобально – сделать так, чтобы мы вернулись на бригантину второй раз, да еще всем знакомым разрекламировали. Людей, которые ловят кайф от осознания того, что избежали встречи со смертью, в действительности очень немного. Среди нас, например, один только Владимир. А прочие от близости гибели, пусть даже иллюзорной, шарахаются, как черт от ладана. Спорим, Стефан Зеленский не пойдет на «Мечте» снова? Воспоминания о том, что случилось в бухте, вытеснят все приятные впечатления. Значит, твоя версия в корне неверна. Команда не будет устраивать спектакль из этих соображений.

Бабкин вовсе не выглядел обескураженным.

– Значит, все еще проще. Меняем знак с плюса на минус!

– В каком смысле?

– Если кто-то из команды жестоко пугает пассажиров, чего он хочет добиться?

– Портит репутацию нашему паруснику!

– Угу. Отваживает народ.

– Слишком изобретательно, – усомнилась Маша. – Не проще ли подсыпать всем в суп слабительное?

– А одно другого не исключает. Плавание только началось.

– Спасибо, что обнадежил!

Бабкин ухмыльнулся, но промолчал.

– Допустим, что кто-то из команды имеет зуб на капитана, – вслух начала рассуждать Маша. – Он хочет подпортить Муромцеву все предприятие. И для этой цели выбивает нас из душевного равновесия. Так?