Интервью с магом - Антон Леонтьев

Пара последующих недель прошли в страшной суете, заполненные нервотрепкой и бессонными ночами. Но я так давно ждала этого! Признаться, в той суете история с Машей совершенно вылетела у меня из головы, и только когда зашла речь о темах для первого выпуска, все, как один, набросились на самую сенсационную новость в тусовке – воскресение покойного сына художника Аскольдова в виде девочки-сироты.

Об этом к тому времени не написал и не доложил только ленивый – Сальвадор постарался, чтобы вся страна узнала о его неземном счастье. Но во всех интервью он упорно говорил о «моем Феликсе», а имя Маша практически не звучало. Я была непосредственным участником произошедшего, поэтому не могла пройти мимо такой шикарной темы.

Однако тут случилось непредвиденное – выяснилось, что один из олигархов разводится со своей супругой, потому что втюрился в фотомодель. Оставлять без внимания подобное тоже было нельзя, и меня вместе со съемочной группой послали в Лондон, где обитали и олигарх, и обманутая жена, которая, по слухам, требовала отступных в размере половины состояния супруга, и молодая «звездочка», вскружившая голову стареющему богачу.

В британской столице мы пробыли без малого неделю, а когда я вернулась в Москву, меня ожидало неприятное известие – умерла ясновидящая Светлана. И ладно бы это произошло, так сказать, естественным образом! Впрочем, Свете было тридцать пять, и вряд ли ее мог сразить неожиданный инфаркт или инсульт, хотя такое, вне всяких сомнений, бывает. Но нет, Светлану зарезали. И это было ужаснее и непонятнее всего. Несчастье произошло не в отлично охраняемом поместье Аскольдова, а на одной из улиц столицы, около станции метро «Академическая». Причем Светлана пролежала некоторое время на асфальте, и никто даже не удосужился ей помочь – видимо, прохожие посчитали несчастную женщину пьяницей или наркоманкой.

Но об этом я узнала уже после того, как прослушала сообщения на своем автоответчике. Номера моего мобильного Светлана не знала, ей был известен только мой домашний телефон, и когда я с высунутым языком ввалилась в квартиру после подъема на тридцать шестой этаж (чемоданы доставил на лифте консьерж), то первое, что бросилось мне в глаза, был красный огонек автоответчика.

Звонил мой бывший, желавший поздравить с профессиональным прорывом, причем целых два раза, что было крайне подозрительно. Кроме того меня искала кое-какая околотелевизионная шушера, и наконец, за день до моего возвращения с берегов туманного Альбиона, звонила Светлана.

– Катя, это Светлана Мельникова... – услышала я сбивчивый голос ясновидящей. – Мне надо срочно с вами поговорить! У меня очень и очень важные новости! Я, ничего не говоря Аскольдову, устроила сегодня еще один сеанс ретроспекции с Машей, и он дал совершенно поразительный результат. Он все полностью меняет, и я теперь все знаю! Слышите, все! Мне обязательно нужно с вами посоветоваться. Я записала сеанс на камеру. Прошу, перезвоните мне как можно скорее! Я жду!

Я перезвонила и… узнала, что Светлана мертва. Это стало для меня кошмарным известием. Странно, но тогда я и не связала ее гибель с новым сеансом ретроспекции. И только во время беседы с Марком, который примчался ко мне по первому зову, додумалась до столь незамысловатой взаимосвязи.

Марк был не меньше моего потрясен случившимся. Он взял на себя заботы и расходы по погребению – Аскольдова мертвая ясновидящая не занимала. Он даже, кажется, был ее смерти рад.

– Что, Катенька? Света провела еще один сеанс ретроспекции? – чрезвычайно удивился иллюзионист, узнав от меня о ее звонке.

Мы вместе несколько раз прослушали запись ее звонка, и Марк Львович заметил: