Сладкая правда и горькая ложь - Елена Гордина

«Если Ксения была информатором моего мужа, то почему они это скрывали? Что плохого в том, если твой муж и твоя подруга имеют какие-то общие рабочие интересы?» – не понимала Катерина. Если последние восемь лет – а именно столько длился их брак с Павлом – Ксения Беленькая ему помогала, то почему это надо было скрывать?

«Значит, было еще что-то такое, что мне знать было нельзя». Если Павел и Ксения не афишировали свое общение, значит, для этого были серьезные причины.

«Получается, что Павел с самого начала знал, что я не улетела ни в какую Москву на обучение, а просто тупо живу в соседнем районе нашего города, – сообразила Катерина. – Но почему он подыграл мне?»

Катя схватилась за голову. Выходит, она обманывала мужа, а он об этом знал и тоже ее обманывал, делая вид, что верит во всю ту околесицу, что она несла. Но зачем? Для чего?

И тогда вполне логично возникал вопрос: а не с подачи ли самого Павла Ксения предложила Кате увлекательное путешествие в общежитие? Катерина уже не могла вспомнить дословно тот разговор. Тогда Катерина была уверена, что это ее собственная идея, но, быть может, Ксения ее ловко подвела к нужному решению?

Катерина чувствовала, как закипают ее мозги, она была не в состоянии одна решить такое количество проблем, но самое ужасное, она стала бояться собственного мужа. Если Павел действительно причастен к убийству Ксении, то каковы должны быть ее дальнейшие действия? Пойти в полицию она не могла, еще не хватало, чтобы там начали копать и раскрыли историю с убитым наркоманом.

– Так! – Катерину бросило в жар. – А что знает Павел о моей жизни в общежитии? Знает ли он про убийство наркомана?

Катерина больше не могла лежать, она поднялась с дивана и пошла в душ. Несколько раз меняя воду от горячей до ледяной и обратно, она старалась прийти в себя. Когда в голове наконец-то перестало шуметь, она вышла из ванной и пошла к себе в кабинет. Там она села за компьютер и дописала до конца всю историю про убийство в общежитии, затем по привычке написала слово «Конец» и автоматически отправила рукопись Ольге Медляковой. Так она всегда делала после завершения работы на протяжении целых восьми лет, и у нее уже выработался безусловный рефлекс.

Так и не осознав, что же она наделала, Катерина продолжала напряженно думать о происходящем. Через пять дней надо отдавать деньги Синицыной, а еще через пять дней вернется Павел. О чем с ним тогда разговаривать?

«Павел, а почему вы с Ксенией восемь лет тайно общались за моей спиной, и, кстати, не ты ли ее убил?»

Катерина нервно хихикнула. Она отошла от компьютера, взяла ручку и листок бумаги и написала:

«Что делать с Синицыной? На решение проблемы пять дней.

Узнать правду о Павле. На решение проблемы семь дней.

Узнать о травле в соцсетях, кто ее затеял и зачем? Был ли действительно прямой эфир на радио в тот день у Павла? И почему с ним перестал сотрудничать Вадик Гончаров?»

Катерина часто чертила такие схемы, когда писала книги с особо сложным и запутанным сюжетом. Для того чтобы понять, какой герой ее книги от кого зависит и на кого влияет, она иногда прорисовывала сюжет на листе бумаги. Катерина решила начать с пункта под номером три, потому что сейчас он ей казался наименее сложным. Катя дотянулась до сотового телефона и набрала Вадика Гончарова (конечно, у нее всегда был его телефон).

– Алло? Вадик? Это Екатерина Данилова, тебе удобно сейчас разговаривать?

– Привет! – буркнул Гончаров. Судя по началу беседы, разговаривать ему было неудобно. – Чего ты хочешь? Если это касается вопроса, почему я решил прекратить работу с твоим мужем, то я прямо сейчас заканчиваю разговор.

– Нет! Нет! – испуганно запротестовала Катерина. – Это ваши мужские дела, и я в них не лезу.

– Тогда зачем звонишь? – удивился Вадик. – К травле твоего мужа в СМИ я тоже не имею никакого отношения.

– Нет, снова мимо! – Катерина устало вздохнула. – Я просто хотела спросить, ты ли организовал ему встречу на радио «Дорожник» несколько дней назад, и если да, то почему эфир не состоялся?

– Да, я организовал! – спокойно ответил Вадик. – А эфир не состоялся, потому что к его началу уже все знали о сюжете на шестом канале и поэтому все свернули.

– Спасибо! – Катерина выяснила все, что хотела, и прекратила разговор.

Значит, Павел действительно поехал на радио. В таком случае он не мог в то же самое утро стать виновником аварии с Ксенией Беленькой.

– А что, если он не доехал до студии? Или успел и туда, и сюда?

Катерина понимала, что сегодня она уже не сможет ответить на все вопросы, которые буквально разрывают ей мозг, поэтому решила отдохнуть. Она посмотрела на часы – был уже третий час ночи – и, помня о разнице во времени с Францией, позвонила мужу. Павел взял трубку сразу же.

– Привет, моя дорогая! – муж был в хорошем настроении.

«Наверное, приговорил пару бутылочек вина», – подумала Катерина, но вслух свои догадки не озвучила. Зачем обострять и без того сложные отношения.

– Привет, Павел! Как твои дела? – максимально нейтральным голосом поинтересовалась Катерина.

Ей хотелось закричать в трубку: «Пашка!!! Как ты мог! Как ты мог столько лет от меня скрывать свою другую жизнь! Почему? Зачем? За что?» Но она, конечно, ничего такого не сказала.

– Все хорошо. – Павел явно шел по улице: Катя слышала в трубке гул снующих машин и голоса прохожих. – Отдыхаю, набираюсь сил, пью вино. Вернусь и продам свой новый роман какому-нибудь каналу, пусть снимают сериал. Как у тебя дела? Шумиха с этой идиоткой поутихла?

– Все нормально, – соврала Катя. – В новостях об этом уже не говорят, хотя весь Интернет еще обсуждает тебя и твои книги.

– Да, я сам это вижу, читаю, – Павел рассмеялся. – Скоро все забудется, у людей короткая память, и есть много других скандальных новостей. Ну пока, крошка?

Павел никогда не называл ее крошкой, и Катя опешила:

– Это ты мне? – поинтересовалась она, изумляясь.

Она здесь накопала на него кучу компромата, а он спокойно называет ее «крошкой»!

– Конечно, не тебе, – заржал Павел. – Ну, целую.

На этом разговор был закончен. Катерина выключила свет и, не в силах больше продолжать анализировать сложившуюся ситуацию, легла спать.