Сладкая правда и горькая ложь - Елена Гордина

Она решительно не хотела издавать такое откровение от своего настоящего имени.

– Придумывай псевдоним, поставим такой, как скажешь!

Катерина тепло поблагодарила своего издателя и распрощалась с ней.

Завтра Павел должен был вернуться домой, им предстоял тяжелый разговор с непонятным и совершенно непредсказуемым финалом. Катерина даже немного опасалась своего мужа, она настолько далеко зашла в своих фантазиях на тему демонизации Павла, что теперь не на шутку опасалась и за свою жизнь. Чтобы окончательно не свихнуться от тяжелых раздумий, Катерина решила отвлечься и сходить в караоке-бар. Одна!

Ну, действительно, а с кем ей теперь было идти? Катерина дома приняла душ, переоделась в брюки и длинный пиджак, под которым она всегда носила скромную блузку. Затем нанесла скромный макияж, уложила волосы и отправилась пешком в караоке-бар в самом центре города. Она хорошо знала это заведение и поэтому пошла именно сюда, здесь всегда была приличная компания, хорошие напитки и серьезная охрана.

Катерина заказала мартини с оливкой и села за столик в углу зала, отсюда она могла наблюдать за всем происходящим, оставаясь при этом незамеченной. Будучи писателем, Катя любила наблюдать за людьми, их манерой общения, жестами, образами. Она даже автоматически прислушивалась к чужим разговорам, потому что ей было интересно, как люди по-разному выражают свои мысли и чувства.

Пустующий столик рядом с Катей заняла веселая компания из трех подвыпивших подружек, им было лет по тридцать, все стройные, симпатичные и дерзкие. Катерина с тоской посмотрела на одну из них – яркую брюнетку в ультракоротком платье и с алыми чувственными губами – и подумала, что на таком фоне она сама выглядит невзрачной серой мышью.

– А я Варвару вчера к свекрови увезла, так что пока мой в рейсе, гуляем, девчата!

Катерина про себя ухмыльнулась. Она давно заметила, что люди с достатком ниже среднего и образованием не выше среднеспециального, любят называть своих детей максимально вычурно: Лея, Альберт, Бронислав, словно звездное имя способно изменить к лучшему судьбу ребенка. Так и появляются Мокрущины Альберты Васильевичи или Петровы Леи Сергеевны. Конечно, ничего в этом плохого нет, но такую тенденцию Катерина все же подметила.

Пока Катерина рассуждала о том, как бы она могла назвать своего ребенка, если бы он у нее был, к соседнему столику подошли двое молодых мужчин и пригласили девушек на батл – так в этом кафе назывались соревнования, кто кого перепоет. Катерина любила петь, но природа не наградила ее ни слухом, ни голосом, поэтому она в батлах не участвовала, просто пела в свое удовольствие. В одном из мужчин Катерина с ужасом узнала Романа, того самого кареглазого главного редактора радио «Дорожник», который произвел на нее сильное впечатление. В джинсах и черной рубашке парень выглядел еще более привлекательно, чем в первую их встречу.

А он скользнул по застывшей Катерине безразличным взглядом, приобнял за талию ту самую брюнетку, и они пошли к микрофону.

Катерина залпом выпила свой мартини и пошла в дамскую комнату. Там она сняла брюки – под ними в связи с холодной погодой и отсутствием личного автомобиля были надеты черные колготки – и посмотрела на себя в зеркало. Конечно, пиджак казался длинным, когда он был в комплекте с брюками, но сейчас он смотрелся ультракоротким. Ноги у Катерины были в полном порядке, и в новом образе она смотрелась великолепно. Катерина замялась, но все-таки решилась и сняла заодно и унылую блузку, оставшись в одном пиджаке, черных колготках и туфлях. Она специально растрепала тщательно уложенные волосы, немного придала им форму, намочив руки водой из-под крана, и, спрятав брюки и блузку в сумку, вышла в зал.

Музыка уже играла вовсю, именно сейчас никто не пел, некоторые посетители просто танцевали и наслаждались жизнью, другие сидели за столиками с друзьями и что-то весело обсуждали.

– Еще мартини! – Катерина подошла к барной стойке и сделала заказ.

Она заметила, с каким интересом взглянул на нее бармен, и осталась довольна полученным эффектом. Ее новый образ явно шел ей.

Залпом осушив бокал, Катерина заказала еще мартини и тотчас его выпила. Она ощущала себя совершенно другим человеком – соблазнительной женщиной, яркой, легкой, безумной, способной на любые авантюры. Катерина прислушивалась к своему внутреннему состоянию и не находила ему объяснений. Неужели это череда предшествующих событий так ее изменила? Что послужило толчком к ее преображению? Отличная книга, которую она все-таки написала! Ее появление доказало, прежде всего самой Катерине, что она способна на многое! Она действительно талантливый писатель, а не просто тихая жена при успешном муже.

Тема мужа для Катерины сейчас была особенно больной, она не понимала, какими соображениями руководствовался Павел, когда общался за ее спиной с Ксенией, и кто он на самом деле – брутальный самец или убийца. Но Павел для нее теперь перестал быть родным мужем, сделавшись кем-то из разряда случайных знакомых, о которых она практически ничего не знает. И поэтому она почувствовала себя свободной, а алкоголь придал ей уверенности в себе.

Катерина нашла взглядом Романа – парень сидел за столиком с другом и что-то шумно с ним обсуждал, порывисто жестикулируя. Катя дождалась, пока заиграет медленная музыка, и сама пригласила его на танец.

– Спасибо! – немного смущенно ответил Роман, принимая приглашение.

Он напряженно вглядывался в ее лицо, видимо, пытаясь вспомнить, где они раньше встречались.

– Простите, мы знакомы? – Роман наконец сдался и тепло улыбнулся. – Я никак не могу вспомнить, где мы с вами встречались, но точно знаю, что где-то раньше я вас уже видел.

Катерина, совершенно не горящая желанием, чтобы Роман вспомнил о ней в связи с ее мужем-писателем, задушенной женщиной и прочей чернухой, в ответ лишь пожала плечами:

– Наверное, я просто кого-то вам напоминаю! Мы с вами раньше не встречались, я бы точно запомнила.

– Ну, хорошо, – неуверенно согласился Роман. – И чем вы занимаетесь?

Катерина уверенно солгала:

– У меня очень интересная профессия, я архитектор!

Почему она стала именно архитектором, а не оперной певицей или профессиональной теннисисткой, Катерина не смогла бы объяснить. Просто она хотела быть как можно дальше от темы писателей и журналистов.

– Действительно, очень интересная профессия! – Роман кивнул. – А я работаю на радио.

Но Катерина его почти не слушала, она вдыхала запах его тела, смешанный с ароматом парфюма, и просто сходила с ума. Она хотела прямо сейчас сорвать с него рубашку и …

Катерина покраснела. Такими сексуальными фантазиями она никогда не страдала, и что с ней сейчас происходит, понимала плохо. Быть может, в ней играл мартини, смешанный с адреналином, стрессом и страхом?

Медленная музыка уже закончилась, а они так и стояли посредине зала, не разжимая объятий.

– Простите! – первым очнулся Роман. – Что-то я завис!