Сбылась мечта бегемота - Дарья Донцова

– Восхитительная история, – оценил услышанное Роберт.

– Ее за обман следовало наказать! – воскликнула Лиза. – А Ольга осталась в Москве, и никаких проблем с законом у нее не было.

– Я ее прикрыл, – пояснил Иосиф Степанович, – сделал своим информатором. Незадолго до визита в нашу приемную Казакова защитила диссертацию, собирала документы для ВАКа. Виктор Петрович ей постоянную прописку в Москве сделал. Странно, что глава института так об аспирантке пекся, но меня сей факт не волновал. Другое важно было. После скоропостижной смерти ректора Ольга не получила обещанной им должности в институте. Я ей велел как можно теснее сблизиться с Ритой Песковой, стать ее лучшей подругой и проникнуть таким образом в дом Аиши. Но через пару недель, работая по другому делу, я получил пулю в башку. Больница, санаторий, потом меня комиссовали. Короче, Казакова мне без надобности стала. Какова дальнейшая судьба студентов, не спрашивайте. Знаю лишь, что Бубнов в камере умер, у него от страха инсульт случился. Что сейчас с остальными, включая Ольгу, понятия не имею.

– Секундочку! – напрягся Роберт. – По нашим данным, Павел покончил с собой.

– Врут ваши данные, – отмахнулся Макинтош, – у парня удар случился. Он не по-детски перепугался и из-за этого отъехал в лучший мир.

– Однако удивительно, – пробормотал Денис.

– Замолчи! – велела стажеру Лизавета.

– Вопросик у меня есть, – не успокаивался Жданов. – Таня, можно задать?

Я в ту секунду ругала себя за то, что не распознала ложь в словах Марины Арнольдовны, поэтому резко отреагировала на просьбу стажера:

– Нет, лучше посиди молча. Иосиф Стефанович, кто, по-вашему, может мстить участникам тех событий? И почему?

Макинтош почесал переносицу.

– Павел Бубнов умер, но по нему плакать некому. Он безотцовщина, сирота. Мать его скончалась, когда он оканчивал школу, других родственников не было, отец вообще неизвестен. У Рязанцева родительница давно на кладбище, отец на тот свет убрался вскоре после задержания сына. Своих семей, жен-детей у парней не было.

– У Андрея Крапивина все родичи тоже покойные, – добавил Роберт. – А Песковых воспитывала бабушка, она умерла, когда внуки на второй курс перешли.

– В общем, вся история – сплошная глупость, ревность и любофф-моркофф, – резюмировал Иосиф.

– Когда вас ранили, Казакова ушла, что называется, в подполье, – протянул Роберт. – Устроилась на непрестижную работу, часто меняла место службы, скрывала, что имеет высшее образование и кандидатскую степень. Видно, здорово напугалась. Боялась, вдруг кто-то из ваших коллег узнает, что она согласилась быть информатором, и решит использовать ее в своих целях.

– Тупая идея, – не выдержал Денис. – Человека, если знаешь его имя, фамилию, легко найти. И теперь у меня уже два вопроса…

Лизавета испепелила Жданова взглядом. А Макинтош хмыкнул.

– Парень, кто тебе сказал, что люди умные? Наоборот, в массе своей они идиоты, мыслят подобно мышам: вижу сыр – хочу сыр. Того, что лакомый кусочек лежит в мышеловке, не замечают. Я комиссовался со службы по ранению. Ольга сообразила, что у нее появился шанс вывернуться из когтей системы, и воспользовалась им. А как простая баба рассуждает? Вот поменяю работу, замуж выскочу, фамилию супруга возьму, жить к нему перееду – никто из прежних друзей-врагов никогда меня не найдет. И ведь иногда эти методы срабатывают. Тем более что Москва не город, а целая страна. Перебрался человек с одного конца мегаполиса на другой и потерялся. Но если понадобится, его все равно отыщут. Казакову просто не искали. Ей за это меня благодарить надо было, я своих стукачков не сдал. Да она и поработать-то на меня не успела. Все. Больше докладывать нечего.

– Спасибо, – кивнула я. – Очень вам благодарны.

* * *

На следующий день в полдень Троянов вошел в мой кабинет и с порога заявил:

– Держись за стул.

– Как понимаю, у тебя охапка «хороших» новостей, – мрачно отреагировала я. – Выкладывай.

– Андрей Крапивин около года назад выпал из окна своей квартиры, – сообщил Троянов.

– Так… – протянула я. – Чем выше в гору, тем жирнее суслики. Еще одно самоубийство!

– Представители семейства беличьих живут в пустыне, – решил поумничать Роберт. – Смерть Крапивина посчитали суицидом. Андрей был алкоголик, пил все, что булькает. Сам не шумел, не буянил, но к нему дружки шлялись, которые то в подъезде наблюют, то нагадят. Несколько жалоб от соседей у местного участкового лежит, он с Крапивиным провел беседу, безобразие прекратилось. Андрей сам ничего дурного не совершал, был очень тихим, выглядел вполне прилично, работал в разных местах, драк не затевал. Претензии высказывались в адрес его компании. Долгов на мужике не было, счета за электричество и водоснабжение он регулярно оплачивал, все в ажуре. Когда в доме меняли счетчики, он беспрекословно подчинился и сдал нужную сумму.

– Странно, – удивилась я. – Сейчас коммунальные платежи серьезный расход. Если Андрей постоянно пил, откуда у него деньги? Сомневаюсь, что любителя горячительного стали бы держать на высоком окладе.

Троянов подошел к шкафу.

– Я возьму кофейку? Позвонил участковому, толковый парень оказался. Он Крапивина в отделение не вызывал, зашел к нему, по-дружески попросил Андрея с плохими дружками не водиться, предложил ему, чтобы пить бросить, обратиться к психологу.

Я встала и включила чайник.

– Толковый участковый в курсе, сколько прием у душеведа стоит?

Роберт насыпал в пластиковый стаканчик коричневые гранулы.

– Ну, для начала, Андрей – айтишник. Он, правда, кучу фирм сменил, но зарабатывал неплохо. И вот что самое интересное. У Крапивина есть жена. Они не развелись, просто разъехались – из-за любви мужа к бутылке. Ребенок, Степа, остался с матерью. Мальчик и Алина жили на съемной квартире. Она служит в коммерческом банке, хоть и на невысокой должности. Именно она оплачивала расходы по апартаментам Андрея. Сведения получены мной от участкового.