Хранительница царских тайн - Анна Князева

В квартире пахло пылью и пустотой. В прихожей было темно.

– Наверняка перегорела лампочка, – Дуло, не раздеваясь, прошел в гостиную и включил свет. – Проходите. – Он обвел взглядом полупустую комнату и кивнул в сторону дивана:

– Можете спать здесь.

– Холодней, чем на улице… – Полина поежилась. – Тут, что ли, не топят?

– Не знаю. Я здесь не живу. Эту квартиру мне оставила вторая жена.

– Что-то вроде откупного?

– Новый муж обеспечил ее всем.

– За богатого вышла?

– Точно.

– Сколько сейчас времени?

– Одиннадцать. – Сергей Дуло распахнул шкаф. – Постельное белье – здесь. Холодильник пустой. Магазин – рядом. Деньги есть?

– Да.

– Надеюсь, не кредитная карта?

– Наличные. Сколько я здесь пробуду?

– Не знаю. – Он бросил на стол ключи. – Спокойной ночи.

Сергей вышел из комнаты и направился в спальню. Не снимая куртки, улегся на застеленную пледом кровать и закрыл глаза.

Он заснул мгновенно. А заснув, не сразу понял, что спит. В голове рождались и бродили причудливые образы. Он видел серую, с резными филенками дверь. Рождественский, на американский манер, венок. Затем, собственную руку на массивной бронзовой ручке. Дверь распахнулась. Перед ним простиралась высокая лестница с каменными перилами. Черно-белый пол с косыми шашечками отражал сияние хрустальной люстры. Необъятный холл с двойным светом был совершенно пуст.

«На самом деле все было не так», – подумал Сергей. Он знал: в доме в тот день было много людей.

Сначала он медленно поднялся по лестнице, потом вошел в открытую дверь. В комнате горел свет, за окнами – темнота.

В постели лежал мужчина. Он будто спал, уткнувшись лицом в залитую кровью подушку. Сергей подошел, перевернул лежащего и узнал в нем итальянца, которого убили в доме Бекешева.

«Это неправда. Здесь был другой человек, – подумал он и огляделся. Рядом с кроватью валялся пистолет. – И пистолет не мой».

Кто-то за его спиной сказал:

– Она в соседней комнате.

Сергей вышел в коридор и открыл еще одну дверь. В распахнутое настежь окно заглядывала полная луна. Вуалевая штора, прирученная ледяным ветром, взмывала и опадала вниз.

– Ушла, сука. – Слова прозвучали равнодушно, как будто говоривший заучивал свою роль.

– Разберемся… – сказал Сергей и, развернувшись к двери, и спросил: – Что вам здесь надо?

– Перевязочку надо сделать. – Это был голос Полины.

Сергей проснулся, открыл глаза и включил ночник. Он посмотрел на часы.

– Двенадцать…

На пороге его спальни стояла Полина. В одной руке она держала пластмассовую коробку, в другой – потрепанную книжку.

– В шкафу аптечка была.

– Проходите.

Полина подошла ближе и присела на край постели. Увидав на оконных стеклах газеты, не сдержавшись, съехидничала:

– Мне кажется, шторы намного лучше…

– Перевязывайте и ступайте спать. Мне рано вставать. – Сергей Дуло устал, он хотел мира.

– У вас на куртке – дырка, – зачем-то сказала Полина.

Следователь снял куртку и швырнул ее в кресло. Потом стащил с себя свитер.

Полина принялась разматывать пропитавшиеся кровью бинты.

– Я хотела вам показать одну интересную вещь…

– Что там у вас? – спросил Дуло.

– Книга. Ирина просила отдать профессору. – Подняв глаза, Полина осеклась, потому что его лицо побледнело. – Простите, кажется, не ко времени…

– Хватит извиняться. Рассказывайте. Что за книга?

– Если в нескольких словах, книга о Великом Искомом. Именно так называл библиотеку Ивана Грозного ученый-спелеолог Игнатий Стеллецкий. Я когда-то читала ее. Странное совпадение, не правда ли?

Полина облила присохший к ране бинт перекисью водорода, затем резко его дернула.

– Кто такой Стеллецкий? Ух! – Сергей Дуло, не сдержавшись, вскрикнул.

– Потерпите… – Она закусила губу, но все же продолжила: – Стеллецкий – человек, посвятивший жизнь поиску библиотеки.

– Поиску фантомов и призраков?

– Вы правы, история пропавшей либереи полна загадок, интриг и таинственных исчезновений.

– Если бы несколько дней назад мне кто-то сказал, что вторую ночь подряд я буду выслушивать исторические бредни, – Сергей Дуло поднял с подушки голову и преувеличенно серьезно посмотрел на Полину, – я бы не поверил.

– Вы же сами просили, – сказала она. – Теперь лежите и слушайте.

– Черт знает что такое… – Он опустил голову на подушку и закрыл глаза.

Полина порылась в аптечке и, отыскав какой-то пузырек, удовлетворенно заметила:

– Здесь есть все, чтобы не дать вам погибнуть. Мне продолжать?

Дуло кивнул.

– Игнатий Яковлевич Стеллецкий был спелеологом, занимался раскопками в Крыму, изучал тайные ходы Пскова и Новгорода. Еще до революции, разыскивая знаменитую библиотеку Ивана Грозного, он создал комиссию по изучению подземной Москвы. Осматривал здания, подвалы, проверял легенды и слухи. Опрашивал очевидцев, ходивших подземными ходами.

Полина бросила на Дуло контрольный взгляд и, смазывая рану, осторожно отвела в сторону его руку. Сергей даже не шелохнулся, казалось, он внимательно слушал.

– Стеллецкий пришел к выводу, что подземные сооружения под старинными зданиями в пределах Садового кольца связаны между собой сетью лабиринтов…

– Полина, зачем вы оставили занятия историей?

– Так получилось. А почему вы спрашиваете?

– Мне кажется, вы историк по призванию.

– Теперь это в прошлом. Не больно? – Она накладывала повязку.

– Прошу вас, продолжайте.

– В середине двадцатых Стеллецкий уехал из столицы в очередную экспедицию, а когда возвратился в Москву, узнал, что его квартира в Хамовниках реквизирована, архив и все материалы по истории библиотеки Ивана Грозного вывезены в неизвестном направлении. Он обращается в уголовный розыск. Но – тщетно. Тогда ученый отправился к князю Щербатову… – Полина запнулась и поправилась: – К бывшему князю, который в то время служил директором Исторического музея и задолго до Стеллецкого проводил раскопки в Кремле. Щербатов сообщил, что все записи и фотографии у него были изъяты сотрудниками ЧК.