Борт С-747 приходит по расписанию - Фридрих Незнанский

— Что-то я не понимаю вас, нынешних. Молодой, красивый. Почему бы не завести семью, выводок деток…

— Чтобы семеро по лавкам, — насмешливо подхватил Корешков.

— Разве это плохо?

Андрей пожал плечами:

— Что тут можно сказать? Наверное, замечательно. Только ведь это не самоцель. Пока у меня не складывается, как хотелось бы. Но со временем, надеюсь, получится.

— Надо надеяться. Но и усилия тоже нужно прилагать. Такие дела нельзя пускать на самотек.

Они вышли за ворота кладбища. Машина Корешкова стояла ближе остальных. Андрей помог Святковской сесть в высокий «Ранглер». Потом забрался на водительское место и, прежде чем завести машину, начал разговор, который всячески оттягивал. Не знал, как старушка на него отреагирует.

— Василиса Аристарховна, должен сказать, что со страховкой Надежды есть некоторые трудности. Но я вам обещаю, что рано или поздно страховка за «Рендж-ровер» будет выплачена. Этих денег вам хватит надолго.

Святковская посмотрела на него с недоумением:

— За какой еще «рыжовер»? Я даже не поняла, о чем вы сейчас сказали.

— Я говорю о страховке за машину Надежды.

— Так ее машина иначе называлась. «Ауди» или что-то в этом роде.

— На «Ауди» она ездила по доверенности. А я говорю про собственную машину Надежды Николаевны, которую у нее угнали. Я поэтому и пришел к вам домой — как представитель агентства. Машина очень дорогая, она была застрахована на полную стоимость. Это значительная сумма.

— Погодите, Андрей, я туго соображаю. Откуда у Надюшки собственная машина? Тем более, вы говорите, очень дорогая. С каких доходов? Нобелевскую премию она не получала.

— Честно говоря, нас не интересует механизм приобретения автомобилей клиентов. Наше дело застраховать, и все.

— Но я вам скажу так — мне шальные деньги не нужны. Своей машины у внучки не было. Это все Борька Вершинин, кавалер ее, снабжал.

— Эта фамилия мне знакома, — кивнул Корешков, умолчав о том, что встречался с ее обладателем. — Откуда у него столько машин, чтобы снабжать подругу?

— Он ими торгует.

— Торгует? — удивился Андрей. — Каким образом? У него что — есть магазин, салон?

— Насчет магазина не знаю. Может, он просто помогает людям продать или купить машины как посредник. Вот Борька и разрешал ей ездить то на одной машине, то на другой, пока не продаст.

— Это она вам говорила?

— Да.

— Возможно, Надежда и ездила по доверенности или даже по доверенностям. Только «Рендж-ровер» был застрахован непосредственно на нее. Вы как ближайшая наследница имеете все шансы получить страховку. Тем более что документы оформлены в нашем агентстве. Мне легко проследить за выплатой.

Василиса Аристарховна покачала головой:

— Спасибо вам, конечно, на добром слове. Только мне нечистых денег не надо.

— Может, для кого-то они нечистые, для вас же это обычные деньги, — возразил Корешков. — Вы получите их по закону.

— А потом жулики потребуют их вернуть. В результате истреплют мне все нервы. Нет уж, лучше обойтись без сомнительных денег. Да и не бедствую я пока, слава богу. Вы ведь знаете, я работаю.

— Да, вы говорили. Кажется, сидите с ребенком у олигарха.

— Скажем так: у богатых людей, — поправила его Святковская.

* * *

Корешков был совершенно искренен, когда говорил Василисе Аристарховне, что она может получить внучкину страховку. По всем внешним признакам других претендентов на эти деньги быть не может. Кроме бабушки, у погибшей других близких родственников нет. Однако, как это часто случается в жизни, возникли непредвиденные обстоятельства, из разряда тех, что интуитивно опасалась пожилая женщина.

Вторую половину субботы и воскресенье Андрей провел очень спокойно, даже скучновато. После кладбища, проводив Василису Аристарховну, заехал к бабушкам, пообедал, посидел пару часиков, затем вернулся домой, где, не считая кратковременной вылазки за продуктами в универсам, безвылазно провел субботний вечер и все воскресенье. Читал, смотрел телевизор, занимался мелкими хозяйственными делами. Деловых звонков было мало, а те, что были, не имели отношения к Святковской. Поскольку же для него это сейчас проблема номер один, а ее за выходные дни он практически не касался, то, можно считать, хорошо отдохнул. Приехав в понедельник в агентство, он и чувствовал себя отдохнувшим, перелопатил массу документов, опять же не имеющих отношения к Святковской, когда его вызвал генеральный директор.

Войдя в кабинет Черевченко, Андрей с удивлением увидел, что там сидит Галина Фунтикова — продавщица из продовольственного магазинчика, находящегося неподалеку от дома Святковских. Однажды он случайно заметил там Надежду, ведущую какой-то деловой разговор с продавщицей, и, когда та ушла, познакомился с Фунтиковой.

Галина тоже сразу вспомнила этого симпатичного брюнета с голубыми глазами. Помнила, что он купил совсем мало «докторской» колбасы, так мало обычно не берут, объяснил это тем, что человек одинокий, и она дала ему свои телефоны, надеясь на звонок. Симпатичный брюнет не позвонил, и вдруг она видит его в агентстве, то есть здешний сотрудник. Значит, это было не случайное знакомство.

Фунтикова покраснела и растерянно заерзала на стуле.

— Какая приятная встреча! — улыбнулся Корешков. — Вы помните, мы с вами однажды встречались. В вашем магазине. Меня зовут Андрей Дмитриевич.

— Ну да, помню, — не сразу ответила Галина. Она явно не знала, как ей следует себя вести с этим красавчиком. Не могла взять в толк, хорошо, что она с ним уже немножко знакома, или плохо.

— Ах, так вы знакомы! — плотоядно осклабился стареющий плейбой Черевченко. — Ну, Андрей, мне остается только позавидовать.

— Вы ведь тоже уже знакомы.

— Однако наше знакомство, увы, деловое, а не романтическое. К тому же я, в отличие от тебя, мужчина не свободный. Это ты у нас холостой, в смысле незаряженный…

Некоторое время Алексей Степанович продолжал ерничать в этом духе, пока Андрей не обратился к Фунтиковой:

— Надо полагать, вы обзавелись иномаркой и решили застраховать ее в нашем агентстве?

Вместо нее ответил опять посерьезневший Черевченко:

— Нет, Андрей Дмитриевич. Госпожа Фунтикова хочет получить у нас выплату по страховке. По доверенности, — добавил он и протянул Корешкову бланк нотариальной доверенности.

Андрей пробежал его глазами, затем взглянул на заявление клиентки и обратился к директору:

— Если вы не против, я совмещу приятное с полезным. Помогу Галине Ильиничне решить ее проблему, а заодно продолжу знакомство.

— Не против, — усмехнулся тот. — Хотя не совсем понимаю, что тут приятное, а что полезное.