Песня черного ангела - Анна Князева

— Нет, это я бы вас попросила! — Она стукнула рукой по столу. — Сейчас же отвезите меня в санаторий, и я предъявлю свое удостоверение!

— А ну-ка успокойтесь! Иначе на вас наденут наручники! — пригрозил ей Семенов.

— Да хоть железные кандалы! Делайте запрос в Управление! Я настаиваю!

— За это не волнуйтесь! Все, что потребуется, сделаем. Все, что нужно, запросим. Сейчас отвечайте на вопросы и ведите себя достойно. Начнем с того, что заполним персональные данные.

Анна назвала полное имя, год рождения, образование, адрес регистрации и место работы, поскольку лучше дознавателя знала протокольные графы.

— Вопрос первый: что вас связывало с Куприяновым Глебом Леонидовичем?

— Обычное знакомство.

— Когда вы с ним познакомились?

— Несколько дней назад.

— Где?

— В массажном кабинете санатория «Жемчужный».

— Это была ваша инициатива? — спросил Семенов.

— Насчет чего? — уточнила она.

— Завести с ним знакомство.

— Моя.

— Зачем?

— Пятнадцать лет назад он расследовал исчезновение Катерины Каратановой.

— Ну и что?

— Меня это заинтересовало.

— Ах, да… Я забыл, что вы еще и писательница…

Заметив его ухмылку, Анна спросила:

— А что в этом смешного?

Семенов отложил в сторону ручку.

— Смотрел в интернете фотографии Воеводиной. Вы с ней не похожи. Другое лицо.

— Старые снимки. Я там полнее, и цвет волос другой.

— Другое — все. Я так и знал.

— Не передергивайте, Семенов. Воеводина это я. То есть это мой псевдоним. Можете позвонить в издательство.

— А почему в биографической справке на сайте издательства не указано, что вы служите в полиции?

— Зачем смешивать котлеты и мух.

— Короче, разберемся. Сейчас продолжим допрос, — Семенов снова взялся за ручку. — Зачем в вечер убийства вы пришли к Куприянову?

— Изучать материалы дела. Кстати, это был мой второй визит в его дом.

— Подтверждаете, что к дому Куприянова вас привез Зотов?

— Подтверждаю.

— Во сколько?

— Примерно в шесть часов вечера.

— Что было дальше? Излагайте.

— Дверь была открыта. Я вошла в дом, и меня тут же оглушили.

— Так и напишу: со слов гражданки Стерховой, как только она вошла в дом, ее ударили по голове чем-то тяжелым.

— Да, вы профессионал, — ухмыльнулась Анна.

— Думайте о себе. Что было дальше?

— Я упала и пробыла без сознания около получаса.

— Время засекли пока лежали без памяти? — съехидничал дознаватель.

— Что-то вроде того.

— Серьезно говорите.

— Тогда начните с себя! — прикрикнула Анна.

— Что и кого видели?

— Когда падала, увидела ноги в оранжевых сетчатых кроссовках с зелеными шнурками. Больше ничего. Пришла в себя — сразу в комнату. Там лежал мертвый Куприянов.

— В больницу обращались?

— Нет.

— Чем можете подтвердить полученную травму?

Анна достала из кармана платок и сняла с подглазий слой тонального крема:

— Вот, пожалуйста.

Семенов посмотрел на синяки и тут же сформулировал:

— В подтверждение полученного удара, гражданка Стерхова предъявила синяки под глазами.

— Хорошо сказано, — она наклонила голову: — Могу показать темя. Несите линейку.

— Зачем?

— Будем измерять шишку.

— Скоро вам будет не до шуток.

— Валяйте.

— Почему сбежали с места преступления?

— Была в состоянии аффекта.

— То есть как?

— Не знала, что творю. Пришла в себя, когда вернулась в свой номер. Полное отключение сознания при сохранении двигательных функций.

— Такое разве бывает?

— В моей практике такое бывало несколько раз.

— Знаем мы ваши практики, — желчно проворчал Семенов. — Из «Жемчужного» за последнюю неделю семь заявлений. Теперь будем разбираться, кто там у вас практикует.

— Меня сразу исключайте. Я по мелочам не работаю.

— Смеетесь? А зря!

— Отдайте мой телефон! — потребовала Анна.

— Не положено.

— Что здесь происходит? — С этими словами в допросную вошел глава районной администрации Кретов.

Дознаватель Семенов резво вскочил на ноги:

— Здравствуйте, Виктор Федорович!

— Садись! Я спрашиваю, что здесь происходит?

— Допрашиваю задержанную Стерхову!

— Зачем? — Кретов отвесил поклон Анне. — Здравствуйте, Анна Сергеевна.

— От гражданина Зотова поступило заявление. Он утверждает, что подвозил гражданку Стерхову к дому Куприянова. Как раз в это время его убили.

У Кретова переменилось лицо, и он с недоверием посмотрел на Анну:

— Это правда?

Она ответила:

— Правда. Когда я пришла, он был уже мертв.

— Надо же… — Кретов покачал головой. — Ай-яй-яй, как нехорошо… — После чего взглянул на Семенова: — Дело в том, что я знаком с Анной Сергеевной и могу за нее поручиться.

— Виктор Федорович, для вас — что угодно. Но даже вашего поручительства не достаточно, — Семенов придвинул протокол поближе к Анне: — Подписывайте. Знаете как?

— Знаю! Только ничего подписывать не буду!

— Причина?

— Российская Конституция. Статья пятьдесят первая.

— Послушай, — снова вмешался Кретов, обращаясь к Семенову: — Ты же понимаешь, что Анна Сергеевна не убивала Куприянова. Это очевидно. Зачем тратить время? Лучше лови убийцу. Отпусти ее, Семенов. Анна Сергеевна тут же вернется в Москву, и все будет забыто. С Илюхой Зотовым я сам порешаю. Мы с ним друганы. Обещаю, он заберет свое заявление.

— Не могу, Виктор Федорович.

— Я тебя прошу, не кто-то другой.

— Не толкайте меня на преступление.

— Ты с кем говоришь, щенок! — рыкнул Кретов и хватанул кулаком по столу.

Однако в этот момент где-то зазвонил телефон, и Анна воскликнула:

— Это мой! Дайте его сюда!

— Не положено! — Для пущей убедительности Семенов прикрыл свой карман рукой.