На шее у русского принца - Мария Жукова-Гладкова

– Вот вы-то мне и нужны! – воскликнула девушка. – В подъезд меня не пустили.

– Вы знаете номер квартиры?

– Знаю. Мне предложили отправляться по известному русскому адресу. Возможно, вы такой и не знаете… И меня впервые в жизни туда послали. Правда, я в России последний раз была, когда мне было два года…

– Вы русская?

– Да, – улыбнулась девушка.

– Вы очень хорошо говорите по-английски.

– Я выросла в Англии. По-русски я говорю хуже. Мне иногда не подобрать нужное слово. Но я могу объясниться… Леди Кэмпбелл, может, мы зайдем в какое-то кафе? Неудобно разговаривать на улице.

Я кивнула, и мы прогулялись до уютного маленького ресторанчика, где заказали кофе.

Девушку звали Лиза. Ей недавно исполнилось двадцать лет. Я сказала, что она может называть меня просто Барбара. Я не представляла, что этой Лизе могло понадобиться от меня. Откуда она вообще меня знает?

– Вы приехали в Россию по делу?

– Да. Иначе, наверное, я и не собралась бы сюда. Я совершенно не помню эту страну. А в Англии я от родителей и знакомых слышала про Россию только плохое.

– Ваш отец сбежал от преследования местных властей?

– Нет, его никто не преследовал. Он просто уехал при первой же возможности. Он не видел здесь перспектив. В начале девяностых тут творился кошмар…

– У него был свой бизнес? На него наезжали бандиты, как тут говорят?

– Нет, у него не было бизнеса. Он работал в НИИ. Он – кандидат наук. В Англии он запатентовал несколько изобретений. В Англии у него есть бизнес. И этот бизнес использует его изобретения.

– В какой сфере он трудится?

– Что-то связанное с самолетами. Я не знаю точно. То есть он не занимается самолетостроением, а производит какие-то детали для самолетов. Это приносит нашей семье хороший доход. Детали покупают в разных странах. Только с Россией отец не желает иметь никаких дел. Здесь он был нищим, непризнанным, никому не нужным. На Западе его оценили, он стал очень обеспеченным человеком.

– Вы – единственная дочь?

– Нет, у меня есть еще два брата. Но сейчас речь не о моей семье… Хотя и о ней тоже.

– Но я никогда не слышала про вашу семью!

Фамилия Лизы мне на самом деле ничего не говорила, и вообще я всегда была далека от техники. Я никогда не слышала про ее отца, его фирму и производимый ею товар.

– Я насчет Лени, – со вздохом сказала мне Лиза.

– Глазунова?

Девушка кивнула. На умело накрашенные глаза навернулись слезы.

Я ждала продолжения. Пока ничего не говорила.

– Вы согласитесь мне его продать? У меня есть накопления. Папа учредил на нас с братьями специальные фонды… То есть…

– Подождите! Подождите! Что значит «продать»? Англия, конечно, участвовала в работорговле, но с тех пор уже минуло несколько веков!

«Может, я разбогатею в России? – одновременно пронеслась мысль. – И мне больше никогда не придется работать?»

– Я… его люблю, – сказала Лиза. По нежным молодым щечкам потекли слезки.

В Англии не считается странным обращение к бывшему мужу, жене, партнеру с вопросами о соответственно бывшей жене, муже, партнере. Это свидетельство того, что человек понравился и с ним хотят продолжить отношения. Но купить?!

– И вы считаете, что мужчин, которых вы любите, нужно покупать?!

– Мне это посоветовали подруги.

– Они кого-то покупали?!

Лиза кивнула.

– Как?! Механизм покупки мужчин можете мне объяснить?

– Всех по-разному, – всхлипнула Лиза. – Зависит от конкретной ситуации.

– Но я не являюсь хозяйкой Леонида Глазунова! Я вообще никогда не владела и не владею ни одним мужчиной! Как, впрочем, и женщиной. Интересно, а в России есть рабы и рабовладельцы?

– Мои родители говорят, что да. Вам нужно с моим папой познакомиться. Он может долго говорить на эту тему.

– Наверное, он все-таки имеет в виду что-то другое. Бедность большинства ваших людей, кучка богатых…

– Он не только это имеет в виду.

– Хорошо, пусть. Я готова допустить, что в России или у российских олигархов, перебравшихся за границу, есть рабы в традиционном смысле этого слова. Но с чего вы взяли, что у меня можно купить Леню? Он-то точно никогда не был моим рабом! Это он меня содержал, а не я его! Хотя я тоже не была его рабыней и могла в любой момент уйти.

– Так сказала Жанна, – пояснила Лиза. – Она – психолог. Она изучила вашу психологическую характеристику…

– Какая еще Жанна? Откуда она взяла мою характеристику – какую бы то ни было?!

– Жанна – моя подруга. Мы, можно сказать, выросли вместе. А вашу характеристику я… украла у папы.

– Зачем вашему папе моя характеристика, если он проектирует какие-то детали для самолетов? Я тут с какого боку?!

– Папу вы заинтересовали потому, что проживаете с Леней.

– А Леня какое отношение имеет к самолетостроению?

«Может, правда, имеет? Тогда и интерес американских спецслужб становится понятным».

– Вы знаете, чем занимался Леня в Англии? – спросила у меня Лиза.

– Я не имею дурной привычки задавать мужчинам лишние вопросы – тем, с которыми хочу вместе проживать. Правда, больше я с Леней не живу.

– Он свободен?! – Такой радости я, пожалуй, еще никогда в жизни не видела ни на чьем лице.

– Этого я со всей определенностью утверждать не могу. Я могу говорить только за себя. Я больше с Леонидом Глазуновым жить не собираюсь.

– А почему? – спросила Лиза.

«Тебе-то какое дело?»

– Он оставил меня без денег в чужой стране, и теперь я вынуждена зарабатывать себе на билет.

– Так он всех женщин обворовывал, – как само собой разумеющееся, заметила Лиза. – Это такой тип мужчин. Моя мама сказала, что для меня встреча с Леней на раннем этапе жизни была очень полезна – чтобы не делать таких ошибок в дальнейшем. Но папа все равно очень злился и до сих пор не может успокоиться. Папа нанял частных детективов, чтобы нашли Леню. Я видела один из их отчетов. То есть не один, конечно… Я их быстренько отсканировала, потом очень внимательно читала, потом решила посоветоваться с Жанной… Там о вас было – как о женщине, с которой живет Леня. Там говорилось, что вы отличаетесь от всех его предыдущих женщин. Я, правда, тоже отличалась, но я – возрастом. У него все женщины всегда были старше. А вы отличались тем, что с вас взять нечего. У него всегда были богатые женщины старше него. Детективы все пытались выяснить, что у вас есть, а оказалось – ничего. Они не поняли, почему он с вами жил и вас содержал. И я не поняла. То есть поняла… Он вас полюбил. Я попыталась понять, чем вы его привлекли. Не поняла и решила посоветоваться с Жанной. Но она тоже не смогла точно определить.