На шее у русского принца - Мария Жукова-Гладкова

С Родионом мы пили кофе с пирожными, тут я заказала пиво. У них было ирландское, и это меня очень устраивало. Я села в уголочке у окна за небольшим столиком на двоих. Бар был почти пуст. Время обеда уже прошло, время вечерних посиделок еще не пришло. Может, я зря сюда сегодня поехала? Ну ничего, осмотрюсь. Обстановка в целом мне нравилась. Бармен сразу же опознал во мне иностранку и заговорил по-английски.

Я сделала пару глотков и увидела, как в бар заходит мужчина лет сорока, спортивного вида. «Американец», – решила я. Мужчина взял пиво и устроился недалеко от меня, но так, что мы оказались лицом друг к другу и, естественно, быстро встретились глазами. Также глазами мужчина спросил, может ли пересесть ко мне. Я кивнула.

Я оказалась права – он был американцем в командировке. Я сказала, что преподаю здесь английский язык.

– Вы тут надолго? – спросил Джон – так представился американец.

– Не знаю, – вздохнула я.

– Вам не нравится в России?

– Я не могу однозначно ответить «нет», но и не могу сказать «да». Сейчас я здесь, потому что так сложились обстоятельства…

– Вам здесь не скучно?

Меня удивил этот вопрос. Разве в России и с русскими может быть скучно?

– А вам скучно? – спросила я.

– Мне одиноко, – признался Джон. – Как, впрочем, и многим другим иностранцам разных национальностей, вынужденным работать в России. Хотя здесь, если в четыре утра хочется перекусить, проблем нет. В Америке и Европе в большинстве городов все магазины закрыты после шести вечера.

– В Лондоне – нет, – заметила я.

– Так то в Лондоне. И в Нью-Йорке не закрыты. Но большинство людей живут не в Лондоне и не в Нью-Йорке, а там, где вечером и ночью ничего не работает. Но все равно, пожалуй, ни один город не живет такой ночной жизнью, как Санкт-Петербург. Тут полно магазинов «24 часа», есть круглосуточные фитнес-центры, парикмахерские, не говоря про бары и рестораны.

– Кстати, вы по Санкт-Петербургу на машине ездите или общественным транспортом?

– Я – общественным, я тут ненадолго, а мои друзья ездят на машинах и забавно рассказывают про русскую полицию. Если остановят, надо расплатиться, даже если ничего не нарушил. Иначе не отстанут. По-английски ничего сказать не могут. На пальцах пытаются объяснить. Мои друзья говорят, что надо давать пятьсот рублей. Это если ничего не нарушил.

– Ну и разве можно скучать при такой жизни? – рассмеялась я. – А как вам маршрутки?

– Аттракцион «американские горки» – езда по встречке, опасные обгоны. Адреналин за смешные деньги.

Я опять рассмеялась.

– Простите, а это не вас похищали?

– Меня, – кивнула я.

«Кстати, а откуда он это знает? Ах да, мои имя и фамилия фигурировали в СМИ».

– Вам было очень страшно?

– Я не успела испугаться, – улыбнулась я и рассказала и американцу ту версию, которой придерживалась для всех. Ничего про допрашивавшего меня дядьку, только про то, как схватили, и про то, как проснулась в загородном доме художника, где увидела настоящий самовар.

– А вас разве не из гостиницы похитили?

– Вы меня перепутали с другой Барбарой. Вашей соотечественницей. Я, кстати, не знаю, нашлась она или нет.

Американец задумался, вроде как пытаясь вникнуть в ситуацию, потом извлек из кармана телефон с выходом в Интернет, вошел, стал читать представленную там информацию, оповещая и меня.