Мажор-3. Правда опаснее смерти - Сергей Калужанов

— Здорово, мужики. За водой? Еще не все разлил, осталась!

— Слышь, деятель, — недобро сказал Аникеев. — Ты откуда взялся?

— Да, это… Частная инициатива одного благотворителя, — начал было объяснять парень, но Аникеев со своим помощником запрыгнули в фургон. — Мужики, вы чего?

Аникеев пнул ногой пустую бутыль, а его помощник резко и сильно ударил водителя кулаком в живот. Парень согнулся пополам, а Аникеев схватил его за волосы и, наклонившись к нему, заговорил со злостью:

— Короче. Если я еще раз тебя здесь увижу…

— Задушишь, как Сергеева? — раздался за спиной довольный голос. Мужчины обернулись, увидев стоящего на краю фургона Соколовского. — Нехило ты наварился. Тупо на воде! Двадцать тысяч человек тут? Бутыль — рублей по сто? Хотя бы по одной на каждого в день, это примерно… шестьдесят миллионов в месяц. Просто на людской жажде! Ты гений!

— А ты кто такой? — не сразу узнал Игоря Аникеев.

— Забыл, — улыбнулся Соколовский. — Склероз. Нельзя с такой памятью бизнесом заниматься. Прогоришь. Ну, вспоминай, сколько заплатил Сергееву, чтобы он станцию накрыл? А убили за что? Он оборзел? Шантажировал? Еще денег просил?

Помощник Аникеева неторопливо засунул руки в карманы брюк, угрюмо поглядывая то на неизвестного, то на своего шефа.

— Прячешь порезы от удавки на ладонях? — сказал Соколовский. — А под очками ожог от газового пистолета? Ты не парься, кровь из твоего носа все равно на заднем сиденье осталась. Я так понимаю, что ты ближайший помощник Аникеева по грязным вопросам? Кажется, Мокшин твоя фамилия?

Водитель, отдышавшись и вытирая кровь с разбитой губы, отошел к Соколовскому, который поманил его к себе жестом руки.

— Убийство. Организация убийства. Организация диверсии на жизненно важном объекте, — Игорь сокрушенно покачал головой и похлопал водителя по плечу. — Вот Сашка, к чему приводит жажда наживы! К пожизненному заключению!

Первым не выдержали нервы у Мокшина. Его рука вынырнула из кармана, и звонко щелкнуло выскочившее лезвие пружинного ножа. Соколовский схватился за рукоятку пистолета в кобуре на поясе, но не успел вытащить оружие. Увернуться от удара в тесном фургоне было сложно. Под ноги снова попал Сашка, который упал от удара кулаком Аникеева. После второго удара Мокшина Игорь умудрился выбить нож из его руки, но они оба, сцепившись, упали на пол и покатились по нему к стене. Мокшин тянулся к ножу, царапая пальцами доски пола, рядом раздавались удары, которыми обменивались водитель фуры и Аникеев. Сашка был моложе, но Аникеев заметно сильнее. В результате доставалось обоим.

— Жека! Жека! — с трудом удерживая Мокшина, тянувшегося к ножу, закричал Соколовский.

Аверьянов с маленькой бутылкой воды вышел из магазина и только теперь услышал крики и шум драки из фургона. Он, чертыхнувшись, бросился к КамАЗу, на ходу вытаскивая из кобуры пистолет.

— Стоять! — заорал Жека, вскочив внутрь фургона. — Стоять, сказал!

— Ты… Ты че? — с трудом восстанавливая дыхание, возмущенно спросил Соколовский, вытаскивая наручники и застегивая их сзади на запястьях Мокшина.

— Извини… Пить хотелось…

С грохотом захлопнулась дверь фургона, и Сашка задвинул запор.

— Саш, спасибо, — Жека хлопнул водителя по плечу.

— Без проблем, — ответил парень, прикладывая платок к разбитой губе. — Даже понравилось. Приключение! По морде схлопотал, зато люди весь день благодарили. Класс! Только это… Евгений Николаевич, вы обещали. Я же с завода производственный запас увез. Если Олег узнает…

С Мокшина и Аникеева сняли наручники. Врач осмотрела и смазала ссадины на лицах и руках обоих задержанных и села писать акт. Эксперт посмотрел на Родионову и, дождавшись разрешающего кивка, подошел к столу и положил перед Мокшиным заключение.

— Кровь на заднем сиденье ваша, Мокшин. А теперь ладони давайте и лицо ваше с ожогом от выстрела газового пистолета в упор.

Щелкает фотоаппарат, фиксируя характерные повреждения. Вика дождалась, когда Илья закончит свою работу, и положила перед хмурым Аникеевым на стол бумаги.

— Только что вы заказали огромное количество электрообогревателей. Котельная старая. План отработан: авария, и весь район стоит в очередях за обогревателями?

Соколовский встал со стула и наклонился к бизнесмену, уперев кулаки в крышку стола.

— А что потом? — зло спросил он. — Свет бы рубанули, на свечки перешли? А если бы кислород можно было перекрыть району — перекрыли бы?

— Это он все придумал! — первым не выдержал Мокшин. — И Сергеева заставил!

Взяв со своего стола два листа бумаги, Игорь со шлепком положил перед каждым задержанным бумагу и авторучку. Потом он отошел и сел на стул возле стола Симоненко.

— Слушай, Валера, меня все-таки мучает один вопрос. Как ты узнал цвет машины? Что она красного цвета?

— Угадал, — спокойно пожал плечами капитан.

— Ладно, вы работайте, — Жека поднялся. — А я поеду с Сашкой на завод к моим родственникам по линии жены. Надо скандал с вывезенной водой улаживать.

У каждого киллера существуют свои, придуманные и опробованные только им меры предосторожности. Огнестрельная рана, полученная Лапиным на кладбище, заживала. Тогда убить Игнатьева и Соколовского не удалось. И это пугало. Значит, вмешались еще какие-то силы. И приказ о ликвидации не был выполнен. Заказчик был зол, и это учитывать в своей профессии наемного убийцы тоже приходилось.

Жена встретила Михаила у порога со странной улыбкой.

— Привет! Что же ты не предупредил, что будут гости?

— Гости? — Лапин напрягся, но на его лице отразилась только усталая улыбка утомленного человека, у которого совершенно вылетело что-то обыденное из головы.

— Твой начальник — с сыном!

— Вылетело из головы. Я быстро, только разденусь.

Жена вернулась в комнату, а Михаил после секундного раздумья тихо открыл дверь на лестничную площадку. С верхней площадки и с нижней на него смотрели черные дула пистолетов. Родионова и Пряников ждали его на лестнице. Пришлось закрыть дверь и вернуться в квартиру.

В гостиной был накрыт большой стол. А за ним сидели сын Лапина с женой и маленьким ребенком и… Игнатьев с Соколовским-младшим.

— Мы вас заждались. Присаживайтесь, — Соколовский сделал приглашающий жест рукой. — Поговорим. Мы так долго вас ждали.