Во мраке сверкающих звезд - Евгения Михайлова

Светлана проснулась утром от холодного ветра, влетевшего в открытое окно. Натянула повыше одеяло, не согрелась, поднялась и взяла со столика у кровати пушистый плед. Положила его на одеяло, завернулась, как в кокон, опять закрыла глаза. Ей стало очень уютно. Как здесь хорошо! Она уже не спала, просто не совсем бодрствовала. Мозг не стремился к провалу, уходу от воспоминаний, как в домике Панина. Наоборот, в памяти легко и свободно возникали кусочки диалога с Максимом, его вопросы, его выводы, советы. Ничего особенного. Просто она, пусть на короткое время, успокоилась. Казалось, что это невозможно. После того что случилось, после мук и боли, полной зависимости от человека, который во всем виноват, – а это хуже, чем одиночество, – после такого кошмара она чувствует какой-то человеческий и профессиональный интерес и если не заботу, то небезразличие. Света потянулась, открыла глаза и вдруг увидела на пороге Вадима. Он просто стоял и смотрел на нее.

– Извини, что не постучал. Я просто хотел проверить, закрылась ли ты, как всегда, изнутри, а дверь открылась. Я не разбудил, не испугал?

– Нет. Уже поздно?

– Не очень. Просто мне скоро уходить, а я заказал завтрак по диете нашего доктора Макса. Он посоветовал тебя откармливать то ли как дистрофика, то ли как рождественную индейку, точно не помню. Хотелось бы приступить.

– А почему? Зачем это вам?

– Мы не на «ты»? Переходи, так удобнее. Мне это просто так. Эксперимент. Хочу посмотреть, что получится. Так что давай умывайся, одевайся, приходи в столовую, на террасе сегодня прохладно.

Он вышел, прикрыв за собой дверь. Светлана встала, не торопясь прошла в ванную, наполнила ее, с наслаждением выкупалась, потом уложила волосы феном, впервые за долгое время не стала заплетать их в косичку, нанесла на лицо легкий слой тона, подкрасила ресницы, провела увлажняющей витаминной помадой по губам. Вернулась в комнату, надела на голое тело теплое домашнее велюровое платье темно-зеленого цвета, которое было в вещах, купленных Вадимом. Посмотрела в зеркало, поймала зеленый луч в глазах своего отражения и неожиданно улыбнулась.

Вадим поднялся из-за стола ей навстречу, подождал, пока она сядет перед несколькими тарелочками с очень красивыми салатами. Придвинул к ней маленькую рюмочку и высокий стакан.

– Объясняю. Сначала глотаешь это. Не такая уж и гадость. Просто оливковое масло. Потом ешь по порядку это, это и это. Запиваешь сегодня банановым соком. Завтра другим.

– Ой… – Светлана взглянула на него сверкающими, удивительными глазами, хотела поблагодарить, но не знала как… Чтобы было понятно, что это не за завтрак.

– Черт подери, какая ты яркая! Ешь, не обращай на меня внимания.

Ароматный чай со сливками она пила в кресле перед журнальным столиком и смотрела фильм о дельфинах. Вадим смотрел на нее. Света порозовела, улыбалась, удивлялась, восхищенно вздыхала… Когда фильм закончился, Вадим сел рядом с ней на стул.

– Света, скажи мне, пожалуйста, свое отчество и фамилию. И место регистрации. Никто ничего не узнает, если ты не хочешь. Я просто попытаюсь сделать тебе паспорт… и все остальное для поездки. Мне нужно на недельку в Италию, а именно там есть хороший врач, которого порекомендовал Максим. Кожа, шрамы, минимальное обследование…

– Не понимаю, как это… Меня, может, ищут…

– Да все просто. Самолет нашей компании. У тебя вообще есть заграничный паспорт?

– Нет.

– Ну и отлично. А кто, по-твоему, тебя ищет? И каким образом?

– Не знаю. Может, мама заявление написала. Или Арсений.

– Это жених?

– Да. То есть – теперь уже нет.

– Почему?

– Это невозможно, все изменилось.

– Ты его любишь?

– Нет. Я забыла. Он мне нравился, но… Я не хочу назад! Мне там было плохо, больно и страшно. – Зеленые лучи в ее глазах заметались, потемнели, подбородок задрожал.

– Все. Это больше не обсуждаем. – Вадим протянул ей айфон: – Напиши отчество, фамилию, адрес. Назад ты сейчас не вернешься. Тебя там больше нет! Успокойся.