Колыбельная звезд - Карен Уайт

Она утвердительно кивнула. Линк осторожно закутал пледом ее и ребенка. Присев на край кровати, он протянул руку к ребенку, но сразу же ее отдернул.

Веки у нее отяжелели.

– Все в порядке. Ты можешь его потрогать. – У Джиллиан появилась усталая улыбка. – Я его уже его вытерла.

Длинные пальцы Линка осторожно коснулись покрытой пушком головки и провели по нежной щечке.

– У него уже есть имя?

– Нет. Не было до настоящего момента. – Глаза женщины были закрыты. Сон начал одолевать ее.

В тишине послышался вопрос:

– Хочешь я позвоню твоему бывшему мужу?

Она открыла глаза.

– Нет. Он должен услышать об этом от меня. Я позвоню ему утром.

Линк наблюдал, как руки Джиллиан трогали ребенка, ощупывали маленькие пальчики и нежную кожу. Пуповина была все еще на месте. Ребенок представлял собой крошечное совершенство, и Джиллиан почти могла поверить, что связь между ними подлинная и долгая и она сможет стать такой матерью, какую он заслуживал. Почти такой.

– Двое детей, Джиллиан. Я не думал… – Он посмотрел на нее виновато. – Ничего. Это не мое дело.

Джиллиан взглянула на своего сына, стараясь не видеть в его глазах отражение собственной вины, и облизнула сухие губы.

– Рик желал детей. Мне казалось, что это небольшая цена за то, что сначала он спас меня, а потом за то, чтобы заставить его остаться. – Утомление навалилось на Джиллиан, не просто утомление от вынашивания и рождения ребенка, а утомление от вечной отверженности и ощущения себя призрачной тенью. Джиллиан вздохнула.

– Мне кажется, Рик устал от того, что в нашем браке он давал больше, чем получал.

Тошнота подступила к ее горлу. Переводя взгляд на Линка, женщина боялась увидеть в его глазах отвращение, но увидела понимание.

– Нам необязательно повторять ошибки наших родителей, Джиллиан. – У мужчины был такой вид, будто он сам в это верил. Возникла небольшая пауза.

– Он был хорошим мужем?

Джиллиан глянула в сторону, затем наклонила в знак согласия голову, не имея сил на большее.

– Он любил меня – в начале, по крайней мере. А я… – Она закрыла глаза, вспоминая обиду на лице Рика каждый раз, когда он говорил, что любит ее, а она не могла ответить ему тем же. – Бабушка однажды сказала мне, что за всякое убежище надо платить. И она была права. Я испытала и по-прежнему испытываю унижение и злость, но я не осуждаю его за то, что он меня оставил. Мне жаль только, что у меня самой не хватило смелости давно это сделать. – Слезы боли и утомления жгли ей глаза под закрытыми веками. – Но он был хорошим мужем, это правда.

Вдалеке взвыла сирена, и Линк испытал облегчение при мысли, что может избавиться от интимности их общения, как будто он сейчас попробовал запретный плод и сознавал неминуемость наказания.

– Я их впущу. – Он встал и подошел к двери. Легкая улыбка мелькнула на его губах. – Только, прошу тебя, не рожай еще одного, пока меня нет, ладно?

Джиллиан слишком устала, чтобы отвечать, и он подумал, что она, наверное, уснула. Она его окликнула из последних сил:

– Линк?

– Да? – Он остановился в дверях, нахмурившись.

– Ты не хочешь спросить меня, как я его назвала?

– Да. Извини. Как ты его назвала?

– Я назвала его в честь тебя.

– Что?! – ужаснулся он. – Ты назвала его Линк?

Она отрицательно покачала головой:

– Я назвала его Форд. Форд Парриш Райан.

Ему хотелось расхохотаться. Линк всегда ненавидел свое имя и то, как он его получил, но сейчас Джиллиан видела, что тот доволен.

– Спасибо.

Джиллиан пристроила ребенка на груди и повернулась к окну. На небе появились яркие розовые и алые полосы, дождь окончательно закончился.

– Уже не темно. – В ее голосе слышалось удивление.

– Уже нет. – Линк наклонился и подвинул к стене что-то тяжелое, он был смущен, как будто пытался спрятать то, что принес с собой. Затем Линк повернулся и вышел, оставив ее одну с сыном, мирно спавшим на руках.

Фонарик на ночном столике мигнул и погас, словно терпеливо дожидался рассвета. Веки ее опустились, глаза закрылись, и она уснула, несмотря на шум внизу.

Линк сидел напротив Грейси за кухонным столом. Девочка ткнула вилкой в замороженную вафлю и нахмурилась.

– Она все еще холодная.

– Я суну ее обратно в тостер. – Мужчина встал и взял тарелку с вызвавшим неудовольствие объектом под кленовым сиропом. Бумажным полотенцем он вытер сироп, прежде чем сунуть вафлю обратно в тостер. Грейси смотрела на его, подняв брови, но ничего не сказала.

Линк снова сел за стол и отпил глоток своего кофе, сморщившись от горечи. У Джуллиан была одна из этих модных европейских кофеварок, и Линк еще не совсем освоил ее за те два дня, что она провела в постели, а он присматривал за Грейси.

– Почему у тебя нет детей?

Рука с кружкой кофе замерла на пути ко рту. Он поставил ее не стол.

– Потому что я не женат.

Грейс подняла глаза к небу.

– Как будто это имеет сейчас какое-то значение.

– Знаешь ли, тебе не следует рассуждать о таких вещах.

Она откинулась на спинку стула, и в глазах у нее было такое выражение, что он почти забыл, что говорит с ребенком.

– Знаю, – сказала девочка, раскачиваясь на стуле. – Готовы мои вафли?

Линк встал и достал из тостера вафли, проткнув их сначала вилкой посередине, чтобы убедиться, что на этот раз они готовы. Услышав стук молотков, доносившийся из его дома, мужчина в очередной раз подумал, какого черта он тут возится с детьми, когда у него столько работы.

Грейси взглянула на него с лукавой усмешкой:

– Если хочешь, мы может пойти туда, когда я закончу завтракать. Я что-нибудь раскрашу, а ты сможешь поработать.

Он присмотрелся к ней, сузив глаза. Многоопытная старушка. Линк не понял, откуда это у него взялось, но потом вспомнил, что так выразилась Марта Вебер, когда накануне заходила навестить Джиллиан и ребенка. Он не был уверен, понял ли он ее тогда, но теперь начинал подозревать, что обучается очень быстро.

Долгим взглядом он изучал Грейси, глядя на ее лицо, еще не утратившее детской округлости, и ноги, не достававшие до пола, когда она сидела. Это был ребенок, называвший, однако, собственную мать по имени. Он вспомнил Джиллиан в ее возрасте на пляже с бабушкой и понял, что еще не пришло время возвращаться к работе. Пока еще не пришло.

– Пойдем поищем ракушки. Устроим соревнование, кто больше найдет.

Линк еще не успел закончить, как она вскочила и выбежала из кухни, и ее голос донесся до него уже с лестницы.