Сгори дотла, моя звезда! - Владимир Колычев

– Ну, если от одной…

Разговор продолжился уже за столом.

– Почему проект загадочный? – спросил Артем.

– Потому что никто про эту певицу не знает. Принесли песню на ротацию… э-э… врать не буду, даже заплатили. Хотя это зря, песня – супер, перспективный хит. Со дня на день ждем ее в наш чарт. Как минимум до первой пятерки доберется…

– Как пить дать, доберется, – вскрыв банку пива, кивнула Вероника. – Точно, на сирену похоже. За душу берет, завораживает…

– А потом как корабль о скалы, – усмехнулся Тарыгин.

– Это ты о чем? – спросил Артем.

– А для чего сирены поют? Чтобы корабли заманивать…

– В древнегреческой мифологии да.

– Есть мифологии, а есть аналогии… Никто, конечно, о скалы не разобьется. Но есть в этой песне что-то пугающее… нет, лучше сказать, тревожное… А песня хороша, не вопрос.

– Как будто Маша Светлова поет.

– Да, есть что-то… Но это не Светлова. Это Сирена…

– А Светлова не могла стать Сиреной?

– Зачем ей это? – задумался Тарыгин.

– Кто-то меняет сценический образ, а кто-то – сценический псевдоним.

– Насколько я знаю, прецедентов пока не было. Но в нашей эфэмерии все возможно. Начать проект могли с дутой таинственности. Помнишь, как Глюкозу раскручивали: никто не знал, кто это такая, а потом раз, и явление мисс народу… А тут еще Сирена вдруг окажется Машей Светловой… Все может быть…

– Но пока точной информации нет?

– Абсолютно. Пришел человек, принес деньги и диск, сказал, что нужна ротация, мы пошли ему навстречу, все очень просто. Нас тогда информация о Сирене не волновала: вокруг одни сплошные проекты, один грандиозней другого… Короче, был человек и нет, как найти его, не знаем…

– А вы ищете?

– Нет. Зачем? Рано или поздно сам даст о себе знать…

– Как он представился?

– Да как… Имя – Викентий, это я запомнил, а отчество… надо записи поднимать…

– Фамилия?

– Нет, фамилию не назвал.

– Вы что, и договор с ним не заключали?

– Нет. А зачем? – слегка замялся Тарыгин.

– Как зачем? – удивился Артем. – А если он в суд на вас подаст за то, что песню без разрешения крутите?

– Э-э… да, такой вариант не исключен. Но зачем ему это, если он деньги заплатил?..

Артем пожал плечами. Видимо, хоть какой-то логике поддаются законы только того шоу-бизнеса, который проходит через кассу. А когда мимо – лучше не лезть в эти дебри. Похоже, деньги некоего Викентия осели в чьем-то кармане в виде неучтенки.

– В жизни всякое бывает…

– Бывает, – удрученно кивнул Тарыгин. – Сам знаю, что промашку допустил. Но у него взгляд такой…

– Какой?

– Тяжелый. Сам весь такой мягонький, ухоженный, изящная бородка… Очки очень дорогие, без оправы. В лице что-то аристократическое, утонченное. Одет строго и в стиль… Короче, типичный метросексуал. А взгляд такой пронзительный… Цепкий, тянущий. Как будто нервы на катушку наматывает. Я бы даже сказал, гипнотический взгляд… И еще эта родинка на переносице. Не очень большая, но заметная. Такое ощущение, будто она смотрит на тебя, как будто и не родинка это вовсе, а мистический «третий глаз»… Кстати, у буддийских монахов с этим очень серьезно. У них человек с такой родинкой – это или злой дух, или добрый, одно из двух…

– Буддизмом увлекаешься? – спросил Артем.

– Нет, больше пивом, – насмешливо сказал Тарыгин.

И протянул гостю вторую банку пива. Но Артем покачал головой. Хватит с него.