Невидимый круг - Поль Альтер

При этом звуке все вздрогнули.

— Ветер опять поднялся… — произнес доктор Джерролд.

— Ветер так не шумит, — возразил Блейк.

— Может быть, что-то упало?

— На упавшую вазу тоже не похоже…

Наперебой посыпались неуверенные предположения:

— Это на улице…

— По-моему, во дворике…

— Нет, наверху…

— А мне показалось, в подвале…

— В подвале! Господи! — воскликнула Урсула. — Там же труп того человека…

— Тогда не стоит волноваться…

Звук повторился, и все собравшиеся опять застыли на несколько секунд.

— Ставни стучат… — сказал доктор Джерролд. — Я же говорил — ветер…

— Думаю, вы правы, — задумчиво произнес Гэйл Блейк, — но лучше бы проверить. Сидите тут, а я обойду кругом…

— Нет, это очень опасно! — вмешался Джосая Халлахан. — Такая темень! Если это уловка убийцы, он очень легко вас заманит.

— Я готов к встрече с ним…

— Лучше бы все-таки посмотреть в доме. Разобьемся на группы и пройдемся по всем этажам.

Предложение Халлахана было принято. Билл вместе с Мэйдж поднялся на третий этаж. Доктор Джерролд, Данбар и Урсула Браун пошли по второму, Блейк с Халлаханом остались на первом.

Через десять минут журналист и Урсула объявили, что нашли те ставни, и теперь они заперты накрепко. Было самое начало девятого. Все эти события крайне утомили Урсулу. Она вернулась в свою комнату, попросив доктора Джерролда дать ей сильное снотворное: хотя она и умирала от усталости, но боялась, что заснуть не сможет. Данбар с пачкой сигарет и бутылкой виски уселся сторожить в коридоре, «и ни на секунду не спускать глаз с двери», — объявил он самым решительным образом.

Остальные вернулись в гостиную. Но вскоре опять что-то хлопнуло. Предположили, что это еще одни незатворенные ставни, снова разделились и стали искать, в чем дело, но на сей раз не так организованно. Только Билл с Мэйдж держались вместе, остальные бродили по этажам поодиночке. В самый разгар поисков замок потряс новый шум. Мэйдж и Билл на первом этаже быстро обнаружили его источник: сильным сквозняком ударило о стену дверцу, выходящую во двор. Тут же явились психиатр, поэт и профессор истории.

— Ужасно дует, — заметил Халлахан и посмотрел наверх. — У меня впечатление, что скоро начнется буря.

Ветер свистел, пронося вдоль крыши замка черные тучи, то и дело закрывавшие луну.

— Согласен, согласен, — нервно произнес доктор Джерролд, закрывая дверь. — Хлопнула она от ветра. Но не ветер же ее открыл!

— Так мы же ее не запирали! — сказал Блейк. — Она выходит во двор.

— Но дело не в засове — я говорю о дверной ручке! Даже самый сильный ветер не мог…

— Значит, кто-то плохо ее закрыл…

— Постойте, господа, — сказал Халлахан, — не теряйте спокойствия. Не верится мне, что это Горацио! Как он может быть повсюду и пугать нас, хлопая то ставнями, то дверьми? И прежде всего — как он мог войти…

Договорить профессору не удалось. По замку пронесся ужасающий зловещий вопль. Мэйдж прижалась к Биллу и тоже закричала.

— Боже мой, — прошептал Халлахан. — Как будто кого-то зарезали…

— Это в подвале, — заявил Блейк. — Пойду посмотрю.

Халлахан хотел его остановить, но напрасно: его друг был уже в другом конце коридора. Тут всеми овладели паника и смятение. Джерролд тоже куда-то делся. Захлопали двери, послышались шаги на лестницах. Каждый метался из стороны в сторону. В какой-то момент послышался звук разбитого стекла, но во всеобщей суматохе никто его не заметил. Потом, немного позже, доктор Джерролд, перекрикивая гвалт, позвал всех в комнату Урсулы. Мэйдж, взбежав по ступенькам старой лесенки, тяжело дыша, ворвалась в помещение. У постели Данбар, Билл и доктор окружили белую, как полотно, Урсулу, которая скорчившись, прижималась к изголовью кровати в одной ночной рубашке. Журналист объяснил: это мисс Браун так завизжала, испугавшись странных звуков.

— Он здесь, он снова в замке… — бормотала она. — Я чувствую… Он тут, совсем рядом… Это он стучал…

Доктор Джерролд с бесконечным терпением объяснял ей: стучали от ветра неплотно закрытые ставни. Но переубедить напуганную до полусмерти мисс Браун ему не удалось. Психиатр вышел из комнаты, через минуту вернулся с чемоданчиком и попросил всех оставить его одного. Закрывая дверь, Мэйдж невольно содрогнулась, заметив металлический отблеск шприца, который доктор достал из чемоданчика…

На лестнице она услышала голос за спиной:

— Одну минуточку, мисс Пирсон… Можно с вами поговорить?

Мэйдж обернулась. Перед ней стоял Фрэнк Данбар. Еще накануне, когда их знакомили, журналист показался ей не совсем здоровым, теперь же он был желт, как… как человек, страдающий заболеваниями печени. От страха? Возможно. От виски? Вот это наверняка. Блеск в глазах и запах перегара выдавали его. Но при всем том, подумала девушка, он, конечно, страдает не только от этого.

— Да, я вас слушаю.

— Я очень беспокоюсь…

— Мы все здесь беспокоимся.

— О нет, речь не о моей собственной безопасности. Хотите верьте, хотите нет, но Горацио окажет большую услугу, если отрежет мне голову.

— Отрежет голову! — вздрогнула Мэйдж, уставившись на собеседника. — Почему вам мерещится такая ужасная смерть?

— Это я сказал просто так, наобум. Вполне естественно представить себе именно такой род смерти, когда тебя караулит сумасшедший с мечом в руке. — (Мэйдж на глазах менялась в лице.) — Но дело не в этом. Беспокоит меня Урсула… Она от природы очень нервная девушка, и я очень боюсь, как бы в этом сумасшедшем доме, в этой атмосфере, не говоря уже обо всех событиях — словом, от всего вместе она тоже не лишилась головы… ой, простите! — я хотел сказать, рассудка. Согласитесь, Урсула ведет себя не как все. Я как раз стоял у двери ее комнаты, когда она издала этот вопль… Могу вам признаться, я был потрясен. Сначала я подумал, что она… что ее режут.