Три красавицы на одну ночь - Дарья Калинина

Таким образом, второй день жизни подруг в усадьбе Замаля начался для них совсем не так, как они ожидали. Несмотря на тщательные поиски, следов Магриба в конюшне так и не нашли. А сам он словно растворился в воздухе. Но это было совершенно невозможно. И приходилось признать, что знаменитого жеребца, гордость господина Замаля, попросту украли, несмотря на все предпринятые последним меры предосторожности, сигнализацию и охрану, которая каждую ночь дежурила возле конюшни и внутри ее.

– Суки! Какие суки! – совсем растеряв весь свой лоск, ревел господин Замаль, по-прежнему сидя на полу возле опустевшего стойла Магриба и раскачиваясь, словно в трансе.

Однако слова, которые слетали с его губ, нельзя было назвать заклинаниями или ворожбой. Ругался господин Замаль, как каторжанин с солидным сроком за плечами. Но внезапно он резко вскочил на ноги.

– Убью! – взревел он. – Всех убью! Где охрана! Почему проворонили? Я им что, мало плачу?

Он вопил еще что-то, отчаянно мешая русские слова с арабскими. Но основной смысл его высказываний был понятен и без перевода. Верните мне моего жеребца, а если не его, то хотя бы принесите головы провинившихся.

– Где они? – рычал господин Замаль. – Где эти ленивые скоты?

Вид у него при этом был одновременно жуткий и жалкий. Похоже, жеребец для него и в самом деле значил куда больше, чем может значить просто лошадь. Господин Замаль метался по конюшне, видимо, пытаясь найти охрану. Молодые арабы, облепившие его, что-то пытались втолковать. Видимо, говорили, что из-за праздника все основные силы были направлены на охрану дома. И на конюшне в эту ночь оставались лишь конюх и три охранника, которые в данный момент ничего сказать не могут, так как одурманены каким-то сильным наркотиком.

Конюх говорить тоже был не в состоянии. Хотя, вероятно, именно он пытался оказать сопротивление неизвестным грабителям, уведшим Магриба. Наверное, завязалась драка, во время которой конюх получил удар по голове тупым предметом и вырубился. Но так или иначе, а говорить он точно не мог, так как находился без сознания, и не было полной ясности, останется ли он вообще жив.

– Где конь? – набросился господин Замаль на начальника своей охраны. – Куда смотрели твои люди? Почему не уберегли?

Тот разводил руками и твердил какие-то оправдания.

– Не мог жеребец по воздуху улететь! Должны быть следы, куда он делся! – запальчиво вопил господин Замаль. – Ищите!

В ответ начальник охраны сообщил, что его люди уже прочесывают округу в поисках пропавшего скакуна. И в самом деле, вскоре выяснилось, что в коттеджном поселке к северу от усадьбы видели трейлер, приспособленный для перевозки лошадей. Трейлер благополучно проехал по периметру поселка около двух часов ночи, его видели ночные сторожа. И около половины шестого утра он проехал обратно.

– Почему не задержали? – вопил совершенно потерявший от горя голову господин Замаль.

Начальник пытался объяснить, что трейлер проехал вдоль поселка, не заезжая на его территорию. И потому охрана не сочла нужным останавливать и досматривать транспортное средство. Господин Замаль неожиданно замолчал и вперил в своего начальника охраны странный немигающий взгляд.

– Найди мне этот трейлер! – произнес он нехорошим голосом и совершенно спокойно. – Слышишь? Найди!

Начальник охраны побледнел под взглядом хозяина. И поспешно бросился к своему джипу. Видимо, чтобы лично возглавить поиски трейлера, на котором предположительно могли увезти бесценного Магриба.

Вскоре прибыли врачи и милиция. Конюха увезли в больницу, причем врачи не ручались, что довезут его живым. А проштрафившихся охранников они оставили в усадьбе господина Замаля, заверив, что состоянию последних явно ничего не угрожает. И если они не окочурились до сих пор, то останутся живы и через некоторое время сами проснутся.

После этого милиция вступила в свои права и пожелала переговорить со всеми, кто был этой ночью в усадьбе. Впрочем, большого толку от их допроса не было. Конюшни находились в отдалении как от главного дома, так и от дома, где жила прислуга. Поэтому ночью никто не слышал, да и не мог слышать никаких подозрительных звуков.

– Мы работали, нам не до того было, чтобы на конюшню бегать, – вяло огрызнулась одна из горничных, когда менты стали слишком уж усердствовать, пытая ее, как она провела сегодняшнюю ночь. – Сначала гости, потом вся прислуга кавардак после них в доме ликвидировала. Спать мы пошли только в начале восьмого. Лично я даже и не помню, как до кровати добралась.

В таком же духе отвечали и остальные. Люди были совершенно вымотаны сложной работой. Охрана была занята тем, что встречала и провожала гостей, среди которых было много важных персон. Поэтому охранники следили за тем, чтобы в главном доме безопасность была на высочайшем уровне.

– В эту ночь из конюшни можно было вывести не одного Магриба, а всех лошадей, – сказала Кира своим подругам.

– Повезло грабителям, – заметила Женя, которая была разбужена воплями и суматохой, поднявшимися в усадьбе, едва стало известно о пропаже жеребца из конюшни господина Замаля.

Впрочем, проснулась она несколько раньше. А потом долгое время еще лежала, прислушиваясь к неясному ощущению какой-то все нарастающей тревоги, которая, казалось, прочно поселилась в ней. Понежившись под тончайшим, почти невесомым одеялом и хорошенько поразмыслив, что это с ней такое, она пришла к выводу, что ее беспокойство связано в первую очередь со странным поведением Азиза вчера ночью.

– То он ни на шаг от меня не отходил, а как гости схлынули, так он ко мне враз интерес потерял, – пробормотала она.

И рука ее сама потянулась к лежащей на красного дерева низкой тумбочке книге. Ее Женя притащила с собой, несмотря на то что не планировала надолго задерживаться в гостях. Но на выходе из квартиры ее словно что-то толкнуло. И она положила книгу в свою сумку.