Роковое золото Колчака - Анна Князева

Второй раз идти в гору было трудней. Тяжело шагая, Дуло завидовал физической подготовке Менюхова и поставил себе на вид, что слишком редко бывает в спортзале, а последняя пробежка случилась в его жизни три года назад.

Тайга расступилась внезапно. Перед ними открылась прогалина с муравейником. При мысли о том, что зловещих мертвецов там уже нет, Дуло почувствовал облегчение.

Вместе с Виктором они быстро обшарили все вокруг муравейника. Ничего не обнаружив, понемногу удалились в тайгу, где вскоре нашли торчащие комели[13]тонких сосенок и без особенных консультаций друг с другом поняли, что именно здесь были срублены стволы для крестов, на которых распяли грабителей. После чего отправились дальше, нисколько не заботясь о том, что могут не найти дороги назад. Вскоре за деревьями увидели могучий ствол кедра-дубаса. К нему, домиком, были приставлены бревна, обитые лапником. Неподалеку – кострище с таганом из кривых сучьев. Рядом – пустые банки тушенки, водочные бутылки, котел и нечто, отдаленно напоминающее чайник.

Обнаружив чужой табор, быстро определились, что он принадлежал грабителям приисковой машины.

– Что за агрегат?.. – Сергей приблизился и пнул ногой облепленный грязью чайник.

– Не видишь?

– Вижу, что чайник. Только почему такой грязный?

– Это что-то вроде керамического покрытия. – Менюхов улыбнулся. – Во-первых, так он дольше держит тепло, во-вторых, если обстучать – корка осыплется и чайник – как новенький. Никакой тебе копоти.

– Толково, – согласился Сергей.

В шалаше обнаружились два рюкзака с провиантом. Сергей вывалил продукты на лапник, пересчитал банки тушенки.

– Купили ящик. Съели восемь банок. Если, как предположил Синцов, их схватили в день ограбления или ночью, они могли съесть две, максимум четыре банки тушенки. Странно…

Дуло прошел к кострищу и пересчитал пустые банки.

– Восемь… – Он огляделся. – И еще шесть пустых бутылок.

– Они бы не могли столько выпить за один вечер, – усомнился Виктор.

– Не могли, – согласился Дуло и вернулся в шалаш.

Менюхов взял буханку хлеба и оторвал от нее корку.

– Как насчет того, чтобы перекусить?

– Это с удовольствием, – Сергей огляделся. – Давай так: я тут пороюсь, а ты что-нибудь приготовь.

Менюхов сунул краюшку в рот, вышел из шалаша и мгновенно скрылся между деревьями. Вернулся с охапкой сухих веток. Исчезнув вновь, приволок сухую валежину. Сходил к ручью, набрал в котелок воды и подвесил его на таган. Ловко разжег костер, притащил из палатки макароны и пару банок тушенки. Высыпал в котелок макароны, вскрыл обе банки и вывалил туда же их содержимое.

Когда варево в котелке забурлило, к нему подошел Дуло и протянул соль.

– Ну что? – спросил Виктор.

– Ничего интересного. Продукты, кое-какая одежда. Ни телефонов, ни документов, ни записей.

Они уселись рядом с костром. Подкинув в огонь сухих веток, Сергей достал из кармана платок, развернул его и посмотрел на осколок линзы.

– Как думаешь? – задумчиво произнес он. – Бинокль в тайге нужная вещь?

– Бинокль – штука незаменимая. Что-то рассмотреть на противоположном склоне горы или на открытом пространстве. Например, кто по гари идет.

– Тогда почему грабители не взяли его с собой?

– Может быть, выкинули? Линза разбилась.

– Только одна, – сказал Дуло. – Через вторую – смотри сколько хочешь. Не понимаю. – Он спрятал платок с осколком в карман.

Виктор снял с тагана котелок и разлил варево по двум мискам.

Взяв в руки ложку, Сергей зачерпнул похлебку, сначала подул на нее и только потом попробовал.

– Вкусно.

Пока ели, закипел чайник.

– Я вспомнил, – сказал Менюхов. – Муравьями убивали тех, кто золото у насунов отбирал. Если кого поймают. Такой вот показательной, мучительной смертью казнили. Для других был способ попроще. Знаешь, как делали? Полиэтиленовых же мешков раньше не было. Вот, предположим, кого-нибудь замочили… Предположим, в тайге… Или в любом другом месте. Пошинковали человечка аккуратненько, сложили в землю компактно, а сверху разожгли костерок. Ни одна собака никогда не почует! У нас в поселке одного потеряли. Сразу подозрение, что убили. Милиция с собаками ходила, найти не могла. Свидетели видели: на старое поле человек пошел, а найти не могут. Проходит три-четыре года, стали то поле пахать. Раз – кости! Башка пробита. Ага… Начали разбираться, как так вышло. Глядь, а на том месте костерок жгли. Костер любой запах убьет.