Роковое золото Колчака - Анна Князева

– Про Гаврилу Машарова? – Старик снял с головы сетчатую шляпу и положил ее на скамью. – Когда вижу на ком-нибудь толстую золотую цепочку, всегда про него вспоминаю. Жил такой человек в наших краях. Правда, очень давно.

– Очень давно или очень-очень давно? – осведомилась Полина.

– Очень-очень давно, – ответил ей Мохначев.

– И чем он был знаменит?

– Тем, что удача сама кидалась ему под ноги.

– Золотодобытчик?

– Гаврила Машаров промышлял в наших краях, когда здесь только нашли золото и началась золотая лихорадка. Для многих это обернулось долгами, убытками, а для него – один сплошной фарт. Например, лошадь его копытом пробьет лед, а под водой – золотой самородок. Возьмется Гаврила рыть землю, чтобы вкопать столб, а там кусок золота величиной с огромный булыжник.

– Такое бывает? – Полина недоверчиво склонила голову и посмотрела на Мохначева так, словно подвергала сомнению правдивость его рассказа.

– Бывает, – заверил он. – Однако должен заметить, что это легенда. Гаврила был настолько удачлив, что стал самым первым богатеем в нашей тайге. Открыл и застолбил более ста золотых россыпей. Его прозвали таежным Наполеоном. А он себя – императором. – Старик встал со скамьи и выставил локоть. – Прогуляемся?

Полина тоже поднялась, взяла его под руку, и они зашагали по аллее к Байкалу.

– Чтобы закрепить за собой звание императора, Гаврила выписал из города ювелира и велел ему отлить золотую медаль со своим профилем и надписью: «Гаврила Машаров – император всея тайги».

Она фыркнула:

– Дурость какая!

– Гаврила так не считал. Медаль ему изготовили и повесили на толстую цепь. Только носить он ее не смог.

– Почему?

– Вместе с медалью она весила более пяти килограммов.

– И что он с ней сделал?

– Забил в стенку гвоздь и повесил.

– И этот император имел реальную власть?

– У кого золото, у того всегда деньги и власть.

– А теперь?

– Что теперь?

– Есть императоры?

– А как же… Есть и будут, пока золото в наших краях не иссякнет.

– Они публичные люди?

– Вовсе нет. Скажу так: с ними знакомы немногие.

– Прячутся?

– Зачем?.. Живут в свое удовольствие.

Иван Ильич и Полина вышли на берег и приблизились к кромке воды.

– Вы уже ездили на Ольхон? – спросил Мохначев.

– Нет еще.

– Обязательно там побывайте.

– Много интересного? – спросила Полина.

– Много. Это я вам как краевед говорю. Всего не расскажешь, но лично мне нравится одна ольхонская легенда, похожая на страшилку. Местные говорят, что это чистая правда.

– Обожаю страшные истории.

Иван Ильич шутливо понизил голос:

– Может быть, не стоит рассказывать на ночь? Тем более здесь, в темноте у воды?

Полина возмутилась:

– Ну уж, нет! Заикнулись, значит, рассказывайте!

– Сами напросились. Ну, слушайте. – Старик тяжело вздохнул и сделал вид, что поддался ее уговорам. – К юго-востоку от острова Ольхон есть место, которое прозвали Чертовой воронкой. Два раза в год при полном штиле там образуется вращающийся столб воды и бездонная воронка кроваво-красного цвета. И если рядом оказывается какое-то судно, его мгновенно туда затягивает. Местные считают эту воронку воротами в ад.

– Она где-то там? – Указав рукой на восток, Полина непроизвольно попятилась.

– Не нужно бояться. – Иван Ильич по-отечески обнял ее за плечи. – Во-первых, это просто страшная сказка, во-вторых, если воронка и существует, она появляется всего два раза в год и находится далеко от этого места.

– Я хочу спать, – сказала Полина.

– Идемте, я провожу вас до корпуса.

Ночью ей приснился Сергей. Он сидел в лодке, которая плыла по зеркальной поверхности озера. Был солнечный день, и только птицы встревоженно кружили над его головой. Вдруг перед лодкой возник вращающийся водяной столб. Внутри него виднелась чудовищная воронка. Нос лодки пересек границу воронки, лодка рухнула вниз, и Сергея затянуло в кровавую бездну.