Венецианское завещание - Анна Князева

Осторожно, чтобы не разбудить спящего Стевена, Дайнека на цыпочках выскользнула из номера. Он ни за что не отпустил бы ее одну, а прийти на занятия под конвоем было бы смешно.

У дверей соседнего номера коридорный придирчиво рассматривал ключ. У его ног примостился коричневый саквояж, отделанный мехом леопарда и сияющим золотым вензелем. Поодаль, привалившись к стене, стояла длинноволосая шатенка в норковой шубке.

Проскочив мимо, Дайнека внезапно остановилась. Она обернулась и уставилась на изысканный саквояж. Она не могла ошибиться. Это был именно тот саквояж и та женщина, которую она видела в Шереметьеве.

«Странное стечение обстоятельств, – подумала Дайнека. – Лететь одним самолетом, чтобы потом оказаться в соседних номерах одной и той же гостиницы».

Желание проверить свою догадку относительно хозяйки приметного саквояжа было так велико, что она подошла ближе. Женщина стояла не оборачиваясь.

Дверь наконец открылась, служащий подхватил багаж, и дама поспешила зайти в номер.

Спускаясь по лестнице, Дайнека думала о том, что никогда не перестанет удивляться странным совпадениям, которые происходят на каждом ее шагу…

«И все же – она или нет? – Не давал покоя вопрос, оставшийся без ответа. – Пустое…»

Вскоре она шла по улицам и думала о том, что, когда идешь по Венеции пешком, кажется, что повсюду одна суша, и только иногда попадаются маленькие мостики через узкие каналы. Это открытие изумило Дайнеку.

Ей пришлось долго кружить по улочкам, попадать в тупики, вновь и вновь переходить через один и тот же мостик.

Поднимаясь по узенькой лестнице старого дома, она очень надеялась, что не ошиблась. Где-то здесь находится школа итальянского языка для иностранцев.

Щуплый старичок из секретариата указал ей путь, и скоро она подошла к приоткрытой двери. Прильнув к щели, увидела молодого парня. Присев на учительский стол, он болтал ногой и что-то говорил. Кудрявая шевелюра делала его голову несоразмерно большой по сравнению с весьма худым, похожим на детское телом.

Дайнека переступила с ноги на ногу и переместилась в сторону, чтобы оценить, в какой компании ей предстоит провести ближайшие три недели. От неожиданности она едва не захлопнула дверь, когда за первой партой увидела недавнюю попутчицу, невзрачную женщину, которая так и не осмелилась подойти к витрине с духами.

Как раз в этот момент та встала и заговорила на плохом итальянском языке:

– Серафима Качалина. Работаю преподавателем английского языка в школе. Приехала из Кирова. Участвовала в конкурсе, который проводил Культурный центр Италии в России. До сих пор изучала итальянский язык самостоятельно… – Не договорив, она нерешительно подняла глаза на преподавателя.

– Спасибо, садитесь, – сказал тот.

– Здравствуйте, я могу войти? – Дайнека втиснулась в приоткрытую дверь.

Похоже, у ее знакомой была та же реакция: Серафима Качалина раскрыла рот. Узнавая, она удивленно таращилась на Дайнеку. Спустя мгновение они сидели рядом. А к середине дня стали почти подругами.

После занятий они с Фимой решили побродить по городу. Обошли едва ли не все закоулки вблизи площади Святого Марка, а когда вышли к набережной, Фима спросила:

– Ты где остановилась?

– В «Даниэли», – указала на отель Дайнека.

– С ума сошла, это же какие деньжищи…

– Только на одну ночь. У меня забронирована другая гостиница, три звезды. – Она посмотрела на новую знакомую. – Фима, а ты где остановилась?

Та смущенно отвернулась и быстро проговорила:

– В пансионате…

– Тебе там нравится?

– Я ко всему привычная, – вздохнула Фима и тихо спросила: – Дайнека – твое имя?

– Нет. Не люблю свое имя. К тому же маму тоже зовут Людмилой. Фамилия лучше. Коротко и ясно: Дайнека. – Она посмотрела в смиренное лицо Фимы и почувствовала такое сильное расположение, что ей совсем не захотелось возвращаться в отель.

Они шли вперед, и город раскрывал им свои секреты. Дайнека быстро сообразила, что улицы здесь называются калле или калицзада, канал – рио, а набережная – рива или фондаменто.

И все-таки они заблудились.

Пришлось спросить дорогу. Никак не удавалось найти тот единственный мостик, который вел к набережной. Совсем растерявшись, они закружили на одном месте…

Внезапно Дайнека почувствовала странное успокоение, как будто оказалась там, где ей рады и ждут. Подняв глаза, она прочитала: «Отель Корона», Калле Корона 4464.

Красное, почти терракотовое здание располагалось у самого канала. Оно выглядело в меру обшарпанным, как, впрочем, и все дома вблизи воды. Вплотную к нему примыкал ажурный мостик с небольшой смотровой площадкой, похожей на балкон.

Дайнека застыла, прижав руки к груди.

– Что-нибудь случилось? – спросила Фима.

– Я нашла его… я нашла этот дом.

В кармане куртки задребезжал телефон.

– Я сошел с ума. – Голос в трубке бушевал. – Зачем я отпустил тебя одну!

– У меня все в порядке, – улыбнулась Дайнека. – Я нашла дом.

– Почему ты пошла туда без меня? Это опасно!

– Спокойно, Стевен, со мной все в порядке. Жди в отеле. Я скоро вернусь.

Вместе с Фимой они спустились на набережную канала, куда выходил фасад гостиницы «Корона». Неподалеку от входа в отель было еще одно крыльцо. Подойдя к нему, Дайнека прочитала надпись на золоченой табличке: «Адвокатская контора Делле Пецце».